Страница 31 из 33
— Я думала, он никогда не уйдет, — Мари качает головой, вытирая руки о фартук
— Я знаю. Мне кажется, он понял, что я вру о головной боли. Я самая худшая лгунья в мире, — возмущаюсь я. Боже, я ненавижу лгать ему.
— Давай же, посмотрим, будет ли у нас ребенок в скором времени, — говорит Мари, и мы обе спешим в ванную. Я быстро делаю тест и кладу его в раковину. Открываю дверь для Мари, чтобы она могла войти, и затем мы просто смотрим на тест и ждем.
— Что ты делаешь?
Я вскрикиваю от неожиданности, подпрыгиваю и оказываюсь лицом к лицу с Шоном, который стоит в дверях ванной.
— Я… О… — я смотрю на Мари для поддержки, но она просто молча стоит. — Я думала ты ушел, — наконец, произношу я, заикаясь на каждом слове.
— Я пытался, — он проводит рукой по волосам. — Просто почувствовал, что что-то не так.
Он делает шаг в ванную, и я отступаю, пытаясь заблокировать вид на тест, но моя задница уже уперлась в раковину.
— Детка, ты меня пугаешь, — он делает еще несколько шагов ко мне, и я вынуждена запрокинуть голову, чтобы посмотреть на него. Шон, должно быть, увидел тест в раковине позади меня, потому что на его лице появляется улыбка.
Внезапно он опускается на колени передо мной.
Я чувствую, как Мари двигается, а затем слышу ее слова:
— Две полоски.
Шон прижимается лицом к моему животу, повторяя ее слова:
— Две полоски.
— У нас будет ребенок, — шепчу я, проводя руками по его волосам.
— Я люблю тебя, — шепчет Шон моему животу, и я чувствую, как слеза скатывается вниз по моей щеке.
Затем он подхватывает меня и несет на нашу кровать. Мари давно ушла. Вероятно, чтобы рассказать Сэлу, что они станут бабушкой и дедушкой.
— Мы должны покинуть остров. Здесь небезопасно. Может быть…
Я перебиваю его.
— Успокойся. Ты планировал это. Подумай об этом, Шон. У нас есть Мари и две акушерки. До главного острова рукой подать, и мы можем остаться там, когда срок будет достаточно большим. Мы не уйдем. Это наш дом. Мы создали его для семьи, которая у нас будет. Мы проделали большую работу.
— Ты права, Лисенок. У нас все получится.
Эпилог 2
Шон
Девять месяцев спустя…
— Просыпайся, детка. Думаю, у меня отошли воды.
Я подпрыгиваю на кровати, чуть не скидывая Тессу на пол. К счастью, мои рефлексы действительно хороши, когда дело касается ее, и я успеваю подхватить ее на руки, прежде чем она падает.
— Ребенок? Прямо сейчас?
Она хихикает и кивает. Сейчас не время хихикать. Мы должны действовать. Сейчас.
— Как давно отошли воды? — спрашиваю я, бесцельно шагая по комнате. Я просто хожу кругом, держа ее на руках.
— Шон. Успокойся.
Тесса согласилась, что завтра мы уезжаем с острова и проведем последнюю неделю беременности в городе. Это наш первые ребенок, и мы надеялись, что она проходит весь срок.
Я умолял ее уехать раньше, но она не хотела. Наконец, вчера после ужина мне пришлось встать на колени и просить ее уехать со мной на лодке утром. Я не мог справиться со стрессом от того, что мы далеко от больницы, когда срок уже такой большой.
— Тесса, — в моем тоне так и звучит «Я же тебе говорил», но я скажу это позже. Черт возьми, я знал, что это произойдет!
— Я уже разбудила Сэла. Он с Мари на пирсе, они готовы выдвигаться. Наши сумки упакованы, и нам не потребуется больше пятнадцати минут. У меня есть время. Просто нужно дышать.
Это я должен быть поддержкой для нее, а не наоборот.
Я выношу Тессу из комнаты и стараюсь все продумать и сосредоточиться. Осторожно усаживаю ее на скамью и надеваю туфли. Мари, должно быть, оставила их для меня, продумав все наперед. Слава Богу, что хоть кто-то думает.
— Пора, — говорю я в панике, замечая ожидающих нас Сэла и Мари.
— Знаем, сынок. Просто успокойся. Все будет хорошо.
