Страница 33 из 49
В статье патера Е. Przywara S.J. [Пшивара. Орден Св. Иисуса]: «Papst-Konig» («Папа-монарх»), написанной по поводу частичного восстановления светской власти папы (в журнале германских иезуитов «Stimmen der Zeit», апрель 1929 года), читаем между прочим: «Священное Величество Божие конкретизирует, делает зримым святость и величество Свое решающим образом в сане папы как носителе примата юрисдикции, то есть как краеугольном камне апостольского преемства». Более того – сан папы является символом, «заострением второй главы Послания к Филиппийцам о самоуничижении Величества Славы вплоть до зрака раба[59]». И далее: «Примат папы есть то, от чего в конечном счете, хотя и не исключительно, все зависит: истина догмата и действительность Таинства» (sic!) – «Sein Primat… ist das von dem schlieplich, we
С этим согласуется ряд официальных, основоположных свидетельств Римско-католической церкви о достоинстве и власти, принадлежащих папскому сану. Так гласит знаменитое постановление Ватиканского собора 1870 года:
«Твердо держась Предания, дошедшего до нас от начала Христовой веры, мы, во славу Бога Спасителя нашего, к возвышению католической религии и ко благу христианских народов, с согласия Священного собора, учим и определяем как богооткровенное учение: что, когда Римский первосвященник говорит со своей кафедры, то есть когда, исполняя свое служение как пастырь и учитель всех христиан, он, в силу своей высшей апостольской власти, определяет учение о вере или нравственности, которое должна содержать вся Церковь, он, через Божественную помощь, обещанную ему в лице блаженного Петра, обладает тою непогрешимостью, которою Божественный Спаситель благоволил наделить Свою Церковь, для определения учения относительно веры и нравственности, и что поэтому такого рода определения Римского первосвященника сами по себе, а не с согласия Церкви, неизменны. Если же бы кто дерзнул противоречить этому нашему определению, от чего да хранит Бог, – то да будет анафема».
В римско-католическом «Своде канонического права» («Corpus juris canonici»; начал составляться при папе Пие X в 1904 году, опубликован папой Бенедиктом XV в 1917 году) читаем следующее определение папской власти: «Римский первосвященник, преемник в примате блаженного Петра, не только имеет первенство чести, но высшую и полную власть юрисдикции над всей Церковью как в вопросах, касающихся веры и нравственности, так и в тех, которые касаются дисциплины и управления Церкви, разветвленной по всему миру» (Canon [правило] 218, § 1).
В том же духе составлен и ряд более ранних официальных заявлений Римских пап, из которых особенно решительно звучит торжественное провозглашение папой Бонифацием VIII необходимости подчинения папе для получения вечного блаженства: «Мы объявляем, утверждаем, определяем, провозглашаем, что подчинение Римскому первосвященнику является для всякого человеческого существа совершенно необходимым условием спасения» – «Рогго subesse Romano pontifici omni humanae creaturae declaramus, dicimus, definimus et pronunciamus, omnino esse de necessitate salutis» (булла «Unam sanctam» [ «Единую Святую»] от 18 ноября 1302 года). Папа Евгений IV на Флорентийском соборе провозгласил (в булле «Laetantur coeli» [ «Радуются небеса»] от 6 июля 1439 года): «Мы объявляем также, что святой апостольский престол и Римский первосвященник обладают верховенством (приматом) над всем миром, и что этот Римский первосвященник есть преемник блаженного Петра, князя апостолов, и истинный наместник Христа, а также глава всей Церкви и отец и учитель всех христиан, и что ему в лице блаженного Петра передана Господом нашим Иисусом Христом полная власть пасти Вселенскую Церковь, руководить и управлять ею». Так и папа Павел IV пишет в одной своей булле: «Римский первосвященник, который является на земле заместителем Бога и Господа нашего Иисуса Христа, и обладает полнотою власти над племенами и царствами, и всех судит…» (булла «Cum ex apostolatus» [ «Когда от апостольского служения»] от 15 февраля 1559 года).
Согласно с этим и римско-католические катехизисы определенно подчеркивают роль папы как верховного главы Церкви (теперь это общее правило, но до ватиканского догмата 1870 года многие римско-католические катехизисы имели лишь в очень смягченной форме учение о главенстве папы или даже не упоминали его вовсе). В римском катехизисе 1565 года читаем: «Един есть руководитель и правитель Церкви – невидимый Христос, Которого вечный Отец дал Главой всей Церкви, которая есть Тело Его. А видимая глава есть тот, кто в качестве преемника занимает римскую кафедру Петра, князя апостолов». И т. д.
