Страница 81 из 91
5.12.2165 г. от Р. Х. Москва.
Михаил Иванов замер слева от второй шлюзовой двери президентских покоев. Дисплей перед глазами отображал состояние организма, все параметры в норме. Лишь эмоциональное состояние слегка зашкаливает, да уровень мыслительной активности совсем маленько не дотягивал до условной половины нормы.
В полностью отрешенном состоянии, он раз за разом прокручивал в памяти произошедшее с ним через несколько часов после встречи их транспорта с истребителями американцев…
Вынырнувший из-за горизонта транспортный вертолет, вышел из режима скоростного полета, развернул лопасти винта и приземлился в нескольких десятках метров от уцелевших десантников. Из откинувшегося люка выпрыгнул человек в легком скафандре. Приблизившись к ним, он открыл забрало шлема и проговорил:
— Уцелели…
Михаил невольно напрягся. Тон, которым это было произнесено, прямо сочился ненавистью. Руки сами развернули автомат в сторону майора ГБ.
— Зря… — зло проговорил человек, и Михаил с ужасом осознал, что тело ему больше не подчиняется. Перед глазами повисли слова:
Внешнее управление. Сохраняйте спокойствие.
— Ну, ничего, и вам применение найдётся… — усмехнулся гэбэшник и, развернувшись, зашагал к вертолету. Подчиняясь командам, поступающим извне, десантники потянулись за ним.
С тех пор минуло уже чуть больше года…
Дверь, ведущая в покои президента, раскрылась, и человек, долженствующий гарантировать соблюдение закона и конституции, за волосы выволок в коридор молодую девушку:
— Убрать… — презрительно бросил он.
Наклонившись, один из десантников попытался поставить девушку на ноги. Перед глазами Михаила вспыхнуло сообщение:
Объект мёртв. Уровень угрозы нулевой.
Боец, держащий в руках девушку, замер на месте. Внутри у него что-то оборвалось… Мгновение спустя, всё его существо заполнила пустота, а в ушах гулко отдалось бьющееся в бешеном режиме сердце. Тактический комплекс подал сигнал тревоги, но было уже поздно, все индикаторы состояния стремительно побежали у нулевой отметке.
Несколько минут скафандр пытался реанимировать свою начинку, в то время как Инк, напрямую контролировавший в течении года все действия человека, не мог принять решение, что делать дальше. В конце концов, он перекинул принятие решения на высшее должностное лицо.
Появившийся через десять минут из шлюза президент, осмотрел замерших людей и зло спросил:
— Что происходит?
— Он умер… — прозвучал равнодушный ответ одного из десантников.
— Кто?
— Лейтенант Иванов Миха…
— Да мне плевать, как его зовут! Снимите БСК и отправьте туда же… — нога президента пнула тело висящей сломанной куклой в руках десантника девушки. — Куда и эту падаль…
— Этот БСК не получится снять сразу, он…
— Значит, засуньте в утилизатор прямо в нём!
— Есть! — скафандр Михаила, подчиняясь внешним командам, зашагал впереди бойца, забравшего у него тело девушки.
Вернувшись в свои покои, президент плеснул виски в бокал и почти поднес его к губам, когда прозвучал голос Инка убежища:
— Отключить сессию внешнего управления выбывшего бойца личный номер…
— Да! И заткнись на время, пока сам не позову!
БСК «Вурдалак» Михаила Иванова замер в двух метрах от дверного проёма в помещение, где располагались блоки утилизаторов. Шедший следом десантник тоже остановился. В его мыслях вяло промелькнуло удивление, но управляющий им Инк знал, в чём дело. Он сразу уведомил подопечного, что прекращено внешнее управление и теперь Михаила придется отнести в руках. Выронив на пол мёртвое тело девушки, десантник беспрекословно сделал шаг вперёд.
Скафандр Михаила, так и не получивший приказа о прекращении поддержании жизнедеятельности организма, продолжал искусственно качать кровь, насыщая ее кислородом. Его системы справлялись ничуть не хуже медицинских комплексов, способных годами поддерживать жизнь в фактически мертвом теле.
