Страница 76 из 82
- Нил посмотрел на Степана и тихо проговорил. – Мне-то понятно, а вот понятно это тебе, друг? Ты же свою силу не умеешь скрывать.
- Я постараюсь её сдерживать. – Проворчал Степан и посмотрел на жену. – Значит, хотите видеть нас с красными лбами?
- Да! Не всё же нам краснеть перед вами. – Гордо ответила Мария.
Процесс биения щелчков ни мало всех повеселил и вскоре вновь все сидели за столами. Девушки очень довольные, а парни – смущённые. Особенно был смущён Стив.
- Что это за наказание? – Возмущался он. – Разве можно бить в лоб в…обществе?
- В российском – можно. – Отвечал ему Илья. – Привыкай, если хочешь в жёны россиянку. Они не только своих мужей в лоб щелчки дают, они их ещё и сковородами по голове стучат в… критических случаях.
Елена «поймала» на себе испуганный взгляд Стива и усмехнулась, чуть качнув ему головой. И только Сьюзен жалостно улыбнулась ему и парень …засмущался. Это было замечено всеми, но поговорить об этом не удалось, потому что вновь заговорил Степан.
- Хватит развлекаться, пора и… покушать? – Сказал он и вновь хлопнул в ладоши.
- Покушать? – Прошептала Сью Елене на ухо. – Но мы же уже поели?
- Нет. Мы ещё только начали есть, Сью. Привыкай к русским традициям, если хочешь…- Елена указала ей глазами на Нила. – Наши мужчины поесть любят, и Нил не исключение.
- Но по нему этого не скажешь! Он такой …спортивный и…
- Много тратит энергии на работу и … женщин. Знай это!
Глаза Сьюзен округлились, и она с удивлением уставилась на Нила. Тот, в свою очередь, с удивлением посмотрел на Елену. А та «закатила глазки к небу» и сделала вид, что ничего не говорила.
В банкетный зал вновь вошли русские красавицы. Теперь на подносах в их руках стояли глиняные горшочки, запечатанные сверху запечённым, как пирог, тестом.
- Ой, что это? – Спросила Сьюзен, когда горшочек оказался перед нею. Она постучала ноготком по корочке «крышки» горшка. – Это же …хлеб?
- Это чесночная пампушка. – Громко сказал Степан. – Смело снимай её с горшочка и… кушай. Перед тобой, прекрасная иностранка, жаркое по-домашнему.
Это блюдо вызвало удивление не только у Сьюзен. Стив, Джон и Зоя тоже были ни мало удивлены.
- Я пробовал жаркое в разных странах. – Сказал Джон. – Но с чесночными пампушками, никогда! – Он снял «крышку» со своего горшочка и, понюхав еду, воскликнул. – Как пахнет чесноком! После такой еды и не… поцелуешься.
- Тогда я запрещаю целоваться до завтрашнего утра. – Громко сказал Степан. – Да и целоваться здесь не кому. Мой горящий от щелчков лоб, полностью отбил желание кого-то целовать…
Он косо посмотрел на свою жену, а Мария лишь усмехнулась и сказала. – Ах так? Хорошо. Придётся мне испить медовухи, да поискать любителя целоваться среди гостей.
- Да, что б от такого запаха избавиться надо вино «Чайка» пить. – Сказал Илья, прожёвывая жаркое. – Вкус его похож на жидкость карбюратора…
Говорить Илья перестал, потому что увидел, с каким отвращением покосились лица всех его друзей. Какое-то время все наслаждались едой.
- Елена, - вдруг вновь заговорил Илья, - а ты случайно не знаешь рецепта вина «Чайка»? Про щучью уху ты нам хорошо рассказала. А теперь расскажите ка нам, девушка, рецепт этого вина – это наш следующий вопрос.
Девушки за своим столом оставили еду в покое и с удивлением посмотрели на мужчин. Первой «пришла в себя» Мария.
- Илья, как это можно знать? – Сказала она. – Да я впервые от тебя слышу о таком вине!
- Мы то же не знали ничего о водке в ухе. – Ответил за Илью Нил. – И поплатились за это своими лбами. Теперь ваша очередь отвечать на вкусный вопрос. – Он поморщился.
- Могу вам помочь. – Сказал Илья. – Это вино канадских эскимосов.
Минут пять девушки молча смотрели на мужчин, которые спокойно поедали жаркое, бросая на них хитрые взгляды. Они и меж собой переглядывались, но ответа никто не знал.
- Хорошо, - Заговорила Елена. – Попробую логически домыслить ответ на твой вопрос, Илья. Значит: вино «Чайка», да ещё в Канаде, да ещё сделано эскимосами? – Она отодвинула от себя еду и в упор посмотрела на него. – Неужели чайку засовывали в виноградный сок и ждали, когда она там…протухнет и…забродит? - Елена с отвращением передёрнула плечами.
Её жест повторили все девушки, а Сьюзен даже прикрыла рот своей ладошкой.
Илья радостно рассмеялся и ответил. – О каком виноградном соке ты говоришь, Елена? Это же…эскимосы! Там снега,…олени,…тюлени…, чайки…
- Илья, не подсказывай. – Остановил друга Нил. – Пусть нас девушки удивят своей фантазией, и помнят, что наказанием им я уже придумал.
Он что-то шепнул Илье, а затем Степану. Илья передал его слова Джону, а тот Стиву. Вскоре все мужчин сидели с довольной улыбкой на лице.
- Не радуйся раньше времени, Нил. Я попробую додумать до…. – Елена замолчала, потом она нахмурилась, её личико скривилось и она ответила с отвращением. – Нет, даже представить себе не могу, что делали эти канадские эскимосы с …бедными чайками.
Она посмотрела на девушек, у которых на лицах была подобная гримаса.
- Значит, отказываетесь дать ответ? – С довольным видом спросил Илья.
Девушки одновременно кивнули.
- А всё просто. Они ловили чайку, запихивали её…бедную в бутыль с талым снегом, ставили на солнце и ждали, когда она там стухнет и забродиться…
Теперь не только девушки прикрыли свои рты ладонями, но и Стив тоже.
- Дальше содержимое бутыли процеживали, - продолжил говорить Илья с улыбкой. – Получалось вино со вкусом жидкости карбюратора и с великой похмельной силой. Люди, которые попробовали этого вина, на следующий день так мучились от похмелья, что готовы были и праотцам…, а эскимосы пьют эту гадость и посмеиваются.
Илья увидел, что и у мужчин скривились лица от его рассказа, но остановить его было уже невозможно.
- А хотите, я вам ещё один рецепт расскажу канадских эскимосов? Вкус у него – самого дорогого сыра с плесенью! Это безголовый тюлень, нафаршированный тушками чаек, и заложенный в мерзлоту на семь месяцев. Делается это так…
- Стоп! – Воскликнул Степан. Он вскочил с лавки. Он глубоко вздохнул и продолжил говорить. – Я тебя, Илья, буду приглашать к себе в ресторан, если захочу избавиться от нежеланного гостя. Ты своими рецептами способен вызвать рвоту. Остановись… Мы ещё хотим повеселиться и насладиться наказанием девушек.
Степан улыбнулся и посмотрел на женский стол.