Страница 40 из 49
– Зачем?
– Скучно!
Бьякуя покосился на своих бойцов и заметил:
– Не стоит затевать драку здесь.
– Да и вообще не стоит, – кисло согласился Хаями. – Силы надо беречь. Черт возьми! – Воскликнул он с неожиданной злостью. – Я так скоро свихнусь. Каждую ночь призраки эти бестолковые, а потом сиди, как дурак, в развалинах, жди новой ночи. И конца этому не видно!
– Я сам недавно думал о том же, – флегматично признался Бьякуя.
– Ты как хочешь, а я пойду к Кьораку, – решительно заявил Хаями.
– Там общество интереснее? – Невозмутимо поинтересовался Кучики.
– Там есть надежда, – серьезно пояснил Хаями.
В итоге собрались и пошли все, вся компания в полном составе. Нельзя сказать, чтобы в лагере первого отряда, было намного веселее. Хотя общество здесь, несмотря на ранний час, собралось довольно большое. Куроцучи тоже был здесь, медитировал над своими картонками.
– Ну что, понял что-нибудь? – С надеждой спросил его Хаями.
– Я думаю, не мешай, – сердито буркнул Маюри.
Многим сразу захотелось спросить его, зачем он вообще тогда приперся, но никто так и не спросил.
– Сегодня потише было, а, Тамура? – Заметил Ренджи, подсаживаясь к группе лейтенантов, среди которых расположился и колдун.
– Я туда больше не лезу, незачем, – смущенно улыбнувшись, отозвался тот. – Вот они и притихли. Сегодня ночью я даже магией не пользовался, так, мечом рубился.
– Кстати, Мицугуми – отличный мечник, – сказала Йоруичи, слушавшая разговор лейтенантов. – Тебе есть чему поучиться у своего занпакто, Фуджимаро!
– Это верно, – согласился Тамура. – Но вы правда думаете, что эта история затянется так надолго, что я успею чему-то научиться?
– А что тебе эта история? – Йоруичи, хмыкнув, пожала плечами. – Я тебе давно предлагаю остаться в отряде. Хочешь стать синигами?
– Я? Синигами? – Колдун растерялся. – Но я не знаю… Я, наверное, не могу быть синигами.
– Это еще почему?
– Ну, я все-таки человек…
– Я тоже, – ухмыльнулся Абарай.
– Но это совсем разные вещи! – С горячностью воскликнул Тамура. – Ты и остальные руконгайцы… У вас-то своя сила! Вы обнаружили в себе силу и пришли сюда учиться, так ведь? А у меня сила чужая. Я никогда не имел сил синигами и получил их чуть ли не обманом.
– А какая разница? – Недоуменно пожал плечами Ренджи. – Сейчас-то у тебя сила есть. Есть реяцу, есть занпакто, чего тебе еще надо?
– Но вы-то с этой силой родились! Вы все – синигами по происхождению!
При этих словах не только лейтенанты, но и капитаны навострили уши. Даже Куроцучи отвлекся от своих диаграмм, покосился на колдуна одним глазом. Похоже, Тамура, сам того не замечая, раскрывал, как нечто само собой разумеющееся, очередную тайну, о которой до сих пор не могла сказать ничего вразумительного местная наука.
– Это как так? – Вкрадчиво спросила Йоруичи. – Давай-ка поподробнее.
– Но это же просто, – недоуменно ответил Тамура. – Это, как теперь принято говорить, ген. Ну, то есть, это, видимо, не физический ген, а духовный, если так можно выразиться. Потому что у людей он не передается от отца к сыну. Я много раз встречал в Руконгае родных братьев, один из которых владел силой, а другой – нет. Просто есть такие души, в которых дремлет сила синигами. Они могут жить, как обычные люди, попасть в Руконгай и снова переродиться, так и не почувствовав свою силу. Но если такой человек разбудит дремлющую силу и получит занпакто, он станет самым настоящим синигами, и ему больше не придется участвовать в круговороте душ. Не знаю, как это теперь принято называть, у нас сказали бы – полукровки. Вы все, руконгайцы, вы синигами-полукровки. Я думаю, это пошло с древних, диких времен, когда боги были намного ближе к людям, и порой они даже заводили совместное потомство. Такое, если верить легендам, не только с синигами случалось. Но во мне-то этого гена нет, так что я вряд ли могу считаться полноценным синигами.
