Страница 21 из 50
Он говорил, и Кей видела, как это происходит, слышала, как это происходит. Снова, как и после дневной беседы, ей казалось, что образы и звуки странно смешались и стали туманными.
Но хотя конкретное содержание его слов нередко ускользало от нее, чувства ее были кристально ясными, порождающими образы, которые прерывисто вспыхивали сквозь туманную пелену, вызванные глубоким, низким гулом его голоса.
Азазот. Йог-Сотот. Шуб-Ниггурат. Слова эти представляли собой бессмысленный набор слогов, но эти бессмысленные слоги были именами, именами, слетающими с человеческих губ в слабой попытке определить реалии, которые ими обозначались.
Реалии Великих Старых Богов, порожденных запредельным космосом, которые пришли править на земле задолго до того, как человечество выбралось из первородной слизи, выбралось по их приказанию, чтобы служить им и исполнять их волю. Человек был создан для того, чтобы поклоняться и повиноваться Великим Старым Богам, которые преподнесли дар жизни, и это подтверждение подобных отношений. Подтверждение — в легендах всех земель, легендах, недавно возрожденных в теориях Великовского об «астронавтах» с других планет и в «колесницах богов» фон Деникена — символах странствий Великих Старых Богов через пространство и время. Осталось еще найти подтверждения в области физики, но и будут обнаружены, потому что только они, эти Боги, своей мудростью и умением бессмертных мастеров могли возвести великие строения, что было не под силу человеку, — башни-храмы в Атлантиде, Лемурии, на континенте Му и во многих других исчезнувших до начала истории землях, а также библейскую Вавилонскую башню, уничтоженную потопом.
Этот потоп — результат смещения геологических пластов, которое разбило и затопило континенты, содрогавшиеся от пролетающих огромных комет. Он сокрушил храмы Великих Старых, сбросив их под гигантскую толщу мутных океанов или под подобные горам массы полярных льдов.
Каким-то образом малая часть человечества выжила; и выживала в зверином убожестве на протяжении неисчислимых эпох ледниковых периодов и очень медленно возвращалась снова к подобию цивилизации. Но среди новых культур и культов в мифах сохранились и старые, в искаженном виде формирующие основу заново возникающих религий. Некоторые знания также сохранились; достаточно упомянуть в этом плане Стоунхендж, Зимбабве, храмы майя, строения в Ангкоре, Великие Пирамиды.
Там правили новые жрецы, извращая древнюю мудрость и подчиняя ее своим интересам. Они отрицали само существование Великих Древних, маскируя память о них под обличьями демонов — Аримана, Сета, Ваала, Сатаны.
Но они не могли замаскировать расовую память, которая проявляла себя в человеческих снах и отражается по сегодняшний день в их художественном воплощении. Коллективное бессознательное всегда содержит намек, указание на истину и существует в преображенном виде даже сейчас. Что есть астрология, как ни символическое выражение влияния звезд — тех самых звезд, откуда явились Великие Старые, чтобы управлять нашими судьба ми?
Жречество и прочие священнослужители всегда стремились к тому, чтобы дискредитировать правду, чтобы клеймить знание, как зло. Человек гиб нет, говорят они, потому что хочет отведать запретный плод — плод с Древа Познания. И это именно боги жрецов — единичные или множественные, — насылают наводнения и прочие бедствия в виде наказания. Всегда самопровозглашенные проповедники новых богов утверждают, что только им принадлежит истина, что только их обряды богослужения — единственный верный путь.
Отсюда — секты и расколы, войны и завоевания, разделение на нации, соперничество доктрин, рожденных в огне и крови, — уничтожение многих, чтобы лишь немногие могли править. Отсюда также и преследования верующих.
Но, несмотря ни на что, верующие продолжают существовать. Среди них всегда находились немногие избранные, не поддающиеся обману в виде искажений и извращений, которые были в ходу у их смертных хозяев и наставников. Они помнят Великих Древних.
И Великие Древних помнят о них.
