Страница 135 из 156
Принцесса снова покачала головой.
- Министром образования. В качестве министра обороны на вас всегда будут коситься как на закулисную власть, и это политически нежелательно. Вы всегда любили образование. Не волнуйтесь за итог выборов.
- Приди - социалист, - в голосе маршала звучало сомнение.
- Так и есть, но я уже позаботилась о том, как удержать его под контролем. Он будет произносить разные слова, но не заниматься политикой. Он узнает, что его идеи не работают в реальном мире, и как разумный, благородный человек, он увидит суть дела. Опыт - учитель лучше любой книги.
Пибулсонграм кивнул. Последние слова были невольным напоминанием. Армия, созданная после переворота 1932 года, усвоила, что уроки инструкторов - это одно, а претворение их в жизнь - совсем другое. Как бы там ни было, работа министром образования подходила ему.
Когда-то он попал в деревню, где школьный учитель был явно не на своём месте. Он не просто учил неправильному, он делал это так, что дети скучали и не хотели чему-либо учиться. Плек схватил учителя за шкирку и буквально выбросил из класса. На всё вторую половину дня государственные дела отошли в сторону - арифметику вёл сам премьер-министр. Внезапно его ум зацепился за ту самую формулировку, учить правильному.
Суриётай наблюдала, как проясняется лицо её любовника. Спустя час она вошла в комнату, где Играт читала модный журнал. Она сделала это так тихо, как могла, но Играт услышала её и встала.
- Змейка, отец передаёт поздравления. Говорит, война отлично исполнена.
- Спасибо. Игги, присядь. Мы с тобой никогда не церемонничали. Да, война прошла хорошо, хотя уничтожение японской дивизии обошлось намного дороже, чем мы думали. Филип должен знать. В сражениях с французами мы потеряли 214 человека убитыми и 374 ранеными, при том что количество боёв было намного больше чем с японцами. Потери французов 499 убитых и более двух тысяч раненых, но в плен мы взяли двенадцать тысяч. Но! После битвы у Пхум Сам Анга соотношение более одиннадцати тысяч к пяти. Всего пять пленных. Даже через три дня после окончания основной части боевых действий мы сталкивались с сопротивлением недобитков. Есть о чём подумать.
Игра кивнула, когда курьерская часть её мозга запомнила цифры. Неявная часть работы: держать глаза и уши открытыми. Девушка с улицы видела и слышала то, чего не замечали дипломаты и профессиональные агенты. Играт чувствовала подъём духа среди тайского народа. На победу армии над французами они смотрели как на национальное возрождение. Впервые Таиланд смог силой оружия добиться уступок от европейской державы.
Она также почувствовала потрясение и страх, когда осознала потери. Видела толпы мужчин и женщин, собравшихся вокруг газетных стендов, глядя на списки погибших и пропавших без вести. Во время боёв с французами они были очень короткими, но сейчас издали перечень после битвы с японцами. Гонконг и Шанхайский банк только что переехали в Бангкок и, чтобы представиться, банк заплатил газете "Тай Рат" за выпуск специального дополнения для бесплатного распространения. Играт отметила, что ни один экземпляр не был выброшен.
Суриётай посмотрела на неё и поняла её мысли.
- У меня есть кое-какие документы для Филипа. Отчёты об операциях. Оригиналы отправятся через американское консульство в министерство, но я хочу, чтобы у него была своя копия. Важно, чтобы ваши военные власти знали, какой будет война с японцами. Они в микрофильмах, чтобы ты руки не оттягивала.
Играт слегка расслабилась.
- Спасибо, Змейка. У меня тоже кое-что есть. Отец хочет открыть здесь дело, цементную компанию, в партнерстве с австралийцем Эссингтоном Льюисом. Кстати, он один из нас, хотя пока ещё не знает этого. Мы вкладываем деньги, он обеспечивает экспертизу проекта. Ещё он хочет создать сталелитейную компанию. Хорошо будет всем - мы поставляем цемент, его компания арматуру, город восстанавливается.
