Страница 13 из 15
Илло стоял в шаге от них с Лиго и смотрел стремительно меняющими своё выражение ореховыми глазами. Калло заметил руку Главного Жреца, лежащую на плече Вхархелиса, ощутил остаточный призвук магии, точный и сильный, словно след наконечника копья, и понял, что виденное не было просто актом устрашения или бравадой, а являлось прообразом не успевшего обрести воплощение заклинания. Из глаз Верховного Чародея исчезло безумное выражение, и он крайне ехидно произнёс:
- А, вот и маленький воришка. Часто ты шпионишь так за любимым папенькой?
- Простите, господа, - чуть смущённо ответил Калло, заставив себя не обращать внимания на оскорбление. Раз отец может, то и у него получится. – Мне показалось, у вас настолько не ладится диалог…
- Что ты решил разрядить обстановку, бодро выскочив из-за стены? – рассмеялся Орсо. Он вновь излучал невозмутимость, но стоял почти вплотную к Верховному Чародею. На таком близком расстоянии было отчётливо видно, насколько истощённым и утомлённым неясной внутренней борьбой кажется Илло. Но опасность, исходящая от этого эльфа, не позволяла проникнуться сочувствием к нему. Сейчас Калло впервые подумал о том, что, может, отец прав в своих подозрениях, и мать действительно стала жертвой этого безумца. Раньше это казалось нелепым, но сейчас…
- Никаких разговоров больше, пока я не увижусь с той, кого ты похитил у меня. Где она?! - при этих словах Илло вскинул руку и стремительным движением схватил Калло за плечо, с такой точностью сжав болевые точки, что это не могло быть просто случайностью. Принц задохнулся от боли и едва не застонал.
- Сам найду, - в следующий миг Илло с силой оттолкнул его, развернулся и вышел прочь, безошибочно выбирая направление в дальнее крыло дворца, будто следуя указаниям невидимого компаса. Калло догнал его, идя след в след и готовясь защищать жизнь Игины так же, как только что был готов умереть за отца. Орсо и Лиго последовали за ними.
Немногие встретившиеся на пути Верховного Чародея слуги мгновенно шарахались в сторону, лишь мельком взглянув на Древнего: Калло не знал, отпугивало ли их выражение его лица, его жгучая аура, трепетавшая почти физически осязаемо, или это стремительное перемещение, практически бег по бесконечным анфиладам дворца, но сам бы он точно ни за что на свете не хотел оказаться сейчас преградой на пути Вхархелиса. Илло распахнул двери очередной гостиной, и принц увидел фигурку Игины, застывшую в ожидании посреди комнаты. Она смотрела на Илло и улыбалась, будто давно тут ждала его. Верховный Чародей, не сбавляя скорости, подошёл к ней и обнял, едва ли не повиснув на девушке. Она посмотрела на Калло через плечо приникшего к ней эльфа, перебирая светло-персиковые пряди с непередаваемым выражением лица, а потом сильнее прижала Илло к себе и закрыла глаза. Пара застыла, не шевелясь, и принц почувствовал, что отец и Главный Жрец молча стоят сзади.
Через несколько мгновений Орсо аккуратно взял его под руку, шепнув: «Пойдёмте, оставим их одних». Калло хотел возразить, что это может быть опасно для Игины, но как раз в этот момент Илло сполз на пол у ног девушки, оказавшись на коленях и не размыкая кольца рук вокруг её талии, а затем проговорил на грани слышимости:
- Это я виноват, госпожа… - столь проникновенно беззащитно, что впору казалось заподозрить, что отвратительную сцену в кабинете короля устроил вовсе не он, а его инфернальный двойник.
Калло растерялся и дал увлечь себя прочь.
Они вернулись в кабинет короля, и принц даже не узнал помещение, настолько целитель наполнил его флюидами своих чар.
- Садись, - Орсо мягко подвёл его к стулу и окунул его в свою ауру как в родник. – Мне нужно заглянуть в тебя… Не беспокойся, я не узнаю никакой информации о том, что с тобой произошло или что ты думал.
Калло почувствовал приятный холодок, как от мяты, заполнивший его душу, и понял, что это прикосновение магии жреца. Отец стоял рядом и тоже не выказывал никаких признаков волнения, поэтому принц позволил себе расслабиться и слиться с такими необычными ощущениями, идущими изнутри.
