Страница 12 из 17
- Я теперь дома от этого телевизора и не отойду. И слёзы текут. Я к старости слезливым оказался. А подарку рад до слез, - утирая слезинки на щеках, ответил ветеран. - Дело во заботе и во внимании. Не забыли нас. ветеранов. Супругу уже предупредил, никаких грядок и огорода. Пока не насмотрюсь. Гляжу и не налюбуюсь. Наше с Марусей огромное и сердечное спасибо! За подарок - одно, за доброе внимание спасибо. Хорошие вы люди. И соседи вас благодарят - такой праздник для них сделали.
- Нам приятно, что смогли порадовать. Будем разбирать технику? Парни соберут комплекс вам в доме.
- А можно? Если так? Пусть люди еще посмотрят. Парад на Красной площади пройдет. Где его сегодня наши увидят? - отозвался ветеран.
- Решать вам. Вы владелец теперь. Я подскажу начальнику станции, вам вечерком, после просмотра, как все разойдутся, привезут комплекс домой, - заверил Рыжиков. - И ещё...По поводу ремонта в доме, наши специалисты на неделе с Вами созвонятся и подъедут. Все обговорите, что делать, когда и как. И подскажите им как найти этого афганца, Дынько, кажется? Договорились?
- И за это спасибо, - смущенно сказал Нетребин. - Мы завсегда дома. Если с ремонтом поможете, особая вам благодарность.
Фейерверк на площади у вокзала получился невиданный для Каменного ключа. Небо сверкало цветными всполохами и искрилось огненными брызгами. Грохотала пушка боевой машины. Ребятня кричала "Ура!", взрослые хлопали в ладоши.
Рыжиков обнял ветеранов. Парни жали старичкам руки, девушки целовали в морщинистые щеки.
- Подвезти вас до дома? - спросил Валерий.
- Моторин вон подъехал, обещал после увезти. Приезжайте ещё, всегда будем вам рады...
Машины взревели мощными моторами и покатили по главной улице из Каменного ключа.
К ветерану подошли Алексей Тулупов, его друг Женька и с ними Витёк
- Ну, дед Колян, - сказал Алексей - А парни-то оказались, что надо! А мы, прикинь дед, кричим - бандюганы. Бандюганы говорю, сыну. Беги, говорю, Витюне, деда упреди. И он шибко маханул огородами. А еслив стрельбу бы мы затеяли?
- Стрелять точно хотели, - вставил Женька. - Алеха бежит ко мне. Тама, кричит, бандюганы, деда надо спасать. А оно вон чего. И угостили на славу.
- И каша ...Ешь скока хочешь. Не такая, как бабка варит... - встрял Витек. - И медалишки у деда Коляна целые.
- Устал я чой-то мать. Выпил еще. Хоть чуток, а чувствуется, - сказал Нетребин жене. - Старичок, как ни крути. А ребята хорошие приезжали...Душевные.
- Праздник Коля. Сколько людей собралось. Радостные все. Молодцы эти молодые из Тягуна. От души поздравили... - согласилась супруга.
Неожиданно заскрипела дверь в сенях, она открылась и слышно было, как на крыльце с обуви и одежды обметали снег, затем уже постучали в дверь в дом.
"Хозяева, дома?" - спросил кто-то. "Дома, дома! Входите, не заперто", - шумнул Нетребин и пошел к двери. Подскочил с подстилки и юркнул к двери, вслед за хозяином, и шустрый Бублик.
Через порог грузно, даже не вошел, а ввалился огромный Степан, бригадир грузчиков на лесной товарной части станции, по поселковому прозвищу Амбал. Бублик осмотрел вошедшего, и, на всякий случай, из осторожности попятился от двери под лавку с бачком воды.
- Добрый день, вашему дому, - просипел Степан. - С Праздничком вас, по первости. И здоровьишка вам потому, скока не жалко Всевышнему.
- Спасибо, Степа. Проходи присаживайся, гостем будешь, - отозвался Николай Васильевич. - Тебя тоже с Праздником. С Днем победы!
- Проходи, проходи, добрый тебе вечер, - гостеприимно поддержала мужа супруга. - Усаживайся к столу, угостим в честь Праздника, как заведено.
Она привычно хлопотала у кухонного стола, кроша лучок в салат.
- Сперва, ясен пень, про дела хозяева, ветераны дорогие... - не стал пока присаживаться Степан. - Я тута с бригадой, и мы, дед Колян, вот по какому случаю... Бородкин отправил. Мы ж бригадой сёдни не выходные.
- За что это вас в праздник-то, на сверхурочные? - поинтересовалась хозяйка.
