Страница 2 из 28
Оксана несколько растерялась, вопросы, которые она могла задать, не предназначались для такой аудитории.
- Нет, я просто хотела рассмотреть вас поближе, - наконец нашлась она.
- А кто вы? Представьтесь, пожалуйста, - продолжал общение Горелов.
- Я Оксана Синицына, но не думаю, что вы знаете меня.
- Как же, как же! Я много слышал о вас. Очень хочу с вами поговорить, останьтесь, пожалуйста, после мероприятия. Я сильно не задержу.
Оксана согласно кивнула головой.
Ждать пришлось недолго, народ уже начал расходиться, и как только площадь опустела, кандидат в мэры сошел с помоста и подошел к ней.
- Приятно познакомиться, - начал разговор он. - Благодаря вашим усилиям я могу выдвигать свою кандидатуру на этот пост. Мне бы очень хотелось, чтобы вы вошли в штаб моей избирательной кампании.
- Нет, спасибо, я и так очень занята, но у меня есть просьба.
- Да-да, я слушаю.
- На вас работает некто Вадим Лиходеев.
- Извините, но я не знаю такого.
- Зато я хорошо знаю и в какой стране находится, и чем занимается. Во время его последнего приезда он жил с женщиной. Насколько мне известно, они любят друг друга, а кроме того, она ждет от него ребенка. Не могли бы вы разрешить ему приехать в наш город, ну хотя бы на пару недель?
Евгений Дмитриевич постоял несколько минут молча, переваривая все сказанное.
- А вы действительно хороший сыщик, - наконец произнес, - я все понял. До свидания!
- Всего хорошего! - ответила Оксана и пошла в сторону агентства.
Через несколько дней Стасу позвонила Светлана и сказала, что в эти выходные она не сможет взять Машеньку - всего на десять дней приехал Вадим, и она проведет их с ним.
Глава 2
Алевтина Тимофеевна Рябинина торопилась домой, сегодня ей опять пришлось задержаться на работе. В эти предновогодние дни, ей, как главному бухгалтеру, предстояло сделать очень много. Но сейчас, выйдя из кабинета, все мысли были о семье. Леночка, наверное, уже заждалась ее, да и муж вот-вот должен с работы прийди. Подходя к дому, она подняла глаза и посмотрела на окна своей квартиры на третьем этаже, но они были темные. Сердце у женщины сжалось от нехорошего предчувствия. Она даже не заметила, как преодолела шесть лестничных пролетов и, открыв дверь, влетела в прихожую. В комнате Леночки на полу стоял школьный рюкзак - значит, дочка после школы приходила домой.
"Наверное, пошла к кому-нибудь из подружек готовиться к полугодовой контрольной по математике, - решила Алевтина, - трудно дается дочке этот предмет. Значит, должна где-то быть от нее записка".
Но записки не было. Сразу звонить девочкам мама не стала. Коль занимаются, не стоит им мешать. Решила пойти готовить обед, придут-то все голодные.
Прошел час, но Лена не появилась. Вот Валера открывает дверь своим ключом, он никогда не звонит.
- Аля, привет! Что ты такая расстроенная? А где доча?
- Этим и расстроенная, Лены до сих пор нет дома.
- А ты ей не звонила?
- Решила, может, у подружки математикой занимается, не хотела отвлекать.
- Ну что за народ! - проворчал Валерий Степанович. - Ладно, я сам ей позвоню.
Он нажал кнопку быстрого вызова, пошли длинные гудки, но никто не отвечал. Дождавшись, когда его перевели на голосовую почту, Валерий отключил телефон.
- Я же говорила - занимаются, вот и звук в телефоне выключила, чтобы не отвлекаться, - пыталась оправдать дочь Алевтина.
- Ничего, отвлекутся, не графья, ты уже вся зеленая от волнения. Ну-ка, давай номера Марины, Люды, Светы.
Все три девочки ответили, но Лены у них не было, и мало того, каждая из них говорила, что Лена очень спешила домой, чтобы поскорее сесть заниматься. В доме воцарилась мертвая тишина. Звонить больше некуда, оставалось только ждать. Ужин остывал на плите, какому родителю пойдет кусок в горло, когда неизвестно, куда девалась дочь.
Минут через сорок Валерий Степанович еще попробовал связаться с Леночкой, но на этот раз автомат сразу отвечал, что абонент находится вне зоны связи. Повторные звонки через некоторое время приносили те же результаты.
Когда стрелка часов стала подходить к двенадцати, решили позвонить в полицию. Им сообщили, что они должны приехать в отделение и написать заявление, их теперь стали принимать в первый же день пропажи людей, а также стоит принести несколько снимков. Найти фотографии оказалось проблемой - сейчас всё это находится в компьютере или в телефоне. Пришлось порыскать в папке "Изображение" и распечатать их на принтере, а потом прыгнуть в машину и, несмотря на сильный снегопад, добираться до ближайшего отделения.
Дежурный их сразу впустил и даже подал Алевтине Тимофеевне стакан воды, так как ее нервы не выдержали, она рыдала в голос и не могла остановиться. Приняв заявление, которое очень долго писал Валерий Степанович, сержант положил его в папку к другим бумагам и попытался выпроводить их.
- А что, вы не собираетесь начинать искать нашу девочку? - удивилась Алевтина.
- Вы думаете, что я сейчас по тревоге подниму отряд полицейских, и они будут бегать по улицам и искать неизвестно где неизвестно кого?! Вот завтра утром придут на работу сотрудники, рассортируют заявления по отделам. Ваши документы попадут к следователю, и он займется поиском. Но сразу предупреждаю, найти пропавшую девочку, если она вообще... - дежурный замялся, поняв, что ляпнул не то. - Короче, это очень сложно. Знаете, что я вам могу посоветовать: обратитесь к частному сыщику. Слышали, например, про Оксану Синицыну, она здесь недалеко, в "Агате" работает. Это, конечно, будет стоить денег, но зато гораздо надежнее.
На этом "успокоенные" родители и отправились восвояси. Зайдя в дом, они молча, даже не включая свет, уселись на диване в гостиной, прижавшись друг к другу. Так и прождали всю ночь свою дочурку, в полусне, вскакивая и просыпаясь от каждого шороха и снова погружаясь в тревожную дрему.
Лишь только забрезжил рассвет, оба поднялись с дивана и стали решать, как действовать дальше. Чуть приведя себя в порядок и выпив кофе, чтобы взбодриться, решили подойти к школе и подождать дочь там, может, Лена придет от подружки, про которую они не знали.
- Слушай! - вдруг взвилась Алевтина. - А может, она ночевала у мальчика? Поэтому и нам не хотела сообщать?
- Не говори глупостей, - успокоил ее Валерий. - Если бы у нее было все настолько серьезно, ты бы знала. Наша девочка от нас ничего не скрывает.