Страница 6 из 7
Первая ступень лестницы
После стажировки первой вашей работой в области кураторства может стать должность помощника куратора. В зависимости от страны, учреждения и его особенностей эта должность может предполагать всё что угодно, от помощи одному или нескольким кураторам (или их команде) до самостоятельной организации выставок – и любые другие задачи. Различается и сам уровень этой позиции. В США помощник куратора обладает достаточно высоким статусом и может работать на этой должности годами. Дальнейшая перспектива такова: куратор, старший или ответственный куратор, директор выставочного отдела, директор программы, заведующий коллекцией, заместитель директора музея или иного учреждения, исполнительный директор и генеральный директор. Впрочем, это лишь один из возможных путей; кураторская карьера предполагает и множество других вариантов.
Было время, когда куратор был незаметен: полностью погруженный в исследования, он оставлял организацию выставок на откуп своим помощникам и менеджерам. Но чем дальше, тем больше профессия куратора включает общественную деятельность и приближается к общей модели реализации проектов. Проявления ее многолики: это и лекции, и выступления в галерее, и встречи с прессой, и участие в экспертных советах (открытых для аудитории), а подчас и в жюри премий по искусству.
Куратор как эксперт
В мире присуждается множество премий в области искусства – от студенческих в колледжах и университетах до интернациональных. Одна из самых известных – это премия Тёрнера, вручаемая галереей Тейт в Лондоне. В этом случае должность выборщика или эксперта может превратиться в испытание. Ричард Дормент, начинавший на должности помощника куратора в Музее искусств Филадельфии, а с 1986 года являющийся штатным критиком газеты Daily Telegraph, входил в жюри премии Тёрнера в 1989 году и так вспоминает свои ощущения:
Процесс обсуждения номинантов, по-моему, был не слишком радостным или приятным… Я достаточно поздно начал писать о современном искусстве, а до того работал музейным куратором, критиком, независимым организатором выставок – всегда классического искусства. До того момента я не сталкивался с «политикой современного искусства».
В жюри входили Барри Баркер, тогдашний директор [центра современного искусства] «Арнольфини» в Бристоле; Бернар Блистен, в то время куратор Музея современного искусства в Париже; Ивлин Джейкобс, член попечительского совета «Покровители нового искусства» в Тейт, и Ник (Серота). В конце концов мы, конечно, не передрались, но каждый яростно отстаивал своего фаворита, и общее решение далось нам нелегко.
За последующие годы условия конкурса менялись и переписывались. В то время я был еще совсем «зеленым», и накал спора оказался для меня неожиданностью. Сегодня я бы вел себя куда хитрее, окажись в подобном жюри[25].
Яра Бубнова, первый директор Института современного искусства в Софии, поработала во множестве международных комитетов и проектов. В 2013 году она была членом жюри итальянской премии Челесте, присуждаемой как дебютантам, так и уже опытным художникам без ограничений по государственной принадлежности, возрасту и полу. Активная поддержка молодых талантов в сочетании со способностью проводить наводящие на глубокие размышления выставки привлекла к Бубновой международное внимание. Вот как она описывает свой опыт работы в жюри вместе с кураторами из разных стран:
Работа в таком коллективе – это обмен идеями, информацией об именах и событиях. Она позволяет лучше понять художников и их творчество, вникнуть в позиции других, отличные от твоей, и понять, как им видится то, на что смотришь ты сам. Работа в жюри интернациональной премии расширяет твое сознание.
Будучи экспертом, ты стараешься отстаивать свое мнение и идеи: пытаешься увлечь коллег собственной интерпретацией творчества художника, приводишь примеры, пытаешься поместить конкретные работы в нужный контекст и т. д. Каждое коллективное решение – компромисс. Иногда – хотя, должна сказать, нечасто – приходится менять свою точку зрения под давлением коллег; иногда решение определяется голосованием[26].
Я считаю, каждый должен найти свою дорогу. <…> Насаждать заготовленные модели – последнее дело для наставника[27].