- Дак, помощь потребовалась. Слыхали же, грузовые простояли в завале. График в разлет. Но груз, проходящий для Болтова, хошь не хошь, а как есть разгружать. Маршрутный товарняк ждать сверх нормы не станет, хоть и запоздавший... И томимся, значит, в дежурке.
- Да уж понятно, - согласился Нетребин. - То есть при службе и маетесь. До сих пор Тогучинскому не пробили путь? Не присядешь-то, то есть?
- И я говорю, - бригадир кашлянул несколько раз, но всё равно сипло продолжил бригадир. - Хриплю малость. На морозе, вишь, без сугрева напрыгаешься, голоса и нет.
- Малинки-то бы на ночь с чаем. Прогревает, - посоветовала хозяйка. - А то без голоса останешься. Начальству без окрика - не работать!
- Пользуем, и малинку, и водочку с красным перчиком. Так вот... Бородкин нас послал. Чтобы ты дед понял...На станции приезжие твои, которые шумливые, с пушкой...Подарок тебе, как есть оставили...
- Было такое, - согласился ветеран. - Я ж сказал всем...Чтоб люди, кто пожелает, наши поселковые и пассажиры какие...Раз такая катавасия приключилась третий день... Могли в зале ожидания телевизоры, кинотеатры всякие, что там поставлено... Ну, могли бы посмотреть...
- Слышали...Сами смотрели ету выставку и передачи в ней, - подтвердил бригадир.
- Понимаешь, стало быть, что к чему? - пояснил ветеран. - Света -то в поселке ни у кого, сам знаешь...А тут скоро парад в Москве, как пропустить дорогое нам зрелище. Я тоже хотел глянуть на торжество, ко времени подбежать.
- Во, разобрались, - выдохнул бригадир. - Понял загвоздку?
Судя по взмокшему лбу, беседа ему далась с трудом. Ораторским искусством Степан явно не блистал. Брал он в другом- силищи был неимоверной, чем и восхищал молодежь поселка.
- Забота в чем, дорогой друг, Степа? - спросил ветеран. - Прости, что туго соображаю. Сто фронтовых с молодежью принял. За Победу, да под армейскую кашу от выпивки не отказываются. Согласен? Но для меня старикан, а фронтовые теперь - это серьезно.
- Да и мы...Мимо себя сей факт мимо не пропустили...- рассмеялся довольный Степан. - Любо-дорого к Праздничку стакашек- другой.
- Вам-то сам бог велел, - засмеялась хозяйка. - Упустить праздничные сто фронтовых... Да, ни в жизнь...
Степан тоже посмеялся над нелепой мыслью, что грузчики могут отказаться "принять на грудь" в честь такого Праздника. Отсмеявшись от души, он вежливо уточнил:
- Мы меру знаем, уважаемая Мария Яковлевна. Мы же на службе. Осторожность при погрузочно-разгрузочных работах... Это - почти ж... Эта... Инструкция! А двести фронтовых, для нас - слезы, а не выпивка. Так я скажу!
- Кто же спорит, - завершил тему ветеран. - Ваша бригада, все на трассе знают, труженики и ударники!
- Спасибо от бригады, дед Колян! - гаркнул ветерану польщённый Степан. - А с телевизорами дело такое. Бородкин говорит, отнесите все к деду. Попортит кто сдуру вещь, а отвечать кому? Шут его знает! Нам-то что, мы на службе.
- Пусть бы стояли, никто и не полез бы к технике, - хмыкнул ветеран.
- Не, дед. Приказ вышел, мы сполнили. Я токо разбирать сей комбайн не дал, - высказался Степан. - Разобрать, кабеля повыдергивать? А кто собирать ету херовину вновь станет? Петро наш, на что въедливый тракторист, как схему в книженции позырил, сразу признался - ум за разум у него зашелся.
- Ну ты, Степа и брякнул. А Влад Дынько? Его сам Валерий из фирмы отметил. Наш, знающий парнюган.
- Не... Опасаюсь за технику я. И Бородкин тоже. Не...В поселке, поди и умельцев для неё не сыщешь! Я с розетки шнур вынул, и ребята гужом всё взяли...И как было составлено, чо за чем, так и несли по улке всем гамузом. Ну чо, заносить?
- Раз принесли, заносите! Куда деваться, - скомандовал ветеран. - Марусенька, я те попрошу...Ты человек аккуратный... Проследи, чтоб разместилось.
Бригада, все семь человек, осторожно, один за другим, вносили в дом аппаратуру, стараясь ничего не перепутать. Больше двух десятков техники, шкафчики с динамиками разной высоты, были опутаны множеством проводов.