Сэл кладет свои большие ладони мне на плечи, помогая подняться на борт, пока я прижимаю Тессу к своей груди. Я не опускал ее на ноги, потому что она сказала, что у нее отошли воды, и я боюсь, если она встанет, то ребенок просто выпадет.
Я понимаю, что это невозможно, но сейчас не могу мыслить рационально. Мари подходит и садится рядом, убирая волосы Тессы за ухо.
— Ты отлично справляешься. Мы передали сообщение в больницу, они будут ждать нас на причале.
— Я беспокоюсь не о себе или ребенке.
Тесса кивает в мою сторону, и я стараюсь сдержать дрожь в коленях. Я чертовски сильно нервничаю, но мне нужно держаться ради них. Наш ребенок на подходе, и мне нужно быть сильным.
— Все нормально. Все будет хорошо.
— Еще раз, но чуть меньше паники в голосе, и тогда ты сможешь себя убедить, — смеется Сэл, устраиваясь за рулем лодки.
Поездка занимает всего пятнадцать минут. Я могу сделать это.
— Ты все еще думаешь, что это мальчик? — Тесса пытается отвлечь меня, а это действительно то, что мне сейчас нужно.
Сделав глубокий вдох, я решаю сосредоточиться на этом. Пол ребенка станет сюрпризом. Мы оба хотели, чтобы это был особенный сюрприз, когда ребенок родится.
Я целую ее в лоб и вдыхаю запах. Это приносит немного спокойствия. Она всегда меня успокаивает, и сейчас я благодарен за то, что до сих пор держу ее в своих руках.
— А ты убеждена, что это девочка? — спрашиваю я, глядя в ее глаза. Там нет ни грамма страха, и это согревает мое сердце — осознание того, насколько храбрая у меня девочка. Она готова ко всему, что встречает на своем пути. Я знаю, она станет потрясающей матерью.
— О, конечно же, я права. Я — мама. Я все знаю, — она смеется, когда произносит это, ведь сама не верит в то, что говорит. Она приподнимается и проводит рукой по моим волосам. Мне нравится, когда она это делает. Так же, как и ей нравится это делать.
— Скажи мне что-нибудь милое.
Она пытается сосредоточить мое внимание на ней, и для меня это самое легкое, что может быть.
— Если это будет девочка, то я бы хотел назвать ее Альмой — в честь твоей бабушки.
В ее глазах появляются слезы, но она только улыбается и кивает. Через несколько мгновений она прочищает горло, улыбается и говорит:
— Если это мальчик, я бы назвала его Маркусом. В честь Сэла.
Мы набросали несколько имен, когда впервые узнали, что она беременна, и я помню, как она спрашивала про второе имя Сэла.
Теперь настала моя очередь выглядеть расчувствовавшимся. Думаю, весь этот стресс и эмоции доканывают меня, и все, что я могу сделать в ответ на это — просто кивнуть. Это прекрасный способ почтить человека, который сделал меня тем, кем я являюсь сегодня. Плохо или хорошо, но это привело меня к Тессе. И я хочу пронести это сквозь года.
— Вот они, — говорит Мари, указывая на врачей, которые стоят на пирсе.
Вздохнув с облегчением, я прижимаю Тессу еще ближе.
Все будет хорошо.
Больница здесь обычная. Она чистая, и есть все, что нам нужно, но без разных излишеств, которые есть в Штатах. Вместо этого у нас есть три медсестры и врач, и все, чтобы родился здоровый ребенок.
Мои нервы немного успокаиваются, когда они подключают Тессу к аппаратам с мониторами и видят, что с ней и ребенком все в порядке.
Как только мы оказываемся в палате, врачи проверяют ее и начинают что-то тихо говорить друг другу, и уровень моей нервозности вновь зашкаливает.
Наконец, незадолго до того, как у меня бы сдали нервы, врач подходит и говорит, что шейка матки полностью раскрылась и Тессе необходимо начать тужиться.
— Что?! — одновременно кричим я и Тесса. Мы в шоке. Тесса не издала ни слова, ни звука, что у нее начались схватки.
Внезапно я чувствую, как она сжимает мою руку, и медсестры вновь встают по позициям.
— Это не редкость, что вы чувствуете давление только когда ходите, и при этом так сильно расширились, — Тесса пристально на меня смотрит, потому что большую часть беременности я не давал ее ногам коснуться земли.