Страница 16 из 69
Маркус уставился в телефон, а вот Николас на меня. Я сжалась. Его взгляд полностью прошелся по мне. Я вспомнила, как он смотрел на меня вчера. Сегодня мне казалось, что этого и не было вовсе. При свете дня всё, что происходило вчера, кажется бредом. Николас же не мог помочь мне? А даже если и сделал это, то точно не из благих намерений. Николас и доброта, Николас и бескорыстная помощь - никак не могли равняться.
Я отвернулась. «Мне всё равно», - повторила я про себя. Но себе врать ой как нехорошо. Наверно, я ненормальная. Хотя, почему наверное, я точно не в себе.
Вспомни, кто он. Вспомни, как поступил с тобой. Думаешь, что вчерашний вечер что-то изменил? Это вряд ли. Люди не меняются. Тебе так сказал мистер Дик. Они либо хорошие, либо плохие, либо прикрывают своё истинное лицо. Но однажды эта маска спадет, и станет ясно, какой этот человек на самом деле.
Так было с Вики. Со мной дружила не она, а её маска. Но с Николасом не та же история. Он не прикрывает свою сущность. Это я была в розовых очках.
Хотя, почему была…
-Ты в курсе, что Ник не сводит с тебя глаз сегодня весь день? – мы с Яной обедали на свежем воздухе. Так приятно было посидеть в тенёчке, где никого не было. Богатенькие детки не сидели на траве, она может испачкать их дизайнерскую одежду.
-А Маркус смотрит на тебя, - ответила я.
-Это – другое, - протянула Яна.
-И в чём же разница?
-Ну, Макус не ставил на мне печать, кидая тем самым на растерзание этим монстрам. По крайней мере, пока что. А вот Николас сделал это, два года игнорировал, а вот сейчас снова вглядывается, будто хочет просверлить тебя насквозь.
-Вот это, - хмыкнула я, надкусывая сэндвич с тунцом, - больше похоже на правду. Он хочет сделать во мне чёрную дыру. Я думаю, что это новый способ меня доконать.
-Хм, - Яна задумалась, - а если нет? Что если он хочет тебя? Знаешь, взгляды очень даже чувственные …
Я подавилась, начала кашлять.
-Что ты имеешь виду?
-Ну, видишь ли, неподчинение возбуждает…
-Какое неподчинение? Я всё такая же забитая дура. Только благодаря тебе, я сейчас не сижу в туалете, снимая еду с волос.
Я действительно так считала. Яна круто развернула мою жизнь на сто восемьдесят градусов за каких-то пару дней. Я же не могла с этим справиться два года.
-И, если Николосу вздумается поиздеваться надо мной, я вряд ли смогу ему противостоять.
Это правда. Николас подавляет меня. И он это прекрасно понимает.
-Ты сегодня выступаешь? – Яна перевела тему.
-Да, как обычно, в десять, - улыбнулась я, уже предвкушая. – Ты пойдешь?
-Я уж подумала, что ты не попросишь, - засмеялась Яна.
После уроков нас забрал мистер Палмер.
-Вы не позвонили вчера, - он укоризненно взглянул на нас. – Где вы были?
-Мы ночевали у меня, мистер Палмер, - ответила я сконфужено.
-Кто вас довёз?
-Какая разница? – Яне не нравился этот допрос. – Друзья.
-Друзья, значит, - мистер Палмер просмаковал слово «друзья», - а я вот тут услышал очень любопытную сплетню. Наши соседи утверждают, что вы обе появились посреди улицы в одном только нижнем белье.
Конечно, глупо было думать, что нас не заметили.
-Причём говорят, что одну из вас привёз отпрыск Свенов, а другую Девисов. Что это значит, юные леди?
-Оливер, - Яна сжала зубы, - ты же знаешь, я никогда не оправдываюсь.
-Но и не врёшь, - парировал он.
-Да, не вру, - сдалась Яна. – Кое-что произошло. Что именно, я тебе не скажу, но так получилось, что мы разделились. Но потом я всё-таки ночевала у Жаки.
-То, что произошло, как-то связано с Жаклин? – он посмотрел на меня. Я не была уверенна, но мне показалось, что он заволновался.
-Да, - выдохнула Яна.
-Ты в порядке? – спросил мистер Палмер меня. В который уже раз?
