Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 43 из 52

- А в Титанике он утонул. Не печально? Тут хоть на небо ушёл.

- Нееее. Фуууу. Нам нужен happy end. Кстати....

Я не стала прерывать их занимательный спор и молча спустилась вниз. голоса слышались из кухни - туда и направилась.

Все обитатели дома собрались за обеденным столом и молча поглощали оладьи под мерное бормотание Елены Малышевой по телевизору. Именинник сидел как раз рядом со входом.

- Дедуля, С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ!!!! Мой дорогой. Здоровья, повышения пенсии и прилежных родственников. За уши, наверное, дергать уже не стоит, - дедулю я смачно расцеловала в обе щеки и все-таки потрепала одно ухо.

- Спасибо, внуча.

- Всем привет.

Неспевшееся трио мне ответило таким же приветом.

- Садись, доча. Панкейки! Новый рецепт.

Мама все ещё крутилась у плиты, когда все остальные с упоением жевали. Дед и папа ели прямо руками, макая то в сметану, то в варенье. Костя с приборами аккуратно отрезал по небольшому кусочку и макал, нацепив на вилку.

 

Я села рядом с Костей, пододвинув к себе пустую тарелку и вилку.

Блинчики оказались просто невероятными.

- Мам, это луШий рецепт. Очень вкуШно. Я перепишу у тебя.

- Прожуй сначала.

- Перепиши. Я по утрам хочу так завтракать, часто. Прошептал мне на ухо Константин, но услышали все, кроме деда. Папа так и замер с блином у рта, мама вообще уронила лопатку, а я в лучших традициях сглотнула и подавилась. Виновник аккуратно постучал мне по спине.

Дед же усмехнулся, глядя в телевизор:

- У Елены никакого чувства такта нет. Ну, зачем скажите, во время завтрака рассказывать про несварение пищи из-за трехметровых глистов.

- ПАПА!!!!

Мама с досадой подняла лопатку и бросила ее в раковину. Папа посмотрел на деда, потом на блин и положил его обратно на блюдце. Мне тоже как-то перехотелось, особенно после того, как по телевизору показали, как эти самые непроходимости вытаскивают через разрез в кишке.

А дед продолжил:

- Ну, что папа-то?! Я правду говорю. Никакого такта!

Он смачно обмакнул сложенный блин в сметану и полностью засунул в рот.

После завтрака началась невероятная суета.

Мужчины украшали двор, ставили палатку, натягивали гирлянды и прочее. Праздничный ужин было решено назначить на шесть часов. К деду должны прийти его друзья - поздно было бы не разумно все организовывать. "Не шешнадцать же им", как сказала мама при обсуждении времени, подражая одной из героинь фильма «Любовь и голуби».

Женщины организовали готовку на кухне тёти Веры - она больше и удобней.

Меня посадили за нарезание и чистку всего. А «Всего» приходилось нарезать порциями примерно в ведро.

Соня с Машей грамотно отговорились тем, что нужно Нюфа помыть перед празднеством. А когда они заявились к нам - мокрые, грязные с пеной на голове, за ними, спокойно цокая когтями, прошёл абсолютно сухой пёс. Мы просто все замерли, парализованные шоком. Хотелось спросить: "Какого...?"

- Какого лешего здесь происходит? - тётя Вера упёрла руки в боки.

- Мама, мы его просто хотели помыть в ванне, - еле слышно произнесла Соня, шмыгая носом.

- И??? - так же грозно, но, уже не скрывая веселья, строжилась тётя.

- Не догнали!

Дружный смех просто оглушил, а виновник злоключений сел на попу, самодовольно виляя хвостом. Я протянула ему кусочек колбасы, который он проглотил и не почувствовал.

- Идите, мойтесь, чудики.

Чудики, напоследок хлюпнув носами, рукавами вытерли лица, ещё больше размазав грязь, обнялись и пошли.

 

***

Вечер наступил неожиданно быстро. Я его встретила все в той же позе, сидя за финальной нарезкой фруктов.

Про долгое сидение напоминала ноющая поясница и чувство выполненного долга. Настя прибежала забрать у меня последнюю тарелку, на которую я погрузила ветку домашнего винограда и пару лебедей из яблок.

- Ну все, Наташ, иди, собирайся. Я здесь приберу.

- Хорошо. Классное платье, - я окинула оценивающим взглядом сестру, которая была одета в темно-синий удлинённый сарафан по щиколотку, поверх которого надела фартук.

- Спасибо.

- Обращайся, – подмигнула ей.

Приняла душ, смыла с себя впитавшиеся запахи кухни. Намазала тело нежным муссом. Почесала специальной тонкой, заранее приготовленной линейкой под гипсом и пошла одеваться.

Длинное синее платье в пол с выразительными белыми лилиями, верх был скроен просто - на широких лямках да и низ не особо пышный и тем очень удобен. Волосы я заплела в две аккуратные французские косы, которые сходились на макушке и были просто заколоты специальной шпилькой, остальную длину, чуть ниже лопаток, я завила в локоны.