Страница 10 из 14
Эти последние мысли Ори и озвучила.
– Верно, – ответил капитан. – В этом и состоит трудность.
– А ты учитываешь то, что вся конструкция пластична? Она играет. Как в этом случае точно рассчитать боковые смещения?
– Именно поэтому я выбрал последний, прямолинейный участок разгона. В этом случае смещения должны быть минимальны. Вся конструкция двигается внатяг и меньше всего подвержена боковым смещениям.
– Но времени до подхода к порталу остаётся мало! – привела последний аргумент второй пилот. – Сколько времени потребуется для преодоления того лабиринта?
– Согласен. Но мы должны успеть. Я и не говорил, что будет легко. Другого выхода в сложившейся ситуации я не вижу. А вы? Возвращаться домой не вариант.
Ори тоже не видела выхода, кроме возвращения. Однако понимала, какие перспективы будут, если задуманное парнем удастся.
– Ну, так как? Справитесь, или мне самому брать управление?
Девушка задумалась лишь на мгновение.
– Справлюсь!
Раз он так уверенно говорит, значит, не сомневается, что у него получится. А зная, что у него обычно всё получается, в подобное легко верится. Раз так, то и у неё получится. Отдать управление? Вот уж нет. Ори и сама всё сделает не хуже. Плевать, что такого никто и никогда не делал. Будет первой. Она докажет, докажет себе и в первую очередь ЕМУ, что является одним из лучших пилотов в Содружестве.
– Точно справитесь? Я должен быть уверен.
Ори нахмурилась. Прислушалась к своим ощущениям. Руки не дрожали. Страх перед задуманным прошёл. Появилась лёгкая злость, которая всегда помогала в сложных ситуациях. Не та злость, которая затмевает разум, заставляя принимать необдуманные решения, а другая, позволяющая сконцентрироваться на достижении поставленной цели. Илюха бы это назвал куражом, но потомственная элентийка не знала такого понятия.
– Справлюсь, капитан, – ответила спокойным голосом второй пилот.
– Раз так, тогда принимайте управление. Пять минут до начала манёвров. Выполнять мои команды очень точно, все вопросы, если возникнут таковые, потом. Это понятно?
– Да!
– Поехали. Право пятнадцать.
– Есть. Пошли вправо!
– Одерживай.
– На курсе!
– Уменьшить тягу на один клик.
– Есть.
– Ещё пять вправо.
– Выполняю.
– Так пойдём. Задержать.
– На курсе.
Крейсер встал в мёртвой зоне, напротив узкого проёма, в котором если и поместится, то между его бортами и поверхностью грузовых контейнеров будет не более десяти метров, а в некоторых местах и того меньше.
– Внимание, начинается самое сложное. Крен на левый борт девяносто.
Ори шевельнула указательными пальцами, активируя маневровые двигатели. Всё нужно было делать быстро и точно. Мало повернуть на один бок корпус корабля в пространстве, надо ведь и задержать его в нужном положении. Испарина выступила на лбу девушки от напряжённой сосредоточенности. Она превратилась в автомат, точно выполняющий указания. Ведь это не она придумала подобный манёвр, а капитан. Именно он рассчитал последовательность действий. Она может только не подвести его. И она не подведёт. Не будь она Ре Ори Пенферро.
– Три вперёд!
Это значило, что надо добавить тяги на три клика. Вернуть убавленный ранее и добавить ещё два.
– Выполняю.
Крейсер чуть ускорился и начал втягиваться в узкий проём. Не дай Великая Бездна, ИскИн лихтера вздумает вильнуть, всё. Конец приключениям. Но второй пилот не думала о возможных последствиях. Попросту некогда было. Перед глазами только цифры информации положения корабля в пространстве.
– Уравнять скорости.
– Есть.
Прямой участок кончился. Теперь нужно было завернуть как бы за угол сверх большого контейнера, но длина крейсера этого не позволяла. Однако капитан и это учёл.
– Дифферент на корму девяносто градусов.
– Есть.
– Задержи. Толкнись вправо. Стоп. Корабль в плоскость! Один вперёд. Задержать. Дифферент на нос девяносто. Стоп. Один вперёд. Задержать.