Почему он так смотрел на меня, переживал, казалось, намного больше, чем мои собственные родители? Ответа у меня не было.
Больше мистер Палмер ничего не сказал, но я все равно чувствовала, как он возвращается ко мне глазами время от времени.
Несмотря на то, что я не собиралась показываться своим зрителям, Яна уговорила меня принарядиться и накраситься. Мы надели короткие шорты с завышенной талией. Яна соединила их с кружевным топом, который полностью оголял её животик. Я же надела свободный топ, спереди прикрывавший живот, но имеющий огромный вырез на спине в виде сердца. На ноги короткие сапожки из мягкой кожи. Волосы мы распустили. Макияж на этот раз более броский: smoky eyes, яркие губы.
-Конфетки, - Яна была очень довольна, - погнали?
Дубль два. Нас увозит мистер Палмер и забрать планирует тоже.
-Ровно в час ночи, - говорит он, - много не пейте.
-Он, что, только что разрешил нам выпить?
Яна засмеялась:
-Оливер понимает, что запрещать мне что-то делать – это как помахать тряпкой перед носом у быка.
Мы вошли через чёрный ход. Я всегда захожу в бар именно отсюда. Во-первых, так меня не видят посетители, а во-вторых, мне нет еще даже восемнадцати.
-Джереми, это Яна.
-А, падчерица Оливера, - он кивает, оглядывая Яну. – Та самая сексуальная русская. Наслышан. И правда, очень даже привлекательная малышка…
-А ты нет, - дерзит Яна. Джереми смеётся.
Джереми, конечно, не был красавцем, но привлекал внимание девушек. Высокий, худощавый, кареглазый, с копной темных кудрей. Он всегда был душой компании. Может, поэтому его бар «Только пьяные» снискал такую популярность.
-Они ждут, - он качает головой в сторону сцены.
Я надеваю небольшую шапочку, заправляя в них волосы. На сцене не должно быть видно моих волос. Даже если это силуэт. Слишком узнаваемые.
-Я готова.
Яна смотрит на меня и хмурится.
Сцена никогда не была моей мечтой. Да, я люблю петь, но не собираюсь посвящать этому свою жизнь. Для меня это скорее отдушина. Я выплескиваю свои эмоции, то, что накопилось внутри, там, глубоко внутри, куда никто не заглядывает.
Я начинаю c JoJo - Save My Soul. Боже, кто уже настолько пьян, что настроен на страдание.
-« You got what you wanted, didn't you?
Ты получил то, что хотел, не так ли?
Don't know where your heart is but mine's bruised
Не знаю, где твое сердце, но мое – ранено.
You knew when you started that I'd lose
Ты знал с самого начала, что я проиграю.
The blood on the carpet is not you
Кровь на ковре принадлежит не тебе.
I tried to wash the scars and marks from under my skin
Я пыталась вывести шрамы и рубцы под своей кожей,
But you're etched in me like stone
Но ты высечен на мне, словно на камне.
You can't save me, yeah yeah
Ты не можешь спасти меня, нет, нет.
You call it love but still you hate me, yeah yeah
Ты называешь это любовью, а сам ненавидишь меня, да, да.
Lord I try and I can't say no
Боже, я пытаюсь и не могу сказать "нет".
You're the pain and the medicine
Ты моя боль и мое лекарство:
One taste and I'm numb again
Стоит его принять, и я снова ничего не чувствую.
You can't save me, yeah yeah
Ты не можешь спасти меня, нет, нет.
Lord I try and I can't say no
Боже, я пытаюсь и не могу сказать "нет"»
Затем перехожу на Nickelback - If Everyone Cared. Возможно, непривычно слышать её в женском исполнении, но пьяной толпе, похоже, нравится. Дальше я уже не запоминала, что пою. Просто слышу мелодию, и воспроизвожу слова.
Спустя час я беру перерыв.
-Аааа! – меня встречает вопль Яны. – Детка, ты офигенная! Твой голос может довести до оргазма! Теперь понятно, почему тут такая толпа.
Я смущенно улыбаюсь, пока подруга обнимает меня.
-Мы тут кое о чём поговорили, - она кивает на Джереми, - ты больше не пойдешь на сцену.
Я непонимающе гляжу на них. Меня, что, уволили?