Страница 18 из 52
Я видела, что он спрашивает исключительно из вежливости, но ответила более развернуто.
- Нет. У них там налажен свой быт, свои семьи. Я слишком давно вылетела из гнезда, чтобы вернуться. Нет, они меня любят и я их, но, буквально пожив с ними неделю, я начинаю чувствовать себя лишней, - пришлось прикусить язык. Кажется, кто-то слишком много болтает.
- А ньюфаундленд у вас откуда?
- Кто? - не сразу сообразила я.
- Собака!
- А! Я его сб... недавно подобрала и приютила, - фигушки! Не буду я себя дискредитировать как водителя. За это время пробка, наконец-то, рассосалась - тронулись. А-то ещё немного и я разболтаю, где ключи от сейфа и где деньги лежат". Умел мой пассажир слушать - похвальное качество.
- Сегодня же пятница! - воскликнула я.
- Да, - заулыбался Савельев.
- Как хорошо. Завтра на работу не надо. Ой! - вроде стандартная фраза, а какой неуместной оказалась.
- Везёт же вам, - как-то трогательно ответил шеф.
- А вам?
- А у меня нет начальства, чтобы на выходные отпустил, - приходится работать.
- О!!! Ну это не серьёзно. Зачем себя изводить? Все равно всех денег не заработаешь. Съездите к невесте, проведайте. Вот и выходной будет, - высказалась и стала ждать ответа, закусив щеку. Мама меня часто ругала, чтобы я "не рубила с плеча" некоторые вопросы. Говорила она мне: "Деликатней, доча, надо быть и мудрее. Особенно с мужчинами" - вот не дано ни того ни другого. Отчего-то меня интересовало, что ответит Савельев, пусть даже пошлет и будет прав.
Константин долго раздумывать не стал, ответил сразу:
- Так если бы была невеста, может быть, и не работал столько, - ухмыльнулся он. - А с чего вы взяли, что у меня кто-то есть? Вроде поводов не давал.
- Ваш брат сказал, - сдала информатора сразу с потрохами. Вот ещё, не собираюсь я в шпионов играть. Как есть, так и сказала - пусть сами разбираются.
- Ну, Вадим и жук.
- Ага, - я как раз представляла Вадима Демидовича со змеиным хвостом. Савельев-старший не обратил на это внимания, погрузившись в свои мысли.
Возникшая тишина напрягала, казалось, натянулась струна и сейчас лопнет. Такие моменты я не любила, поэтому включила, на свой страх и риск, проигрыватель. В памяти были свежи воспоминания, как я опростоволосилась накануне. С радио была какая-то беда, зато старые добрые ленточные кассеты шли на раз. Вот и музыкальную программу в моем ретроавто можно было смело назвать "Старые песни о главном". Сейчас же я включила кассету из времен моей четырнадцатилетней молодости, и салон машины наполнился знакомой мелодией.
Лирическая песня, когда–то давно я знала ее наизусть, и строчки сами всплывали в голове. Сама не заметила, как стала подпевать вслух:
- Я подойду к тебе незаметно, ты не увидишь моего лицааа...бла...бла...бла … Ведь я дороже золота....[i]
Следующая композиция была и сейчас одна из моих любимых и я так же подвывала:
- Замер троллейбус в троллейбусном парке…
На волне эмоций полученных от песни я воскликнула:
- Обожаю эту песню! - и сделала громче. Шикарная мелодия.
- ВЫКЛЮЧИВ ЛАМПОЧКИ В СОРОК ЭЛЕКТРОСВЕЧЕЙ…
Следующая песня была тоже из любимых. Голос певца надрывно пел: «Поздно мы с тобой поняли, что вдвоем вдвойне веселей..."
Но на этой песне действительность и воспитание взяли верх - я сделала звук тише.
К дому подъехала притихшей. А что? Поболтала, песни попела, музыку громко послушала - все сделала, как хотела. Осталось надеяться, что шеф после моих закидонов не побежит домой пить валериану. На вид мужик, вроде, крепкий.
Остановилась перед въездом в гараж в ожидании, когда пассажир соизволит вылезти и покинуть моё транспортное средство. Сидит! Молчит! И нагло смотрит вперед. Пожав безразлично плечами, я заехала на подземный этаж, где и были расположены гаражные боксы. Пусть сидит, ему же дальше топать.
Подъехала к нужному гаражу, достала из бардачка ключи.
- Я сам, - Савельев забрал ключи и пошёл открывать ворота.
Ничего не понимаю. Это переходит все рамки, все ограничения моей личной территории, в конце концов, куда я давно поклялась, что ни один мужик не войдет больше.
Ко мне потихоньку начала подкрадываться паника: она своими костлявыми пальчиками гладила меня по руке, пробираясь все глубже и глубже, под самое сердце. А шеф стоял возле открытых ворот, ожидая моего въезда. Сейчас его задавить или пусть поживет? А-то прет, как танк, не разбирая ни тонких намеков, ни прямых отказов.
Я спокойно заехала в гараж. Мой любимый черный юмор помог справиться с бунтующими эмоциями. Заперла машину, не забыв забрать сумку с заднего сиденья. Савельев отказался возвращать мне ключи – гараж закрыл сам.
И вот мы остановились в полутьме подземной парковки. Возле закрытых ворот я набрала в грудь воздуха, чтобы вновь расставить все точки над «i» и произнести свои коронные слова, когда Константин сделал невероятный для наших отношений жест, нарушив все правила субординации, – он приложил пальцы к моим губам, пресекая все попытки заговорить. На мои жалкие попытки возмущенно помычать и убрать руку лишь раздраженно закатил глаза.
- Да знаю я, знаю. Ты фригидна и мужиков не любишь. Но может хоть чаем одинокого, холостого, голодного мужчину напоишь, а-то обо мне никто и не побеспокоиться? - и такое жааалобное лицо. - Обещаю, приставать не буду.
Поднял обе ладони вверх - сдаётся.
Я сделала глубокий вдох, наполняя легкие застоявшимся подземным воздухом, а с выдохом сдулся весь мой боевой настрой. Что в принципе я теряю? Ничего. Еще один одинокй вечер с телевизором?
- Хорошо. Только чая не обещаю, - ехидным голосом сказала я.