Страница 1 из 4
Я тот, чей взор надежду губит;
Я тот, кого никто не любит;
Я бич рабов моих земных,
Я царь познанья и свободы,
Я враг небес, я зло природы,
И, видишь, – я у ног твоих!
Отрывок из поэмы М. Ю. Лермонтова «Демон»
Искандер до упора выжал педаль газа. По обеим сторонам от автомобиля проносился густой лес, утопающий в дымке тумана. На небе, сейчас столь похожем на шкуру пантеры, не было ни главной музы ночи и поэтов, ни ее извечных подруг – звезд. В лобовое стекло несмело и монотонно стучали мелкие капли дождя.
Искандер с силой сжимал руль. На пустом шоссе его изредка из мглы ослеплял свет проезжавших навстречу фур. Искандер стремился как можно быстрее оставить далеко позади город – место, где обрел другого себя и увидел, как многогранен мир на запахи и цвета, когда в руках находится то, что может подарить лишь искусительница судьба в игривом настроении. Он бежал от собственного счастья, стараясь тем самым спасти от ужасной участи ту, которую наперекор силам Тьмы и Света полюбил всем сердцем и душой.
Внезапно Искандер почувствовал, как ему в грудь будто вонзили стальной клинок. Боль обжигающей кислотой разлилась по венам. Внутри стало невыносимо пусто, точно из него исчезло что-то важное, нечто большее, чем сама жизнь. Резко нажав на тормоз, Искандер едва удержал автомобиль на мокром асфальте. Съехав на обочину, он с трудом вышел из машины, опустился на колени и уперся кулаками в трассу. Ему было сложно дышать. Воздух словно был и не воздух вовсе, а углекислый газ. Перед взором калейдоскопом на бешеной скорости пронеслись картинки самого важного для него. И на каждой была она… ее темные глаза, ласковые руки, робкая улыбка, грация ее хрупкого тела… Но через пару секунд все прошло. А цветной мир вдруг потух. Опустел. Стал блеклым и пресным, как сухарь аскета. Ярость обрушилась на Искандера, будто изголодавшийся зверь на добычу. Вскочив на ноги, он заметался вокруг машины раненым львом, точно это могло его успокоить.
«Зачем?! Почему?! – стучало в висках. – Какого черта ее первая подопечная оказалась моей жертвенной шлюхой?».
Сквозь пелену ярости и бессильного гнева он внезапно увидел перед собой ствол дерева. Словно сорвавшись с цепи, Искандер с размаху впечатал в шершавую кору до боли сжатый кулак. Не помогло. Не отпускало. Тогда за первым ударом последовал второй, третий, четвертый, до тех пор, пока не содрал костяшки в кровь, пока в груди вместе с воющей болью и с разъедающей яростью не возник вакуум. Искандеру необходимо было дать им волю, выплеснуть из себя, чтобы вернуть себе здравомыслие. Прочтя заклинание, он воспламенил дерево. Столб огня несколько отрезвил его. Возбужденно дыша, Искандер запрокинул голову, смотря сквозь намокшие пряди волос ввысь, позволяя каплям дождя смешиваться со скупыми слезами на лице, перекошенном гримасой страдания.
Минута, вторая… Они были ничто и в то же время целая вечность.
Сумев взять себя в руки, Искандер, чертыхаясь на налипшую к ботинкам грязь и на себя, потерявшего контроль, на любовь, на дождь и абсурдности мира, вернулся к машине. Сел за руль и шумно выдохнул.
Достав из барсетки черную свечу, заклинанием поджог ее фитиль. Начал пристально всматриваться в дрожащее пламя, желая увидеть, что происходит с Витой – девушкой, переменившей его жизнь, которую он уже не видел два бесконечно долгих часа. До нее он по-настоящему и не знал, что есть подлинное счастье и реальное горе. Эта светлая ведьма спутала карты его фатума.
До встречи с ней он играл со словом «любовь». Не принимал всерьез. Насмехался. Ему нравилось искушать невинные души, подчиняя их своей темной сущности. Он купался в облаках эйфории, когда черные колдуньи с крутым норовом становились его послушными марионетками. А когда он полгода назад в осеннем листопаде увидел на скамейке в парке застенчиво улыбавшуюся смертную девушку, читавшую книгу, то не смог устоять. Поддался искушению охотника и, наплевав на отношения с чертовски эффектной и не менее мстительной ведьмой Фреей, подошел к незнакомке. С напускной робостью поинтересовался, что она читает?.. Девушка озадачила его ответом: «Ремарка. Черный обелиск». Он невольно поразился: «Что же в смерти вы находите достойного вашей улыбки?» Деликатно и ненавязчиво, фраза за фразой – и между ними завязался удивительно доверительный диалог, во время которого Искандер почувствовал в Вите силу, не близкую ему, но полностью противоположную. Однако души их ощущались ему родными. В ней было очень много хрустально-чистого света, но она только открывала его в себе. Училась. Вита была неопытная молодая ведьма, пестующая Свет. Искандер же был двухсотлетним черным колдуном. Он, естественно, не стал раскрывать новой знакомой свою истинную сущность, для нее он был обычным человеком. И если изначально он желал всего лишь развлечься, то через считанные дни встречи с Витой, после прогулок с ней в предзакатные часы по набережной и в парке, по старым улочкам и после посиделок в кафе, он все больше путался в себе. Точно знал лишь одно – ему тепло и спокойно, когда она рядом, улыбается ему, целует на прощание в щеку.
