Страница 15 из 44
И сейчас, глядя, как Анна весело бегает в саду вместе с Ташем, он думал о том, что ее ждет. Ненависть. Безжалостность. Насмешки. Презрение и ненависть. Ровно то, что она будет видеть здесь, в родном доме. Нигде ей не рады, нигде она не будет спокойна и счастлива. И Хасин желал подарить ей хоть что-то, что скрасит ее жизнь, пусть это и будет лишь малость в виде его внимания и доброты.
Странно смотрелись демон, адский пес и юная принцесса в королевском саду. Прогуливающиеся тут и там придворные пытливо и со страхом наблюдали за ними, не в силах побороть свое любопытство. Вроде как ненавязчиво прогуливались по дорожкам в отдалении, но Хасин не раз и не два замечал одни и те же лица, что ходили кругами. Лишь усмехался: никто никогда не подходил к Анне, когда она гуляла, зато всем был любопытен он - Бастард. Он ловил на себе разные взгляды, но каждый уже был знаком и выучен наизусть, предсказуемо было и то, что следовало за ними. От женщин, дрожащих от страха, лилось вожделение, намеки и кокетство, которое даже страх не в силах был побороть. Мужчины смотрели с опаской, агрессией и завистью, что толкало их к оскорблениям и злобе. И ни одного равнодушного или спокойного взора.
Возвращаясь вечером в покои принцессы, Хасин нес девочку на руках, вслед за ними шел довольный и спокойный Таш, который чувствовал в демоне такого же защитника, каким был сам. Неожиданно девочка посмотрела вперед и громко вскрикнула:
- Лили!
Хасин поднял голову и увидел идущих навстречу королеву Рабию со своей дочерью и фрейлинами. Вторая малышка, так же радостно вскрикнула и, вырвав ручку из руки матери, побежала вперед. Демон опустил принцессу на пол, и та побежала навстречу. На полпути девочки встретились и крепко обнялись, застыв так на некоторое время. А Бастард смотрел в этом момент на королеву: она недовольно поджала губы, стараясь не смотреть на свою вторую дочь, явно была недовольная тем, что они пересеклись. В ее глазах была и тоска, и грусть, но все же презрения больше.
- Анна! - почти с гневом, воскликнула Рабия, подходя к девочкам.
Анна испугано отупила от сестры и склонила голову, даже не глядя на мать, но дрожа от ее голоса.
- Матушка, - тихо прошептала девочка, склоняясь в корявеньком пока реверансе перед королевой.
Хасин невольно и недовольно нахмурился, увидев, что девочка боится собственную мать, дрожит перед ней и даже не смотрит.
- Почему ты еще не в постели?! - грозно просила Рабия, снова беря Лили за руку и словно отгораживая ее от сестры своими юбками.
- Я уже иду, матушка, - со слезами в голосе прошептала Анна, еще ниже опуская голову, словно вина ее была непомерной.
- И сколько раз и просила тебя не выпускать свою псину из спальни! - прошипела гневно женщина, бросив взгляд на Таша.
Тот в ответ оскалился, но тут же умолк под прикосновением возвышавшегося над ним Хасина. Рабия нарочно не смотрела на него, напрочь игнорируя, будто не желая признавать присутствие демона здесь в принципе.
- Доброго вечера, Ваше Величество, - спокойно поздоровался Хасин, подходя ближе и становясь за спиной Анны.
Королева подняла на него таки взгляд. Смотрела зло, но со страхом, молча и упрямо не желая отвечать. Дамы за ее спиной нелепо открывали и закрывали рты. Они вроде и порывали склонить перед ним головы и сделать реверанс - как-никак он придворный и подданный империи Халлон с громким титулом, и не одним, и с не менее громкими званиями - но то ли боялись не угодить королеве, то ли просто от страха замешкались под его взглядом, который он нарочно бросил на каждую, заставляя опускать любопытные взоры.
- Ваша...Светлость, - была вынуждена ответить королева, не смевшая в присутствии своей свиты не оказать ему должного уважения и почтения, как послу другого государства.
Но голос ее был полон презрения и гнева.
- Что так поздно вы делаете во дворце? Разве вы не вручили еще свой подарок принцессе? - заносчиво и недовольно, откровенно выражая свое несогласие с его присутствием, спросила королева.
- У Вас чудесная дочь, и не вижу смысла ограничивать время, проводимое с ней. Она подросла, с ней можно интересно побеседовать.
В этот момент он посмотрел на Анну, которая подняла на него личико, радостно и польщено улыбаясь, но тут же вновь стушевалась под взглядом матери.
- Это лишнее! - непреклонно заявила Рабия. - Не вижу смысла в вашем...общении.
- Он есть хотя бы тем, что оно появилось, - язвительно протянул Хасин, в презрении изгибая губы, прекращая играть роль, где пытался быть учтивым и вежливым. - И если вам нет дела до собственного ребенка, оно есть мне. И не Вам, - он резко повысил голос, когда Рабия открыла рот, чтобы возмутиться, - мне указывать. Это дитя не Ваше - Вы сами так решили.
Дамы, за спиной королевы, опустили головы от страха и угрозы, которая просквозила в словах Бастарда. Он прекрасно владел голосом, и многие дрожали при одном только его вкрадчивом шепоте, который не сулил ничего хорошего, сжимались от страха от повышенного тона, и с ужасом содрогались от его крика.
С этими словами Хасин подхватил Анну на руки, перед ним расступились все, когда он продолжил путь, прижимаясь к стенам и не глядя на него и принцессу. Но неожиданно демон остановился и обернулся к королеве, что провожала его сверлить ненавистным взглядом.
- И да, Ваше Величество, - ледяным тоном начал Хасин, - если я узнаю - а я узнаю - что ваши злость и страх, которыми от вас несет сейчас, - голос был презрителен и уничижителен, - выльются на принцессу Анну, Вы жестоко поплатитесь. Касается каждого! - рыкнул он, обведя взглядом всех присутствующих, некоторые из которых вскрикнули и даже заплакали, закрывая лицо, лишь бы не видеть его алеющих глаз. - Перед Вами принцесса, достойная вашего уважения и почитания! И я не потреплю иного к ней обращения! Запомните!
И он продолжил свой путь как ни в чем не бывало.
Хасин как раз дочитывал Анне сказку, лежа рядом с ней на кровати поверх покрывала, когда в покои - а это была уже не одна комнатушка как в его приезд два года назад - ворвался Тамир. Девочка рядом, находящаяся уже в полусне, испуганно распахнула глазки и дернулась всем тельцем.
- Тшшш, моя прелесть, - успокаивающе прошептал Хасин, укладывая ее обратно на подушки. - Спи.
Капля принуждения - и глазки принцессы закрылись, и девочка уже крепко спала.
Под испепеляющим взглядом короля, Хасин неторопливо отложил в сторону книгу и поднялся с постели. Вышел из спальни и тихо прикрыл за собой дверь. Поворачиваясь к королю, коротко и властно бросил служанкам:
- Вон!
Тех и след простыл через мгновение. И в тот момент, когда они остались наедине, каждый позволил себе выплеснуть ненависть и презрения, даже не пытаясь этого скрывать.