Страница 24 из 43
24
При строительстве данной фавелы люди руководствовались не чувством вкуса, а двумя главными правилами: каждое здание должно было быть продолжением предыдущего, в независимости от их архитектурной совместимости, а улицы ни в коем случае не заканчиваться тупиками. Еще одна ирония мироустройства. Жизненная граница, лишенная тупиков в своей структуре. Неспешно прогуливаясь под любопытные местные взгляды я не испытывал никакого дискомфорта. Данное место мне напоминало огромное, не в меру опутанное проводами и различными электрическими приспособлениями общежитие, жильцы которого были крепко связанны всевозможными социальными аспектами, и я, в не зависимости от собственного желания, становился одним из них. Разница в цвете кожи, истории, образования здесь не имели никакого значения. Люди были повсюду. Некоторые из них просто сидели на порогах своих жилищ, переговариваясь с соседями и наполняя улочки гортанными звуками, другие были заняты домашними хлопотами. Ребятишки, как стайки рыб, кружились на редких свободных пространствах. Быт, который окружает каждого человека - это один из множества щитов, который защищает его от некоторых ударов судьбы. Наш разум в любой ситуации стремится к упорядочению окружающего нас разнообразия, причем совершенно не важно, информационное либо материальное это самое разнообразие. Факт моего присутствия в данном месте говорил сам за себя. Я - жив, а значит, я имею право на борьбу за собственное будущее. Одно из немногих воспоминаний, которые связывали меня с отцом - это слова, которые он повторял в тяжелые моменты его пути: «Майерс ,запомни, если кто-то выключил свет в твоей жизни, то у тебя есть всего лишь две возможности. Первая - это найти выключатель, но в таком случае свет может погаснуть вновь, либо найти того, кто посмел это сделать». Удивительная способность человека приспосабливаться, чтобы не быть в ответе за те невыносимы условия, которыми мы наградили свой собственный Мир. Эволюция сыграла слишком жестокую шутку, наделив нас помимо разума еще и безумием. Прогуливаясь по улочкам фавелы, я удалился достаточно далеко от своего дома, но с мудрой предосторожностью, сохраняя выданный мне Сальве иммунитет. Я старался придерживаться своего уровня, четко помня: «ни шагу в низ». Еще одной особенностью царства маленьких, приземистых строений было отсутствие повторений. С каждым шагом мне открывались, безусловно, подобные, но ни в коем случае не одинаковые картинки окружающих зданий, людей и улиц. Не стремлением к индивидуальности, а жаждой к жизни вырисовывался фон, объединяющий эту действительность. Утверждение собственной личности нужно лишь тому, кто сомневается в наличии таковой. Как можно стать тем, кем ты есть если не жить? Обычная человеческая жизнь, без оглядки на деньги, статус, взгляды и мнения окружающих. Жизнь, наполненная своим личным, неповторимым, возможно понятным только самому себе, смыслом. Мы до самой смерти можем даже не подозревать, что каждый прожитый нами день - это частичка чего-то большего, чем просто отрезок нашей истории. Возможно, это то самое место, где рождаются легенды! Судя по солнечному диску, который то и дело выглядывал из-за очередной крыши, время располагало вернуться в свой новый, временный дом.
Развернувшись, я неспешно направился обратно. Кажется, здесь я повернул вверх, нет скорее вниз. Точно, а перед этими ступеньками я двигался по левому, да, именно по левому переулку. А вот и он, не в меру большой синий таз. Нет, тот вроде был с ручками. Скорее всего, это не он, тот стоял, а этот лежит. Почему когда человек теряется, то ему хочется двигаться все быстрее и быстрее? Как будто испуганный мозг пытается поскорее найти хоть что-нибудь отдаленно похожее на уже виденное, знакомое, то, что поможет вернуться в тишину, спокойствие и безопасность. Нет, так больше невозможно. Все настолько же разное, насколько и одинаковое. Каждый переулок, каждое окно, стоявший на нем цветок, занавесь, либо человек вызывали отчетливое чувство, что здесь я уже был, но в действительности что-то мне подсказывало, что ни черта я здесь не был. Люди присутствовали на улицах в изрядном количестве, но кого бы я ни спрашивал о Бабел, или Сальве, они просто в отрицании махали головами. В итоге, кроме того, что мне удалось несколько раз попить воды, я так ничего и не узнал о том, в какую сторону мне нужно было двигаться. Решительно стараясь придерживаться направления вверх, я шел и шел. Кожа на моих изнеженных ногах не просто пекла и зудела, она готова была лопнуть. В конце концов, я добрался, как мне показалось, на самую вершину. Небольшая площадка, всего в несколько квадратных метров, напоминала иллюзион. Оглядевшись, я был ошеломлен. Передо мной открылись километры связанных между собой крыш, которые, по левую сторону, плавно перетекали в темную полосу. Наверняка это был лес. А по правую виднелся желтый, выжженный солнцем пустырь.