Некоторым кураторам выпадает честь стать учредителями новой премии. Подобная инициатива может рождаться долго и трудно, а может явиться внезапно из незапланированной встречи или случайного события. Независимый лондонский куратор Кери Хэнд, прежде чем открыть свою галерею, основала в 1999 году премию Olay для женщин-художников (ее спонсором был бренд Oil of Ulay, впоследствии переименованный в Olay[28]) при поддержке журнала MAKE [29] и Центра кино, видео и новых медиа LUX[30]. Хэнд рассказывает:
Меня познакомили с Энн Франке, команда которой проводила для нас исследование в Женской библиотеке искусств, где базировался MAKE. Тогда Франке была директором по маркетингу в Oil of Ulay. Было бы просто нелепо упустить случай обратиться в Ulay с идеей поддержки женщин-художников, и мы придумали премию для женщин, занимающихся кино, видео и цифровыми медиа. Oil of Ulay взялись выплатить художницам, вошедшим в шорт-лист, по пять тысяч фунтов на осуществление новых работ, а победительница получала двадцать тысяч. Работы номинанток были выставлены и опубликованы в альбоме под названием «Визионерки»[31]. Ивона Блазвик тогда работала в MAKE. Теперь она директор лондонской галереи Уайтчепел и учредительница премии MaxMara для женщин-художников, которую я тоже всеми силами поддерживаю, – выходит, наша инициатива нашла продолжение[32].
Команда Хэнд не смогла остановиться на одном проекте и в итоге разделила премию между двумя номинантками.
Мнения о многих наградах, особенно имеющих денежный эквивалент, разнятся и среди художников, и среди кураторов. Последним порой кажутся спорными или ограничительными условия, установленные спонсорами, а для первых хотя лауреатство приносит славу, внимание прессы и финансовые вливания, сама конкуренция с коллегами иногда оборачивается проклятием, вызывая стресс и помещая художника под прицел средств массовой информации, что не всегда способствует творчеству.
В чем предназначение этой книги?
Музейные стандарты задают универсальную меру кураторской практики во всех ее многочисленных разновидностях. Настоящая книга в целом следует музейной модели, но очерчивает и альтернативные варианты, более доступные или актуальные для фрилансера или независимого куратора. Главное – помните, что кураторская профессия по определению направлена на расширение границ: пробуйте новое и оспаривайте условности, не стесняя свою креативность никакими стандартами. «Справочник куратора» предоставит вам полезную информацию, советы и частицы опыта известных ученых, педагогов, галеристов, кураторов и музейных администраторов, которые работают в условиях развития визуального искусства, кураторства, музейного и галерейного сектора.
Глава 1. С чего начать?
Идеи и озарения
Идеи – главное в кураторской практике, и почти столь же важны тщательная исследовательская работа и понимание целевой аудитории проекта. Чтобы избежать досадных самоповторов, куратор должен следить за актуальными тенденциями высокой и популярной культуры, а равно и субкультур. «Кураторство по сути своей отзывчиво», как сказала Пенелопа Кёртис, директор Тейт Бритн[33].
25
Из электронного письма Ричарда Дормента автору от 30 апреля 2013 года.
26
Из беседы Ханса Ульриха Обриста с Софией Кржи Экорд, вошедшей в кн.: Obrist H. U. Everything You Always Wanted to Know about Curating But Were Afraid to Ask. Berlin: Sternberg Press, 2011. P. 172–173.
27
Из электронного письма Яры Бубновой автору от 4 июня 2013 года.
28
Oil of Ulay (впоследствии – Oil of Olay, ныне – Olay) – компания по производству косметики, основанная в Южной Африке в 1949 году. Ныне это американский изготовитель средств по уходу за кожей и многомиллиардный бренд.
29
В 1983–2002 годах журнал MAKE был печатным органом британского фонда поддержки женщин-художников Make.
30
Фонд LUX, занимающийся рекламой и распространением экспериментального кино и видео в Великобритании, возник в 1990 году в результате слияния ассоциаций London Film Makers’s Co-op и London Video Arts (впоследствии также называвшейся London Video Access и London Electronic Arts). LUX обладает огромной коллекцией экспериментального кино- и видеоискусства, в которую входят произведения более чем тысячи авторов.
31
Из электронного письма Кери Хэнд автору от 13 июня 2013 года.
32
Там же.
33
Из выступления Пенелопы Кёртис на круглом столе «Что не так с кураторством?» («The Trouble with Curating») в лондонском Институте современного искусства 9 декабря 2010 года.