Страница 13 из 147
Воистину, второго такого упертого сукина сына не знала земля. Казалось бы, если объявление выложено больше года назад, а эту рухлядь еще никто не купил, пора было бы сделать выводы, но нет: старик стоял на 2045 годе выпуска, как на невинности любимой дочери перед лицом потенциального жениха. Никаких рассрочек. Только всю сумму разом. Две с половиной тысячи юаней. Никаких залогов, поручительств и "ну честное слово, все отдам!"
Вконец измотав себе все нервы спором с вздорным дедом, не понимавшим, что достать лишнюю тысячу ей сегодня неоткуда, а послезавтра, вернувшись в Москву, она все ему вернет, в чем готова написать расписку хоть у нотариуса, Аня спустилась в гостиничный бар - довольно паршивенький - выпила соответствующего виски, и, взгрустнув, вернулась в номер. Лаура следовала за ней по пятам, но слишком заметно для человека, работавшего профессиональным телохранителем.
- Лаура, прости, а кто ты по профессии? Если можно полюбопытствовать.
- Как говорил мой дед, любопытство удлиняет нос и укорачивает жизнь, - флегматично отозвалась та.
Аня почесала нос. Собственно, эта слегка вздернутая пимпочка вряд ли заслуживала названия длинной.
- Не всегда, видимо. Но ты не отвечай, если не мое дело.
- Я работала в полиции Пекина. А теперь больше не работаю. - Это было сказано не с мужественным смирением перед судьбой, свойственным героям дешевых боевиков, а вполне себе спокойно и доброжелательно, но так, что Аня тут же свернула все свои расспросы.
Вместо этого она стала прикидывать в голове варианты. Проблема была в том, что москвичи, живущие на ренту Поднебесной, не имели права брать кредиты в банке. Как не имели права осуществлять денежные переводы на карты друг друга - иными словами, могли дать в долг только наличные, а наличными теперь редко кто пользовался. Все это каким-то хитрым образом было связано с регуляцией денежной системы после Соглашения, но Аня финансистом не была и подробностей не понимала. Единственный вывод, который она могла извлечь, заключался в том, что достать деньги вот прямо сейчас ей будет затруднительно. А гарантии, что "братки" не соберут жесткий диск и не явятся сюда со дня на день, никто бы не дал.
- Если я составлю расписку, и мы заверим ее у нотариуса, сможешь взять в кредит тысячу юаней, Лаура?
- Мой вид на жительство не настолько хорош, пары печатей не хватает там, - хмыкнула Лаура. - Тебе срочно нужны деньги?
- Еще как!
- Тысяча юаней?
- Да.
- Я дам тебе их в долг. При одном условии. Ты ищешь сокровище?
- Скорее автоматы.
- Как это у вас называется? Барыш?
- Да.
- Четверть, если там что-то есть и стрелять не будут.
- А если есть и будут - половину?
Лаура непроницаемо улыбнулась.
Аня нисколько не удивилась, когда на следующее утро, принимая товар, разглядела на солнечно-желтом боку "Копателя ВТ-2045" плохо закрашенную маркировку "САT". В крайнем случае, можно было выждать еще лет пять и продать это какому-нибудь музею как реликт, в принципе имевший шансы видеть закат Красной империи собственными визорами.
По здравом размышлении, лаз решили делать не под обрывом, а сверху. Вероятно, это удлинило бы их работу - как-никак винтажному копателю теперь нужно было дорыть до потолка и разнести его - но страховало от возможного обвала. Аня и Лаура и без того знатно наглотались песку, пока лазали по берегу сверху и искали эхолотом, куда ведет туннель. А дальше "САT" работал, не покладая ковшиков, часов восемь подряд, потом они мотались в город за генераторами для подзарядки реликта, и он снова мужественно копал, пока не зашкрябал о бетонный потолок бункера.
Дальше в ход пошел сперва бур, которому творение Красной империи оказалось не по зубам, а за ним - отбойный молоток.