Спустя месяц он остро осознал, что пропал. Любовь, с которой прежде играл он, решила поиграть с ним. Искандер понимал, Вите ни в коем случае нельзя знать о нем правду. Свет и Тьма не могут быть вместе, никто и никогда не позволит этому случиться. Поэтому он лгал ей… Беспощадно, смотря в глаза, а она доверчиво верила. Искандер обманывал и Высшие Силы мрака, продолжая творить предписанные ему злодеяния, тем самым не привлекая к себе их карающего за измену внимания. Но сегодняшним вечером все рухнуло. Правда вскрылась, как гнойник под скальпелем хирурга.
Очередная жертва Искандера, Рита, пригласила его к себе домой. Он знал, она была очарована им, его темно-синими глазами и прядями черных волос, статной фигурой и, безусловно, острым умом с налетом небрежной циничности. Ее стройное тело жаждало его. Звало. Уже с порога Рита начала осыпать Искандера страстными и ненасытными поцелуями, стягивая с него ветровку. Он же, стараясь не думать о том, что сейчас желает сжимать в своих объятьях Виту, погружаться в нее и слышать лишь ее стоны, рывком снял с Риты алое платье и бросил его под ноги. Для ритуала пополнения силы он должен был добровольно подчинить каждый вздох и выдох своей жертвы и только после ее убить. Целуясь, поглаживая друг друга, они переместились в гостиную. Там Искандер отстранился от Риты. Криво улыбнулся и попросил вина. Девушка, покачивая бедрами и цокая каблуками, подошла к секции, встряхнула копной рыжих волос, достала бутылку и наполнила два бокала. Искандер же из своей барсетки достал серый мел, созданный из праха людей, девять свечей и пару зеркал. Рита удивилась, зачем ему все это, на что он ответил, мол, он немного занимается магией и желает сделать их совместную ночь незабываемой. Придать ей остроты. Рита мягко рассмеялась, но возражать не стала. С любопытством рассматривала, как Искандер рисовал посреди гостиной круг, а за его границами магические знаки. Там же расставил свечи и зеркала. В глазах Риты цвета янтаря заплясали чертенята.
Подойдя к ней, Искандер взял из ее рук свой бокал вина. Залпом его осушил и поставил на тумбочку. Провел пальцем по щеке Риты, по ее шее и ложбинке между грудей. Ладонью коснулся живота и игриво подцепил кружевную резинку нижнего белья. Девушка потянулась пальцами к ремню на его брюках, но он не позволил. Мягко подтолкнул ее в круг и, по-прежнему оставаясь у нее за спиной, аккуратно взял бокал из ее руки. Рита, лукаво улыбаясь, подчинилась. Он, сказав, что разбивает бокал на счастье, стал покрывать ее тело жадными поцелуями, оставляя на ее коже влажные дорожки. Резко повернув Риту к себе лицом, он, мягко давя на плечи, заставил ее опуститься на колени. Расстегнул брюки. Рита довольно улыбнулась и, облизнувшись, охотно приняла в рот его мужскую плоть. Вначале ласкала мучительно медленно, потом, постепенно входя во вкус, все интенсивнее и глубже. По венам Искандера, ускоряясь и вибрируя, неслись электрические импульсы. Несмотря ни на что, чертовка была хороша, и постепенно желанный образ Виты отступил на задворки сознания. Но растягивать удовольствие, пусть и такое острое, времени не было. Поэтому он развернул девушку и заставил ее прогнуться, уткнув лицом в пол. Он резко вошел в нее, не особо заботясь о ее ощущениях. Однако, вначале вскрикнув, Рита затем сладко застонала, еще больше прогибаясь и целиком отдаваясь в его власть. Но вскоре, когда ядовитое наслаждение стало невыносимо, и девушка надрывно закричала, Искандер точным ударом вонзил в ее спину нож, матерелизовавшийся по призыву в его руке. Воздух вокруг заколебался. Вспышка, и посреди гостиной появилась Вита. Ковен Светлых Ведьм так не вовремя и неожиданно для Искандера научил ее перемещаться. И, как выяснилось после, дал первое серьезное задание: уберечь Риту от таинственного черного колдуна. Встретившись с ошеломленным родным взглядом, Искандер покачнулся. Его мир содрогнулся. Внутри все замерло, заледенело. Он резко встал, отбросил нож. Застыл, смотря, как в любимых глазах цвета бездны плещется страх, рот приоткрыт в немом крике. Было очевидно: Вита поняла, кто он. И у Искандера не было возможности что-либо изменить.