Это не честолюбие и славолюбие со стороны пап и их присных или дух раболепства со стороны верующих: это есть некое мистическое приписывание папе свойств всей Церкви, это есть глубоко искреннее, глубоко благоговейное отношение к папской власти, исполненное у верующих католиков самых трогательных и горячих тонов[60]. Но вместе с тем это есть со стороны папской власти – хотя бы и не сознательное для участвующих в нем – посягательство на то, что принадлежит только Богу: что принадлежит Духу Божию, живущему в полноте Церкви, тенденция к некоторому смешению папы с Христом. Особенно ярко и разительно выражено это, например, в недавней сравнительно книге епископа Bougaud «L’Eglise» [Буго. «Церковь»] (увесистый том в 612 страниц[61]), цитирую по девятому изданию 1922 года. Не веришь почти своим глазам, читая ее. Книга эта, разумеется, издана с санкции верховной власти Католической церкви, автор ее – епархиальный епископ во Франции (Evdque de Laval [епископ Лавальский]). Стремление возвысить папу выливается здесь в формах, характерных, к сожалению, не для одного только ее автора и указывающих на ту огромную опасность, которая таится в этой тенденции католической мысли и католического благочестия. Ибо утверждения книги епископа Bougaud, к которым можно найти большое количество параллелей в современной религиозной мысли и религиозной практике католичества, звучат для православного чувства глубоко смутительно и даже соблазнительно. Папа приравнивается к Таинству Евхаристии: как в Таинстве Евхаристии присутствует под покровом хлеба и вина, но реально Христос, так и в папе присутствует реально Христос. Лучше, впрочем, цитировать собственными словами автора. «Эпилог» его книги о Церкви, занимающий 145 страниц, носит заголовок «De la pie'te envers le Pape» («О благоговейном отношении к папе»). И неудивительно: ибо здесь сконцентрировано все учение автора о Церкви (которое является верной и адекватной передачей современного, официально санкционированного и господствующего католического учения о Церкви). Вот заголовки семи глав первой части этого эпилога:
I. О присутствии Иисуса Христа в Церкви через Таинство Евхаристии. II. О присутствии Иисуса Христа в Церкви через папу. III. Как эти два вида присутствия Иисуса Христа взаимно друг друга восполняют. IV. Два покрова. V. Об особом, исключительном единении, которое существует между Иисусом Христом и папой (De l’union singulaire qui existe entre Jesus-Christ et le pape). VI. О чувствах, которые испытываешь у ног папы. VII. О параллельном развитии почитания Таинства Евхаристии и почитания папы.
В Таинстве Евхаристии, читаем здесь, имеем так сказать лишь “половину” Христа, ибо Он “нем” в Таинстве Евхаристии («G'est donc toute une moitie de vous-memе qui me manque, o, mon Sauveur! et que je cherche en vain dans ce tabernacle muet ou vous ne parlez pas. Et quelle moitie de vous-memе! J'allais presque dire la plus necessaire. Gette parole infaillible qui seule peut empecher les ames et les peuples de flotter a tout vent de doctrine…»[62] стр. 465). Где же искать другую “половину” Иисуса Христа, реально пребывающего в Церкви? – “Она в Ватикане: она в Папе. Папа есть второй способ реального присутствия Иисуса Христа в Церкви”. («Eile est ailleurs, en effet: elle est au Vatican; elle est dans le Pape. Le Pape est le second mode de la presence reelle de Jesus-Christ dans l'Eglise»).
59
См.: Флп. 2, 7. – Изд.
60
Ср., например, глубоко трогательное описание аудиенции у папы в одной из книжек журнала «Religiose Besi
61
Четвертый том его сочинения «Le Christianisme et les temps presents» [ «Христианство и современность»].
62
«Итак, мне недостает целой половины Вас Самих, Спаситель мой! И той половины, какую я напрасно ищу в этой безмолвной дарохранительнице, где Вы не глаголете. И что это за половина Вас Самих? Я чуть было не назвал ее более необходимой. Это непогрешимое слово, которое лишь одно может воспрепятствовать душам и народам колебаться от всякого ветра учения». – Изд.