Аня не уставала благословлять небеса за то, что на дворе стоял четверг, а массовый сезон отпусков еще не начался - все-таки в первых числах мая здесь еще было холодновато для приятного дачного отдыха. Поэтому никто не вышел с двустволкой вежливо спросить их, за каким дьяволом они притащили этого желтого дятла и какого черта вообще здесь происходит.
На всякий случай, поставили музыку погромче. Копатель самоотверженно вгрызался в древний бетон. К вечеру у Ани у самой голова болела так, словно стену долбил не "САT", а она лично, собственным лбом.
В темное время суток работы было решено свернуть. Даже думать не хотелось, как далеко бы разносился звук ударов в ночной тиши, да еще над рекой. Заночевали рядом с прорытой ямой, полной песка и бетонного крошева, на дне которой отдыхал от праведных трудов молодящийся копатель, уже не радовавший глаз солнечно-желтым цветом. Он радикально сменил окрас и теперь удачно мимикрировал под песчаную пыль.
Утром, а точнее ближе к полудню, когда Аня оторвала негнущееся после ночи, проведенной в неудобном положении, тело от разложенного сидения автомобиля, эпохальная борьба двух пережитков Красной империи продолжилась. При помощи лома, такой-то матери и отбойного молотка робота-копателя будущее все-таки одержало решительную победу над прошлым. Около трех часов дня бетон, издав страшноватый хруст, осел вниз, к сожалению, заодно с отважным Caterpillar"ом. Аня метнулась к месту трагедии и, в клубах пыли, разглядела внизу песочно-желтую макушку с негодующе горящей красной лампочкой - бедняга при падении завалился на бок, но вроде как не пострадал - куски бетона и мутную воду.
Лаура тоже склонилась над темным проемом, потом поправила очки дополненной реальности и стала невозмутимо прилаживать веревочную лестницу, купленную в местном магазине заодно с эхолотом.
У Ани холодок прошел по спине. В глубине души она до последнего не верила, что они зайдут так далеко, но поднимающиеся из темноты бункера сырость и холод говорили о том, что это никак не сон.
- Там вода?
- Река близко, - Лаура, хотя и сохраняла по-восточному невозмутимое выражение лица, тоже нервничала: ее звонкий акцент сделался еще сильнее. - Не может быть глубины. Робот не под водой.
В принципе, Лаура была права: при такой близости от реки не было ничего удивительного, что за столько лет схрон оказался частично затоплен. Тем более что копатель и вправду не погрузился глубоко. Значит, и они бы не утонули. Просто не нравилась Ане эта темная вода понизу: она мигом навевала мысли о черных провалах в полу заброшенного завода в лесу, слабо светящейся голубой жидкости, человеке практически без лица, скорчившемся у двери, и черно-желтых пауках "химической опасности" на стенах.
По правде говоря, Аня просто недолюбливала замкнутые пространства, особенно если из них был всего один выход, да еще такой узенький.
Лаура деловито подергала лестницу, проверяя, крепко ли та держится.
- Отставать не надо. Разведаем. Ночью вернемся за ценным. Нехорошее время, чтобы таскать ящики, Анья.
Аня кивнула. Дождалась, пока блестящая на солнце черная макушка Лауры скроется в проеме, потом, глубоко вздохнув, полезла сама, включив подсветку очков.
Они оказались в коридоре шириной около полутора метров, разумеется, темном, не считая света, пробивавшегося через дыру в его потолке. Перевернули копателя и поставили, чтобы понапрасну не портить вещь: Аня любила всех роботов скопом и вовсе не считала, что смешанные водно-грязевые ванны им полезны. Огляделись. В метре от них находилась тяжелая гермодверь, ведущая к реке, но от времени и эрозии почвы ее перекосило так, что едва ли оставалась возможность открыть ту, не прибегая к динамиту. Коридор был затоплен примерно на четверть, поэтому воды Ане было чуть выше, чем по колено. Переглянувшись, они побрели вперед, Аня - просто шарахаясь от каждого шороха, Лаура - вытащив из кобуры пистолет.