И так до бесконечности. Команды сыпались ежесекундно. Мысли из головы Ори будто ветром сдуло. Потерялся отсчёт времени. Только цифры координат перед глазами и пот, струящийся ручьями из всех возможных пор кожи. Напряжение было таким, что даже кондиционированная атмосфера скафандра пилота не справлялась с физиологией. Благо хоть глазами смотреть не надо. От них бы сейчас было мало пользы. Казалось, что прошла вечность.
– Стоп! – прилетела очередная команда. – Так стоять будем. Главный!
– Я.
– Посадочные опоры готовь.
– Есть опоры.
– Принял. Второй, сажайте корабль. Восемь метров до касания.
– Есть. Пошли на сближение. Пять метров.
– Главный, будь готов включить магнитные контуры.
– Два метра… Метр… Касание!
– Магнитные контуры активны. Стоим надёжно, капитан.
– Отличная работа, ребятки. Мы справились. СЗ-систему можно отключить. Тут нас хрен кто найдёт. Второй, вы молодец. Прекрасная работа.
– Спасибо, капитан, – еле выдавила из пересохшего горла девушка. – Никогда бы не подумала, что буду заниматься подобным. Это невероятно. У нас получилось.
– Глаза боятся, а руки делают. Так говорят у меня дома.
– А у вас всё делают так?
– Как?
– Вот так, наперекор общепринятым правилам?
– Правила, леди, пишутся для мирных времён. А война очень часто заставляет нарушать эти самые правила. У нас тут на секундочку война образовалась. Помните? Вы все, я имею в виду Содружество, видимо, давно не воевали, раз забыли, как это делается. А мы воюем практически непрерывно, с разной интенсивностью. К тому же ваша цивилизация забыла истинное понятие фразы «Не рекомендовано». В моём понимании понятие «НЕ РЕКОМЕНДОВАНО» совсем не означает НЕЛЬЗЯ или ЗАПРЕЩЕНО. Я это понимаю по-другому.
– Как?
– Делай, но сначала всё точно рассчитай. Как опять же говорят у нас, «семь раз отмерь, один раз отрежь», вот так вот.
– Я запомню, – серьёзно ответила Ори.
– Я на это очень надеюсь.
Глава 6
Илья ловил себя на мысли, что всё больше и больше находит аналогий между жизнью моряка и космонавта в Содружестве. Время так же течёт медленно, как патока, но вместе с тем летит стремительно. Как так получается? Как такое возможно? Так это же время. Очень странная и непостоянная величина, как всеми считается. Ведь когда ждёшь, оно практически не двигается, а если спешишь, то за ним не успеваешь, как ни старайся. Так и у моряка. Когда он уже длительное время находится в рейсе, когда очень устал от «кораблядской» жизни, когда тоска по берегу, по родным и близким становится невыносимой, время до окончания контракта как бы замирает и практически не двигается.
Но если оглянуться назад, потом, уже после рейса, когда находишься в отпуске, то начинаешь с удивлением осознавать, что целый год выпал из жизни, а ты этого даже не заметил. Весь этот сначала год, потом два, три, четыре, десять, двадцать, пока ты бороздил водные просторы оторванный от жизни, твоя жена как-то жила, что-то делала, дети как-то росли, как-то учились, а потом и вовсе как-то выросли и завели собственную жизнь. Нет, ты прекрасно понимаешь, как это всё происходило, но понимаешь и главное, что всё это происходило без тебя. Ты превратился в как бы непостоянную величину, которая через определённый промежуток времени появляется и приносит с собой много денег. После чего вскорости снова пропадает. Тебя никто не винит. Да и не за что. Ты ведь зарабатывал деньги для семьи, старался привезти их побольше, на себя ничего не тратил, всё домой тащил. Подарки, обновки, гостинцы. Но если посчитать, сколько ты времени провёл в море, а сколько дома, то выясняется, что твоя жена больше половины того времени, которое вы якобы с ней вместе, жила одна. Сама решала проблемы, ведь тебя не было, вместо тебя водила дочку или сына, или сразу двоих, а то и троих в зоопарк, цирк. Ходила на собрания в школе. Рассчитывала свою зарплату, чтобы хватило и на еду, и на репетиторов, и на одежду. На квартплату, за воду, отопление, электричество. Всё сама. А ты был в море.