Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 44 из 81

- Это еще не все, - произнес Тейлас. – Я еще ничего не сказал о том, что мне удалось узнать об орках в Канингоре.

- Говори.

- От некромантов я узнал - кто ведет это войско. Это самый настоящий лориндор, которому удалось скрыться после последней войны с Тьмой. Он обещает оркам воскрешение их бога и бессмертие. Но есть кое-что еще. В Канингоре находится Камень Огня, – произнес Тейлас.

- Камень Огня? Тот самый? Ты уверен? – всполошился Фиделтин.

- Если верить словам некромантов, то да.

- Значит все действительно очень плохо. Если они нашли один камень, то могут найти и остальные части реликвии, и тогда ни эльфы, ни даже боги не смогут помешать им воскресить того, кто находится в гробнице в Освароте. Нужно действовать быстро. Но осторожно.

- Согласен с вами, медлить нельзя.

- Нам с тобой придется решить - что делать дальше, Тейлас. Не хотелось бы мне действовать врозь с остальными членами Серебряного круга, но обстоятельства вынуждают. Останься здесь, мне нужно обговорить со старейшиной Лейрином пару вопросов, в том числе твое нахождение здесь. Не уходи далеко отсюда и если тебе встретятся эльфы, прошу, не говори им ничего о том, что знаешь. Нам не нужна паника и кроме того пора начать серьезные дипломатические переговоры. Предоставь их мне и старайся не высовываться лишний раз.

- Слушаюсь, сэр Фиделтин. Можете положиться на меня.

 

***

Летописи, описывающие вторжение орков в Шеринвен, рассказывают о том, что один из старших Аскондинов – Фиделтин, отправил послание верховному королю эльфов в Марилиен в надежде на то, что тот откликнется  на просьбы о помощи. В обращении говорилось о прошлых союзах людей с эльфами и о единении народов перед лицом общей угрозы. Однако эльфы не спешили с ответом и в итоге так и неизвестно помогли ли они чем-то Аскондинам или так и остались безучастны в этой борьбе.

Жаркий спор со старейшиной дома Аториена Лейрином, казалось, только отталкивает Аскондинов от них, хотя и истинной причины этого промедления никто не знал. Все это играло на руку оркам Канингора и не все эльфы, как позже оказалось, были довольны решениями верховных лидеров своих домов. Многие капитаны рвались в бой, чтобы предотвратить угрозу нападения на Гаронвен, но им приходилось, как и прежде, сидеть сложа руки, довольствуясь только поверхностной разведкой и патрулированием границ леса.

***

Закат окрашивал небосвод в багряные оттенки, шум листвы, как будто затихал. Птичьи трели раздавались в лесной чаще. Полной грудью вдыхал Тейлас аромат древесной смолы и мяса, поджаренного кем-то на костре. После всех испытаний, которые свалились на его голову, здесь, в эльфийском лесу, он словно отдыхал душой. Вспоминая сухие пустоши и каменистые бесплодные долины, он был рад оказаться здесь, пусть и в роли пленника, изначально.

Эти леса не были похожи на леса Шеринвена. Они были более дремучие и дикие. Но здесь чувствовалось настоящее единение с природой. С высокого каменного утеса, который как будто бросил великан посреди леса, открывался вид на бескрайние зеленые кроны. Словно огромное зеленое море, из которого раздавались голоса птиц, насекомых и необычных животных, которых было трудно заметить в лесу. Как только солнце опустилось за горизонт, звуки начали затихать, и среди деревянных домиков и беседок раздалась печальная мелодия. Фиделтина все не было, видимо беседа со старейшиной затянулась надолго. Тейлас окунулся в печальную песнь, которую играла свирель. Эльфы почти все разошлись и в их домах загорелись слабые огоньки.

По каменной лестнице, заросшей лианами, Тейлас спустился к беседке, откуда раздавались звуки. Темная фигура с изящной осанкой и длинными распущенными волосами сидела у свечи. О чем пела свирель? О чем думала эльфийка, которая играла эту мелодию? Тейлас застыл у входа и, сев на ступеньки стал слушать. В этой мелодии он услышал нечто до боли знакомое, и его сердце как будто сжалось в тоске по дому. Он вдруг вспомнил те беззаботные дни, проведенные на краю света, в своем доме. Вспомнил о забытых друзьях и родне. О бескрайнем морском просторе, вид на который открывается из галерей Дворца Предков. И эльфийка, словно прекрасная морская сирена, манила своей чарующей игрой. Высокая нота легко и протяжно пронеслась в воздухе, постепенно растворившись в нем.

- И долго ты еще будешь пялиться?

- Ты красиво играешь, – вздрогнул от неожиданности Тейлас. – Мне очень понравилось.

- Музыка помогает мне успокоиться, – ответила эльфийка. – В Шеринвене не играют на свирелях?

- Играют, но в основном пастухи, и это не звучит так красиво.

- Я не пастух, – встала эльфийка и затушила свечу. – А ты ищешь неприятности. Шел бы ты отсюда.

- Извини, я не хотел тебе мешать.

- Нечего извиняться, – усмехнулась эльфийка. – То, что ты действительно Аскондин – это, безусловно, здорово, значит мы не враги друг другу. Но это не значит, что тебе можно бродить, где не следует. Что-то тут уже слишком много людей собралось, и мне это не очень нравится.

И тут вдруг за спиной Тейласа появилась абсолютно такая же эльфийка:

- О, Тара, я ищу тебя, а ты тут уже подружилась с нашим новым знакомым?

- Мы не друзья, – грозно ответила эльфийка, однако, в ее голосе появилось некое смущение. – Я просто… Он следил за мной, Тина!

- Извините, – рассмеялся Тейлас. – Я никак не привыкну. Вы совершенно…

- Это называется близнецы, – рассмеялась Тина.

- Да, значит ты - Тина, а тебя зовут Тара, так? – произнес Тейлас.

- Браво, – фыркнула Тара.

- Я еще раз хотел извиниться за прожженную куртку, Тина. Вы застали меня врасплох.