Страница 20 из 74
– Ну, сучка дворянская! – послышался за ее спиной рев Ильи. – Усе, п...ц тебе!
Сильно ударившаяся девушка повернулась и заставила себя встать, невзирая на боль.
– Оставьте девушку в покое, имейте совесть! – раздался голос Алексея Игоревича, с трудом приподнявшегося на кровати.
– А ты, хрыч старый, ваще заткнись в тряпочку! – гаркнул красномордый. – А то щас придушу!
Он снова повернулся к сжавшейся в уголке девушке. И Даша вздрогнула – в руке Илья сжимал нож.
– Знать так, сучка! – продолжил он, поигрывая ножом. – Щас ты у меня за щеку брать бушь! Поняла? И хорошо брать, попробуй токо укуси!
Господи! Помоги! Да что же ему надо, подонку такому? Даша в ужасе смотрела на Илью и понимала, что сейчас с ней случится что-то страшное. Она не обратила внимание на возникшую в дверном проеме темную фигуру. Только удивленно моргнула, когда какая-то сила выдернула Илью из кладовки в коридор, оттуда послышались звуки ударов и хриплый мат насильника. Он что-то орал, но быстро заткнулся и вскоре только хрипел. Ничего не понимающая Даша продолжала удивленно смотреть на дверь. В этот момент внутрь кладовки вошел человек в черно-серебристой, явно офицерской форме.
– Позвольте представиться, сударыня, – поклонился он, – штабс-капитан Ненашев, Никита Александрович.
– Очень приятно, господин штабс-капитан... – пробормотала ошеломленная девушка.
А офицер уже повернулся к двери и негромко бросил кому-то:
– Где вы там, Николай? Оставьте это , с него уже хватит.
В слове “это” было столько брезгливости, что оставалось только удивляться.
– Не позволю... – ответил смутно знакомый голос. – Не позволю всякой падали мою сестру оскорблять!
Сестру?! Неужели... Господи! Господи! Господи! Это же Коля! Живой! Даша вскрикнула и рванулась мимо едва успевшего посторониться штабс-капитана в коридор. Двое других офицеров трясли хрипящего Илью, из носа которого вовсю хлестала кровь.
– Коля! – вскрикнула Даша, один из офицеров обернулся и бросился к ней.
Да, это был Коля... Непривычно взрослый, небритый, одетый в незнакомую форму, но несмотря ни что – Коля! Девушка уткнулась ему в грудь и зарыдала, выплакивая все горе и отчаяние последних лет. Теперь, когда рядом находился кто-то родной, не было больше нужды держать себя в стальном кулаке. Она смотрела на лицо брата и никак не могла насмотреться. Ой, а этих шрамов раньше не было... Наверное, он был ранен? Впрочем, что это она, война ведь, хорошо, что вообще не убили. Но как он с друзьями мог в Петербурге оказаться? Да еще и в форме!
– А я за тобой, Дашут, – детское прозвище заставило девушку улыбнуться сквозь слезы и только потом до нее дошел смысл слов. За ней? Коля приехал за ней, чтобы забрать ее из этого ада?
– Мама с папой умерли? – спросил Николай.
– Еще в начале восемнадцатого, – кивнула Даша, оторвавшись от его груди и посмотрев в лицо. – Ты же знаешь, у папы было больное сердце...
– Знаю.
– Во время одной из очередных “экспроприаций” он не выдержал, упал и больше не встал. Инфаркт. А мама после этого за три месяца тихо угасла. Господь оказался к ней милостив, во сне отошла... Потом товарищи “уплотнение” сделали, набили в нашу квартиру почти двадцать человек. Я с тех пор в комнате Ксении Ивановны живу.
Негромким, спокойным голосом девушка рассказывала все, что ей довелось пережить за последние два года, и Николай только кулаки сжимал. А когда она дошла до того, как ее начал преследовать Илья, офицер не выдержал, заскрипел зубами
– Неужели не кому было обратиться за помощью? – спросил он.
– К кому? – приподняла брови Даша. – Эта сволочь всем рассказала, что я продажная и только “ломаюсь”... Поверили, конечно, ему. Я же дворянка. Да мне, впрочем, еще повезло. Помнишь Веру Сверскую? Ты за ней в шестнадцатом году ухаживал.
– Да.
– Ее пьяная солдатня всю ночь насиловала. А что потом с ней сотворили, мне и вспомнить страшно. Даже хоронили в закрытом гробу.
Даша вздрогнула и Николай снова прижал сестру к себе.
– Успокойся, Дашут, – почти неслышно сказал он. – Никто больше тебя не обидит.
– А как вы вообще тут оказались? – спросила девушка. – Как вас первый же патруль не арестовал? Вы же в форме!
– Есть способы, – хитро ухмыльнулся Николай. – Увидишь. Собирайся и пошли, нечего нам тут делать.
– А как же Алексей Игоревич? – подняла на него глаза Даша. – Он без меня пропадет...
– Какой Алексей Игоревич?
– Сосед наш бывший. Помнишь одноногого полковника, который в квартире напротив жил? Ну тот, который тебе кораблик парусный подарил?
– А-а-а... – припомнил Николай. – А он тут причем?
– Красные его на улицу умирать выбросили. Я старика в кладовку нашу поселила, слава Господу, никто внимания не обратил. Он уж и не встает...
Она потянула брата за рукав и сказала:
– Пошли, он тебя, наверное, узнает.
– Подожди, – Николай снова бросил взгляд на дрожащего в углу Илью и того от этого взгляда передернуло. – Я, пожалуй, таки прибью эту сволочь.
Он подошел поближе к красномордому. Впрочем, сейчас лицо насильника имело весьма бледный вид.
– Не стоит, Николай, – раздался позади чей-то голос. – Он и так достаточно получил, а я сейчас сделаю с ним то же самое, что с тем мельником.
Даша обернулась и удивленно замерла. Перед ней стоял человек в такой же форме, как и на всех остальных офицерах, однако кожа его была черной. Арап! Но какой арап... Тонкие, аристократичные черты лица, огромные золотистые глаза и грива снежно-белых волос до пояса. Николай тоже обернулся и кивнул.
– Вы думаете, не стоит, господин дварх-полковник? – спросил он.
– Именно так, – кивнул тот. – Тем более, что я даже усилю воздействие. Он не только станет чувствовать боль от любого удара, который попытается нанести, но и при попытке кого-нибудь изнасиловать тут же лишит себя мужского естества. Собственными руками. Причем, прекрасно понимая, что делает, но сопротивляться своим действиям не сможет.
– Великолепно! – расхохотался Николай. – Просто бесподобно! Уж кто-кто, но эта сволочь заслужила.
Непонятный дварх-полковник кивнул. Хотела бы Даша еще понять что это за звание такое. Никогда до сих пор не слышала. Впрочем, арап ведь явно иностранец. Но как хорошо он говорит по-русски... Странно даже. Вдруг глаза чернокожего офицера загорелись желтым огнем и вскоре стали похожи на раскаленные угли. Господи... Даша испуганно прижалась к брату, но тот остался совершенно спокойным. Видимо, уже наблюдал нечто подобное и уверен, что это безопасно. Доверившись ему, девушка несколько успокоилась, но была все сильно озадачена. Да что там, она вообще ничего не понимала. Дварх-полковник подошел к завизжавшему от ужаса Илье и наклонился над ним. Тело краснорожего выгнуло дугой, он захрипел и потерял сознание.