Оглянувшись назад, я увидел еще одну вершину, подобную той, на которой я стоял сейчас, а позади нее красовались едва заметные многоэтажные, поблескивающие здания. Я постепенно начинал сомневаться в собственном рассудке. Предполагать, что размер данной фавелы заключался в том небольшом кусочке, который я видел перед собой из моего окна, было крайне наивно и глупо. Если кто и мог заблудиться в городе, состоящим преимущественно из одноэтажных зданий, то это был однозначно Стефан Майерс. Отдых был просто необходим. Устало опустившись на выжженную землю, я с наслаждением скинул тапки и вытянул ноги. Влажный и теплый климат Бразилии, смешиваясь с пыльными улочками, оказался чрезмерно благоприятной средой для активного роста всевозможных натертостей и мозолей, которые уже в изрядном количестве украшали мои стопы. Подставив лицо горячим потокам ветра, я прикрыл глаза. Мы сами авторы большинства наших приключений. Как же мне не хватает моего всезнающего блокнота или хотя бы мобильного телефона. Привычка записывать все важные, гарантированно хорошие, проверенные кем-либо места, контакты и прочее сыграла со мной злую шутку. Лишившись этих двух вещей, и при этом, оказавшись в заключении фавелы, я выглядел совершенно беспомощным перед сложившимися обстоятельствами. Внезапно я вздрогнул. Скорее почувствовал, чем увидел, что нахожусь не один, я обернулся.
Молодая, темноволосая девушка стояла позади меня. Высокого роста, смуглая, одетая в полосатые джинсы, кепку и солнцезащитные очки она была похожа на маленькую и шкодную окапи. Я ухмыльнулся и дружелюбно поднял руку. Разговаривать не хотелось. Преувеличенно безразлично глянув, девушка обошла меня с боку и опустилась на землю в нескольких метрах.
- В этих фавелах спрятаться негде. - Негромко произнес я.
- Вы правы. Здесь все на виду. Особенно иностранцы.
Я внимательно посмотрел на девушку. Неужели во время моей прогулки Сальве приставил ко мне сопровождающего. Хотя заблудившись в многочисленных переулках, я неоднократно сворачивал и возвращался обратно в поисках дороги и никого не замечал. Нет, наверное это моя излишняя подозрительность.
- Меня зовут Стефан.
- Маэлен.
- У Вас красивое имя.
- Спасибо.
Кивнув головой в сторону моих босых стоп, она спросила:
- Заблудились? - И не дожидаясь моего ответа продолжила. - Фавелы - это не слишком хорошее место для прогулок.
- Но Вы ведь гуляете. - Парировал я.
Маэлен безразлично хмыкнула.
- Я часто прихожу сюда. - И вытянув вперед руку, указала на блестящий в солнечных лучах город. - Красивый вид.
Я скользнул взглядом и кашлянув ответил.
- Красиво. - И решив воспользоваться возможностью спросил.
- Вы не подскажете, как мне пройти к дому Сальве? Моя новая знакомая приподняла очки, приоткрыв изумрудный бриз глаз. Она качнула головой. В выражении ее лица неуловимо изменилось. В нем одновременно читались опаска и раздражение.
- Надо отметить, что у Вас сильные покровители. - И как бы потеряв ко мне интерес, Маэлен поднялась и добавила:
- Но это не значит что Вы в безопасности. Будьте осторожны.