- "Сиамская цементная компания" уже существует. Филип может купить её. Мы продадим ему 70 процентов акций, 30 останется у короны. Я подготовлю документы, чтобы их можно было сразу забрать. Ты возвращаешься прямо в США?
- Конечно. Затем в Британию, повидать кое-кого и наших, - несмотря на дружескую беседу, Играт старалась не называть имён. - Ехать сейчас туда надо с оглядкой. Каждый раз вспомогательных полицейских всё больше, и они становятся более агрессивными. В странах, где численность полиции превышает количество простых людей, стоит осторожничать.
Суриётай фыркнула.
- Много времени не потребуется. Филип всегда говорил, что первые шаги к тирании самые трудные, а дальше как с горы катиться. Кстати, я вспомнила. Ты привезла то, что я просила?
- Вот, - Играт пододвинула коробку. - Дюжина бутылок. Извини, что спрашиваю, но зачем тебе столько? Это же нетрудно.
Принцесса заговорщицки ухмыльнулась.
- Это подарок для одного человека.
Кения, Ньянгома Когело, Натальский драгунский дивизион
- Курица чудесно получилась. Ожидание того стоило, - сказал Дирк Клаас африканке, работающей на передвижной кухне. - Слушай, нам правда жаль того ребёнка. Мы бы остановились, если б могли, но такой большой грузовик, да ещё с пушкой на прицепе...
Это было обыкновенное, почти обыденное происшествие. Колонна южноафриканских грузовиков направлялась на юг, в порт погрузки, когда прямо перед ними выбежал ребёнок. Ведущий автомобиль не имел совершенно никаких шансов остановиться и переехал его. Машина позади сделала то же самое, как и следующая. Когда конвой остановился, ребенок был заведомо мёртв. Прибыла местная полиция, начала составлять протокол, но Клаас заметил, что никто, похоже, не беспокоится. Только одна женщина тихонько плакала. Судя по её возрасту, она, скорее всего, и была его матерью.
- Не берите в голову, сержант.
Клаас отметил, что её произношение хорошо поставлено. Без сомнения, обучалась в миссии.
- Никому не нравилось это маленькое чудовище. Наглый ребенок, всегда лезущий не в свои дела. Ещё курицы? Я могу сделать скидку, если всё ваши люди будут покупать у меня.
Южноафриканцы разминались возле рынка, пока не закончили возиться с протоколом. По мнению Клааса, курица была лучшей едой из представленной здесь.
- Мамаша, я тебе так скажу. Ты даёшь нам хорошую цену, а мы покупаем достаточно, чтобы поесть сейчас, и ещё для ужина.
Женщина просияла и назвала цену. Клаас позвал своих людей. На стойке лежало блюдо с кусочками на пробу. Их хватило, чтобы убедить взвод - такую сделку нельзя упускать. Несколько минут спустя возле прилавка развилась бешеная активность. Такой большой заказ, наверное, самый крупный а всё время, потребовал привлечения всей семьи.
- Сержант? - его позвал невероятно молодой южноафриканский офицер. - Полиция закончила опрос водителей. Они говорят об этом как о несчастном случае. Его никто не учил следить за движением. Между нами, большинство в деревни не очень-то сочувствуют. Ребенок был очень назойлив и успел всех достать до печени. В любом случае, дивизия выплатила матери компенсацию матери, дело закрыто. Ты придумал вот это вот с курицей? Хороший ход. Деньги успокоят любые обиды в деревне.
- Курица и правда отменная. Возьми кусочек.
Офицер отломил, попробовал, и от восторга улыбнулся до ушей.
- И точно, братиш. Мамаша, когда этот заказ будет готов, можешь сделать ещё для меня? У штаба дивизии сегодня будет праздник.
- Будет сделано, сэр, - женщина наблюдала за детьми, суетящимися возле гриля, и следила, чтобы они не халтурили.
Вокруг задней части уничтожение поголовья кур достигло масштабов Холокоста. Глава семьи был в восторге от внезапного роста бизнеса. Он уже прикидывал, как на вырученные деньги построить своей семье новый дом, и понял, что это может стать началом чего-то большого. Он воззвал к жене: