Страница 21 из 40
– Вас что, тоже отстранили? – Абарай заржал.
Бьякуя не стал его одергивать. Как ни посмотри, имеет право. Но все же не удержался, подковырнул:
– Меня не отстранили, а отправили в отпуск. Я здесь как частное лицо. Какая Ямамото разница, чем я в законном отпуске занимаюсь?
Ренджи тут же заткнулся, задумался. Все-таки, капитан ловко умеет отмазываться. Даже хаори снял. Не капитан шестого отряда, а просто Кучики Бьякуя пошел погулять. Кому какое дело, действительно? Бьякуя полюбовался на его задумчивое лицо и решил добить:
– А у тебя никакой изворотливости, Ренджи. Когда я запретил тебе идти в одиночку, ты же мог хотя бы присоединиться к тринадцатому отряду.
Абарай окончательно растерялся, изумленно уставился на капитана. Тот вполголоса заметил:
– Никогда бы не подумал, что однажды буду учить тебя правильно нарушать приказы.
Абарай промолчал.
– Теперь расскажи мне подробно, как они смогли тебя одолеть в тот раз, – потребовал Кучики.
Ренджи принялся рассказывать подробно. Бьякуя, выслушав, помрачнел.
– Да, следовало расспросить тебя сразу. Я попался на ту же самую уловку. Мы с тобой должны сделать выводы из того, что с нами случилось. Нельзя вступать с ними в переговоры. Они отвлекают разговорами, чтобы выгадать время на подготовку ловушки. Нужно следить за всеми сразу. Если кто-то один стоит и не участвует в битве, значит, он и сыграет ключевую роль. Таких необходимо отвлекать, чтобы не успели подготовиться. Надеюсь, в следующий раз мы сумеем воспользоваться этим опытом.
Два частных лица не при исполнении шастали по зарослям до ночи. С наступлением темноты выдохлись оба. Тогда Бьякуя решительно направился в сторону дома. Ренджи, особенно не задумываясь, шел за ним. Когда они приблизились к поместью Кучики, Абарай, наконец, опомнился, притормозил, собираясь распрощаться. Бьякуя остановился, еще раз оглядел измученного лейтенанта.
– Зайди, – велел он. – Хотя бы накормлю. Три дня по лесу шатался?
– Ага, – подтвердил Ренджи и сглотнул слюну.
– Ты, как всегда, безответственен, – сказал ему Кучики, когда с ужином было покончено (Абарай слопал три порции, как раз за три дня). – Ты даже не побеспокоился о пропитании. Что бы ты стал делать, если бы мы столкнулись с ними сегодня, когда ты был так слаб?
– И вовсе я не слаб! – огрызнулся Ренджи, отворачиваясь. – Я в норме.
– Как знаешь, – сдался Бьякуя, понимая, что в этом вопросе ему не переубедить лейтенанта. Попробовал бы кто-нибудь ему самому сказать, что он слаб! – Теперь ты вернешься к отряду…
– А? – не понял Абарай.
– Мне сейчас нельзя появляться в штабе, – пояснил Кучики. – А вот тебе следует там показаться. Объяснишь ребятам, что ты не пропал без вести, расскажешь, что я дома, отдашь распоряжения. А утром заходи за мной сюда. Продолжим поиски.
– Да, Кучики-тайчо, я понял, – ухмыльнулся Ренджи.
***
Разумеется, долго так продолжаться не могло. Пусть даже синигами шестого отряда никогда бы своих не выдали, Сейрейтей тесен. Спустя несколько дней Бьякуя и Ренджи нос к носу столкнулись со старшими офицерами пятого отряда.
Хинамори приветливо замахала Абараю, Ренджи же только досадливо поморщился, предчувствуя неприятности. Когда капитаны пятого и шестого отрядов сходятся в одном месте, ничем хорошим это обычно не заканчивается.
– Кучики! – Капитан пятого отряда Такаги весь подобрался в предвкушении скандала. – Я думал, ты отстранен от этого задания. Что ты тут делаешь?
– Я не отстранен, – холодно поправил Бьякуя. – Я в отпуске. И это не твое дело, чем я занимаюсь в свое свободное время.
– Правда? – Такаги смерил собеседника презрительным взглядом. – А как же Абарай? Ты ведь его сам отстранил.
– Он тоже не при исполнении, – объяснил Кучики.
– Да неужели? А что, если я расскажу главнокомандующему, что встретил вас обоих здесь?
– Его это тоже не касается, – не дрогнул Бьякуя.
Такаги разглядывал его с некоторым сомнением. Похоже, Кучики с легкостью отмажется, очень уж нагло он себя ведет. Впрочем, он всегда ведет себя нагло, так что это не показатель. Такаги фыркнул:
– Вечером посмотрим.
Разумеется, он все рассказал. На собрании капитанов как бы между прочим заметил, что видел Кучики там, где его быть не должно. Ямамото проворчал: «Видимо, не все понимают доброе отношение». В этот же вечер капитана шестого отряда вызвали к командиру.
– Кучики! – пророкотал Ямамото. – Я тебя для чего домой отправил? Чтобы ты по лесам шастал? Я вижу, ты уже здоров, как бык. Завтра же приступаешь к работе! Лейтенанта ты возьмешь с собой, и никаких возражений! Хватит ему дурака валять. Отношения будете выяснять после, когда поймаете риока.
– Да, командир, я понял, – Бьякуя смиренно опустил взгляд.
С Ренджи он столкнулся возле казарм шестого отряда. Лейтенант воззрился на капитана с недоумением: знал, что тому запрещено приближаться к расположению отряда.
– Завтра мы идем на поиски риока, – пояснил Кучики. – Оба. Приказ командира.
– Ф-фу-у! – с облегчением выдохнул Абарай.
***
Кането Фуми, 68 лет, бухгалтер.
Каково оно – дожив до старости, вдруг узнать, что вся твоя жизнь была только сном? Простым мороком, который к реальности отношения не имеет. Впрочем, Кането не казалось, что она узнала правду слишком поздно. Она успела прожить человеческую жизнь. Успела вырастить внуков. И главное – она успела понять, к чему ведет ее путь. А тот чем дальше, тем увереннее стремился к могиле. Больше ничего особенного впереди не намечалось.
Теперь же перед ней расстилалась хоть и пугающая, но соблазнительная неизвестность. Этот путь тоже мог оказаться устрашающе коротким, но ведь мог и продлиться в вечность. На нем не было этой предопределенности, неизбежной для всякого человеческого существа. Куда как веселее стать, хоть на старости лет, нечеловеческим существом. Обострившимся чутьем охотницы, воительницы она чувствовала, что решающая битва наступает прямо сейчас. От того, кто из двух победит сейчас, зависит то, куда в конечном итоге двинется их группа. И Кането точно знала, кому окажет поддержку.
– В тебе говорит гордыня, Камуи, – убеждал Фуками. – Ты слишком торопишь события. Мы еще недостаточно сильны, чтобы сражаться с капитанами. Тем более, ты сам видел, по одному они не ходят.
– А в тебе говорит трусость, Намио, – отвечал Томикава. – Сколько можно прятаться по кустам? Мы уже набрали огромную мощь. Посмотри, сколько способностей мы в себе открыли! И ты все время забываешь, что мы уже одолели двоих.
– И ни одного мы не одолели с первого раза, – не сдавался Фуками. – Нам приходится готовиться к каждому бою. Если мы просто нападем, нам не справиться.
– Мы не знаем, на что способны наши противники, но ведь и они не знают, на что способны мы. Это будет честный бой.
– Мы разве пришли сюда сражаться честно? Мне казалось, мы собирались охотиться.
– Потрошить всю эту мелкую шушеру – это, в конце концов, просто скучно!
Фуми думала о том, что Томикава, конечно, ненавидит гордость и высокомерие, но сам при этом просто бессовестно горд. Ненависть ему досталась от предка, а вот гордость, похоже, своя собственная. Ему надоела беспомощная добыча. Он хочет помериться силами с сильнейшими. Кането была полностью на его стороне. Путь, избранный Томикавой, возможно, приведет их к скорой гибели, но может привести и к недосягаемым до поры вершинам. Если же доверить вести группу Фуками Намио, то он, скорее всего, приведет их домой.
– Да, и в самом деле, надоело, – поддержала Томикаву Бенико. – Каждый день одно и то же. С рыжим драться было веселее.
– Ага, – кивнула и малышка Касуми. – Я хочу еще поиграть с капитанами. Они забавные.
– Я бы, конечно, предпочел еще повременить, – осторожно сказал Гинтаро. – Но я в любом случае с сестренкой.
– Похоже, у нас уже началось голосование, – заметил Такадо. – Тогда считайте меня воздержавшимся. Мне совершенно не скучно ловить черненьких, но я считаю, что мы уже вполне могли бы справиться и с капитанами.