Потому что они не умерли. Сущности, способные пересекать пустоту внешнего космоса, бессмертны. Даже погребенные под титаническими громадами льдов или замурованные в огромных каменных цитаделях под толщами морских вод, — погребенные, но все знающие и чувствующие. Спящие на протяжение эонов, которые для них — лишь мгновение; посылающие из своего упокоения тревожные сны. Те сны, что сознание неверующих воспринимает, как устрашающие ночные кошмары, но верующим они несут свежую истину, свежую надежду на то, что настанет день, когда Великие Старые восстанут и воцарятся снова. В затонувшем Р’льехе Великий Ктулху покоится в ожидании, в ожидании того времени, когда звезды встанут верно и обретут власть освобождения. Это время уже близко, и власть обладает мощной силой — она запечатлена в тайных письменах, которые хранятся верующими на протяжение веков. Это та самая власть, те самые знания, которые воплощены в Звездной Мудрости.
— Я несу вам весть, — провозгласил преподобный Най. — Томительное ожидание подходит к концу. Созвездия сочетаются на своих космических путях. Землетрясение в прошлом месяце — это знак предопределения. Восстают силы, чтобы явить нам будущее. Скоро горы превратятся в кучки пыли, ледовые преграды растают, и море откроет свои тайны.
Многие погибнут — проповедники лживых религий и их лжепророки, которых называют сциентистами, вместе со всеми теми, кто был их последователями. Настанет время ужаса для них, друзья мои, — и время торжества для нас. Выживут те, кто верует.
Руки в перчатках поднялись и стали двигаться перед темным лицом в ритме, соответствующем произносимым словам. — Кому-то, я знаю, это кажется полнейшей чепухой. Для иных это — богохульство или, в лучшем случае, нечто вроде суеверия. И вы говорите себе: кто этот шарлатан?
Высокий голос резко оборвался. — Или вы, возможно, говорите: что это за напыщенный индюк, и кто он такой, чтобы мы плясали под его дудку? Человек, мы не понимаем, о чем речь, может, нам ума не хватает? — преподобный Най улыбнулся и пожал плечами. — Конечно, вы можете сказать это — сомнение есть сомнение. Оно всегда находится на путях правды, и от него надо избавиться.
И теперь настало время правды.
Пока он говорил, его руки опустились под выступ кафедры и поднялись снова, держа какой-то ящик или ларец.
Кей смотрела на этот прямоугольный ящик; он был примерно в фут шириной и восемнадцати дюймов в длину, сделанный из желтого металла, потускневшего от времени. Его наружная поверхность была покрыта гравировкой, изображающей скорченные фигуры, видимые лишь наполовину из-за тени; его крышка была богато украшена.
Преподобный Най поставил ящик на кафедру; толпа зашумела, затем стихла. Кей почувствовала настроение напряженного ожидания; от тепла этой сгрудившейся массы стал исходить холодок, наполненный запахом страха. В очередной раз ей показалось, что все затуманивается.
Затем преподобный Най нажал на заднюю стенку ящика. Крышка откинулась, и сквозь затемнение пробился луч света — танцующий, изгибающийся луч изнутри этого ящика.
Лицо Ная было залито этим светом, когда он смотрел в открытый ящик. Он вытянул руки вперед, и одновременно раздался его голос.
— Смотрите на дар Великих Древних, поднявшийся из моря, как и они сами несомненно поднимутся! Смотрите на дар истины, спустившийся со звезд, чтобы сделать вас свободными!
Он развернул ящик вперед, чтобы показать источник света, находившийся внутри, — большой кристалл, закрепленный по сторонам металлическими обручами внутри ящика; поверхность кристалла была покрыта пламенными гранями, которые излучали ослепительный свет, бивший прямо в глаза собравшимся.
Кей попыталась отвернуться от ослепительного сияния, но укрыться от него было невозможно — пронзительный блеск завораживал. Свет был повсюду, и голос звучал отовсюду. Голос был частью света, и свет был частью голоса, и все вместе было частью сна. И в этом сне Кей чувствовали себя разделенной, разделенной, как грани кристалла. Часть ее смотрела, часть ее слушала, а еще одна часть принимала участие в том, что она видела и слышала.