Гулко ударило сердце… Ещё раз… И ещё один. Словно кто-то невидимый рывком вывернул ручку газа, заставляя сердце стучать всё быстрей и быстрей. Индикаторы состояния рванулись к самым верхним, пиковым отметкам:
…запрет приёма внешних сигналов и команд.
Принято.
…анализ.
Коллапс функций центральной нервной системы в результате глубокого психологического стресса. Системы реанимации БСК дали время на разгрузку ЦНС.
…снять ограничение на форсаж организма.
Принято.
…принять классификацию противника.
Выполнено.
Михаил резко развернулся к подходящему бойцу и перехватил протянутую руку. Тускло маякнув в свете лампы, десантный нож с визгом вошёл в подмышечное сочленение. Несколько быстрых движений и труп десантника медленно падает на пластик напольного покрытия. На скрытом броней лице Серого навсегда застыло облегчение и еле заметная улыбка…
Отпустив кнопку активации мономолекулярного режима, Михаил убрал нож в магнитное крепление на бедре. Подняв с пола ДК, выпавший из рук собрата десантника, Михаил на секунду присел возле трупа девушки. Протянув руку, он коснулся локона волос Елены. Чуть дрогнув, перчатка замерла, индикация эмоционального состояния упала к нулевым отметкам…
Коротко пискнул детектор движения. Отработанный сотнями тренировок уход с линии атаки и короткая очередь прошивает шлем показавшегося в дверном проёме десантника. По помещениям убежища разносится тревожный вой сирены. Ствол автомата безошибочно находит скрытый динамик системы оповещения, и одиночный выстрел заставляет его замолчать.
— Правильно ребята, враг на территории… Бойтесь…
Отстегнув от пояса гранату, Михаил катнул её в конец коридора. Очередная смена позиции, и несколько коротких очередей уходит к показавшимся там десантникам. Взрыв разбрасывает бойцов в стороны и заставляет на секунду потерять ориентацию. Этого времени вполне достаточно, чтобы Михаил совершил рывок через весь коридор.
Левый локтевой щиток парня врезается в шлем одного, а короткая очередь отбрасывает другого десантника к стене, повторно отправляя в нокдаун. В присяде сделав подшаг, Михаил крутанулся на месте, и оказавшийся в правой руке, вместо автомата, нож подрезает коленный сустав противника. Продолжая движение, парень выполняет перекат, и очередь из автомата, который держит уже левая рука, уходит в грудную пластину покалеченного бойца. Короткий бросок, и нож ставит точку, входя в шейные сочленения под подбородком. Тем временем автомат выдаёт короткую очередь в шлем второго десантника, который, наконец, отлип от стены…
Обиженно полыхнув искрами, замок тюремной двери разблокировал запоры. С громким скрежетом сдвинув створку в сторону, Михаил вошёл в помещение. Нулёвый БСК летит на пол, а он сам возвращается к двери контролировать подступы.
— Быстро одевай! И объясни мне в двух словах: как вы это допустили?
Гибким движением, поднявшись с койки, Татьяна Иванова бросилась к скафу. Раскрыв его, она несколько неуклюже забралась внутрь. Через пару минут процедура полевого облачения была завершена и она наконец смогла ответить:
— Режим внешнего управления доступен только по коду Василя и президента. Кто мог знать, что получив всю полноту власти, главный окажется таким уродом?
— Должны были знать… — зло сплюнул Михаил и уже спокойно спросил. — Готова?
— Почти… Где Лена?
— Её больше нет… — три коротких слова упали в тишину и заставили Татьяну заметно вздрогнуть.
— Я понимаю… — подойдя к кровати, она достала из под одеяла ребенка и повернувшись к сыну спросила. — В руках нести опасно, что делать?
Михаил, уже готовый к выходу оглянувшись тихо сказал:
— У тебя багажник пустой…