Страница 12 из 16
– Вот и с напарником моим такая же беда была, – сказала Дарья.
– Он тоже был частицей? – хрипло спросил Борисов.
– Он тоже бредил.
– А песок? – молвил Матвей. – Ты видел песок?
– Ты спрашиваешь, ощутил ли я волшебное дыхание пустыни? – многозначительно произнес мастер. – О-о!.. Это была песня…
– Вот-вот, песня была, и не одна, – мрачно подтвердила Дарья.
– А деревья? – поинтересовался Борисов. – Смолянистые такие деревца с янтарными слезками? Ты их пробовал?
– Нет, – признался Матвей.
– Много потерял.
– Так!.. – неожиданно рявкнул полковник. – Будь я трижды осел, если это не обмен информацией!
– Прямо при нас легенду обкатывают, не стесняются! – вставил капитан.
– Конечно, ведь другой возможности им уже не представится, – зловеще произнес полковник.
– Да подождите вы! – взмолилась Дарья. – Они оба говорят о каких-то пришельцах! И я тоже видела! Он был в защитном поле…
– Никакого поля уже не было, – отрезал Борисов. – Была только пушка. Здоровая такая… Да вон господин капитан ее видел. Ее какой-то сержант в ящик для трофеев упаковал…
– И не пушка, а встроенный разрядник, – сказала она капризно. – Вот так из рукава торчал…
– Ничего у него не торчало, – заявил Борисов. – Он был с ружьишком, но почти дохлый. Я его чуть было с собой не привел… – Мастер гордо выпрямился. – В плен…
– А по-моему, у него и то и другое было, – неуверенно пробормотал Матвей. – Я, правда, смутно…
– Вы понимаете, в чем дело? – обратилась Дарья к полковнику.
– Вполне, – сурово отозвался тот.
– Не можем же мы втроем…
– Что можно вдвоем, то можно и втроем, – двусмысленно изрек он и, подав какой-то странный знак, удалился.
В зале повисла гнетущая тишина, и капитан, снова уронив Матвея на пол, гаркнул:
– Что не ясно? Стройсь!!
Десантники пришли в движение, впрочем, ненадолго: спустя мгновение они образовали стену и замерли.
– Кажется, нас расстреливать собираются, – проговорил Борисов, опасливо оглядываясь.
– Этого не может быть, – сказала Дарья. – Здесь же аппаратура дорогостоящая, провода…
– Угум… – мрачно произнес напарник. И протянул Борисову руку: – Матвей…
– Нашел время! – буркнул тот. – Шуберт…
– Чего?
– Шуберт.
– Чего?..
– Да пошел ты!..
Стало совсем тихо, и Дарья невольно услышала чью-то беседу в коридоре:
– …гигантского червя гъяди всегда начинаю есть с хвоста. Если есть с головы, он сразу подыхает и портится.
– И что, жрать нельзя уже?
– Почему? Можно. Только он пахнет, как протухшее дерьмо.
– Ой, мне плохо, – простонала Дарья. – Скажите им, чтоб заткнулись.
– Эй! – крикнул капитан. – Потише там!
– Нет, ну если с кетчупом, тогда ничего… – добавили в коридоре шепотом.
– Товьсь! – скомандовал капитан.
Грубые ремни одновременно вжикнули, и в лица троим сидящим на полу уставились пустые зрачки стволов.
– По приговору полевого трибунала… – торжественно объявил офицер.
– Лично я никакого приговора не слышал! – возмутился Борисов. – И вообще я гражданское лицо! Я требую адвоката и последнюю сигарету!
– По приговору полевого трибунала… – раздраженно повторил капитан, но снова был вынужден замолчать.
– Господин капитан! – тревожно позвал какой-то боец, вертевшийся возле гипертерминала.
– Ну? – недовольно обернулся он. – Мы сегодня расстреляем кого-нибудь или нет?!
– Там… там… – боец проглотил воздух, но красноречие от этого к нему не пришло. – Разрешите переключить на громкую связь?
– Разрешаю.
В то же мгновение, без всякой паузы, в зале раздался клекот Анализатора:
– …не установлено. Общая масса – две тысячи шестьсот один килограмм. Обратите внимание на показатели психомоторики, обратите внимание на аномальный пси-фон, обратите особое внимание на суммарный индекс массы, срочно введите задание на идентификацию…
– Две с половиной тонны существ… – рассеянно молвил Матвей.