Он потерял счёт времени, отключился от внешнего мира, будто нырнул глубоко под воду, в чистую синюю прохладу, выметающую боль. Здесь не существовало никого и ничего, и в то же время его заполнил целый мир, полный иррациональных скрытых глубин, и здесь было хорошо. Острыми зазубринами его ударило мимолётное воспоминание о кошмаре плена, о том, как он умер, но ощущение распалось, не обретя полноты, а затем сменилось мягким и тёплым образом Игины. Калейдоскоп медленно сменяющих друг друга тёплых образов захватил его своим верчением, и Калло сам не заметил, как заснул.
Проснулся он уже на рассвете, в своей постели. Как ни напрягал память, так и не вспомнил, как вернулся к себе. Не хотелось думать, что его как маленького принесли сюда на руках. Он так и не узнал вердикт Главного Жреца, но мимолётный интерес к этому погас, как только принц вспомнил, что оставил вчера Игину в компании Илло. Он аж подпрыгнул на кровати при мыслях об этом и принялся быстро одеваться. Затем вышел и направился к покоям своей гостьи. Двери были приоткрыты, поэтому Калло после секундного колебания зашёл внутрь. Перед столовой услышал щебечущие женские голоса, вздохнул с облегчением, неспешно отворил дверь, одновременно предупреждающе постучав в неё… и нашёл трёх служанок, убирающих покои Игины и отвлекшихся на болтовню. Кажется, они обсуждали внешность кого-то из охраны Древних.
- Ваше Высочество! – они немедленно поклонились ему. – Госпожи Игины здесь нет, она не возвращалась со вчерашнего дня сюда.
- Не знаете, где?
- Маиса говорила, что видела, как вчера вечером она направилась в покои, где остановился Верховный Чародей… Вместе с ним, - говорившая это служанка сделала страшные глаза, а Калло тут же отвернулся, чтобы не показать своей реакции.
Вполне ожидаемо. С одной стороны. А с другой, Калло не знал, куда себя деть, не сидеть же в самом деле под дверью на потеху слугам, и, промаявшись какое-то время бесцельно слоняясь по коридорам, направился к отцу. Лиго как раз заканчивал завтракать.
- Доброе утро. Ты встал раньше обычного.
- Не помню даже, как уснул. Как я оказался у себя?
- Я тебя принёс. Не делай такого лица, твой сон был крепок после вмешательства целителя, а кабинет не очень удобен для сна.
- И что он сказал?
Лиго вздохнул.
- Что, что бы там ни произошло, оно оставило в тебе очень глубокий след. Что тебя сломало что-то, и личность твоя распадалась, а дух не держался за жизнь. И ожил ты через волю к жизни Игины, а потому вдали от неё тоска со временем выпьет всё, что есть у тебя. Орсо говорит, что сделать разбитое целым нельзя, но постепенно он смог бы научить тебя жить не через кого-то, а самому. Это не разрыв вашей связи, тяга к ней останется у тебя навсегда, а у неё к тебе как минимум до смерти… Но это сделает возможным жизнь поодаль без необратимых повреждений твоей психики, как, в общем, и должно быть в норме у парчхан-ва. Для этого, как ты понимаешь, я должен отпустить тебя в Столицу.
- Ты не можешь не отпустить меня, отец. Я уже говорил.
- Но Илло. Он, конечно, очень послушен ей, однако в таких вопиющих обстоятельствах не поручится никто.
- Почему? Извинения принесены. Она выбрала его. Я ни на что не претендую и готов быть чужаком в городе Древних. Чего ему ещё желать?
- Не проси меня угадать образ его мыслей. Он вызывал во мне отторжение с первого дня нашей встречи. Как настоящее проклятье моей семьи, - грустно отозвался Лиго.
Король занялся делами, и Калло вновь принялся бесцельно слоняться по дворцу, петляя коридорами недалеко от покоев, где разместили Верховного Чародея. Он понимал, как недостойно и некрасиво это выглядит, осознавал, что за тренировкой, или охотой, или помощью отцу время пройдёт в разы быстрее, но ничего не мог поделать с собой, как одержимый вновь и вновь думая только об одном. Как она касалась его в плену. Какой тёплый у неё взгляд. И как вчера она обнимала Вхархелиса.