– Да у каждого пушка не в пример вашей, – нервно добавил Борисов.
– И защитное поле неизвестной природы, – присовокупила Дарья.
– Вот теперь и поглядим, кто из нас юнга, а кто кок. И кто в какой камбуз попал, – сказал Матвей, ухмыляясь. – Две с половиной тонны!..
– Две шестьсот, – уточнила Дарья.
– Это сколько же «маленьких» получится? – спросил он, игриво толкая ее в бок.
– Даже если «больших», все равно много… – Борисов, почувствовав, что расстрел отменяется, снова осмелел. – Чего стоишь, капитан? Беги, народ собирай! – прикрикнул он. – Вояки! Не верите честным людям?! Вот теперь и носитесь, как ошпаренные кролики, отражайте внезапное нападение!
Офицер озадаченно поморгал и, снова высморкавшись, надел шлем. Что он говорил в микрофон, услышать было невозможно, но бойцы выстроились в колонну и унеслись куда-то по коридору.
В зале осталась лишь пара техников, один из которых успел наполовину разобрать Анализатор. Взявшись за какой-то блок, он мощно вздрогнул и отскочил назад. От блока во все стороны разлетелись белые искры.
– Это был наш авторедактор, – меланхолично заметил Матвей.
– Как будто не могли по своей сети общаться… – покивала Дарья. – Как теперь с Калашниковым разговаривать будем?
– Да-а, господа военные, – протянул Борисов. – Мне бы ваши проблемы. Пришельцы с пушками, разговоры с калашниковыми, защитные поля, коки на камбузах… Смех, да и только! Вот я попал, так попал… Одиннадцати планет лишился, под расстрел угодил, да еще и казенный корабль утерял. А мне еще назад как-то добираться…
– Ничего, с Базы бесплатно вывозят, за счет ОВКС, – угрюмо ответил Матвей.
– Либо в урне, либо в морозилке, – вздохнула Дарья.
Глава 9
Техники оставили открытыми все каналы связи, и по оперативному залу заметались многочисленные реплики рвущихся в бой воинов. В основном это были идиомы и вариации на тему уже устоявшихся бранных слов. Будь исправен авторедактор, в бункере стояла бы гробовая тишина. В целом было понятно, что отряд преследует подразделение неприятеля, который, уклонившись от боестолкновения, организованно отходит на юг.
– К тоннелю рвутся, гады! – Борисов с досадой хлопнул ладонью по колену. – Плакали мои денежки!
– Ты о чем, Бетховен? – Матвей заинтересованно обернулся к мастеру.
– Шуберт я, Шуберт Иванович! – Борисов сложил руки на груди и нахмурился.
– А чё не Бахович? – Один из оставшихся в зале техников мотнул головой и заржал.
Его товарищ осмысливал глубину шутки примерно минуту, но в конце концов бросил это занятие и вернулся к изучению аппаратуры. После замыкания в блоке авторедактора Анализатор перезагрузился и теперь прогонял по всем системам тесты. Это мешало следить за действиями штурмового отряда, и воин нервничал. Полевой Анализатор был не столь совершенен, он ловил лишь сигналы маячков защитных костюмов и радиопереговоры. Еще он, теоретически, должен был отслеживать количество биорадарных отметок и дислокацию противника, но с этой функцией произошел какой-то сбой.
– Хлам! – Второй техник раздраженно пнул по тумбе под гиперсервером. Лицо воина просветлело – видимо, вибрация сказалась на работе прибора благотворно.
– Чё там с противником? – поинтересовался техник номер один.
– Остановился… – Второй озадаченно почесал макушку. – Посиней мой зад! Они что, куда-то проваливаются?!
Он снова пнул по тумбе, но на этот раз показания прибора не изменились. Опасения воина подтвердил эфирный рев капитана.
– Следопыт-один, лазером твою мазеру! Что на картинке?!
– Вы их разве не уничтожаете? – торопливо спросил первый техник.
– Кого – их?! – Рев достиг максимальной громкости и перекрыл все радиореплики. – Куда подевались враги, я вас спрашиваю!
– Биорадар никого не видит, – ответил второй техник.
– Я же говорил! – наклоняясь к Матвею, прошептал Борисов. – Там гипертоннель! На другую планету!