Все так заслушались колдуна, что никто не заметил, как глаза Куроцучи становятся все больше и больше, а лицо все длиннее и длиннее. Он в конце концов и прервал речь Тамуры, звонко хлопнув себя по лбу.
– Ну конечно! Полукровки! Как я мог о них забыть!?
И ученый, подхватив с земли свои картонки, резво рванул прочь. Откровения Тамуры немедленно были забыты.
– Неужели догадался? – С надеждой прошептал Укитаке.
– Куда он так ломанулся? – Недоуменно нахмурился Абарай.
– В лабораторию, видимо, – догадалась Рукия.
– Выходит, у него появилась какая-то идея! – Возбужденно заерзала на месте Мацумото.
– Делайте ставки, господа, – меланхолично предложил Кьораку. – До чего он додумался? Что принесет?
Предположений ни у кого не оказалось, все только переглядывались в предвкушении развязки.
– Полукровки, – проговорил Тамура, от волнения тиская в руках собственную ступню. – Сейчас выяснится, что это были какие-то руконгайцы.
– Нет, он же сказал, что это были не синигами, – возразил его занпакто.
– Не догадается, – твердил Хаями, нервно потирая запястье. – Впустую сбегает. Вот увидите.
Общество уже вконец извелось, когда наконец появился Куроцучи. Он мчался вприпрыжку, потрясая над головой своими картонками.
– Вот! Есть! Я ж говорил! – Отрывисто орал он еще издалека. – Говорил, что видел! В старых делах! Семь лет! Как я забыл!
Маюри брякнулся на песок возле командира. В каждой руке у него были картонки, в левой – старые, порядком выцветшие, в правой – нынешние, свежие. Все – и капитаны, и лейтенанты, – забыв о рангах и приличиях, метнулись к нему и столпились вокруг.
– Нашел в папке, – торопливо бормотал Маюри, пытаясь одновременно отдышаться. – Я же делал тогда точно такую же диаграмму. Счастье, что папка сохранилась. Ни за что бы не вспомнил.
И он выложил на песке в ряд три новые схемы, а под ними – еще две, старые. Изображения на верхних и нижних, тех, которые оказались в паре, полностью совпадали.
========== Часть III. Ритуалы оммедо ==========
Чтобы сделать Гарри Поттера невидимым, его придётся перевести в жидкое состояние, вскипятить и превратить в пар, кристаллизовать, нагреть и охладить — согласитесь, любое из этих действий было бы весьма затруднительным даже для волшебника.
Митио Каку «Физика невозможного»
1.
Куроцучи окружили. Капитаны, пользуясь преимуществом своего ранга, пробились к центру, лейтенанты нависали у них над плечами. Все старались разглядеть изображение на картонках, каким бы невразумительным оно ни казалось непосвященным.
– Так кто же они? – Нетерпеливо спросил Кьораку.
Вместо ответа Маюри протянул ему одну из старых картонок, и командир прочитал вслух:
– Томикава Камуи.
Сообразили не сразу. Даже Бьякуя в первые мгновения не вспомнил, как буквально бредил когда-то этим именем, сгорая от жажды мести. Но поскольку именно ему это имя въелось в память, едва не каленым железом выжженное, он понял первым:
– Демоны!*
Теперь вспомнили и остальные, участвовавшие в этом. В самом деле, вторжение риока, поставившее на уши весь Готэй, приведшее к гибели капитана, повергшее синигами в состояние, близкое к панике, произошло как раз около семи лет назад. Ситуация казалась тогда почти безвыходной, а победить, как ни странно, удалось с помощью задушевной беседы и одной маленькой бутылочки сакэ.
– Так мы ж их всех убили! – В недоумении воскликнул Зараки.
– В том-то и дело! – Кьораку поднял палец жестом, больше свойственным Куроцучи.
– Именно! – Возбужденно подхватил Маюри. – Очевидно, мы впервые за историю существования Сейрейтея убили здесь каких-то иных существ, с которыми прежде нам сражаться не доводилось. Надо полагать, в нормальных обстоятельствах демоны, если и погибают в Мире живых, то где-то там и остаются. А их человеческие потомки, умершие там же, попадают к нам уже как обычные души. Впервые здесь, в Сейрейтее, были убиты существа в демонической форме, получается, в таком же виде они и оказались там, куда отправляются души мертвых синигами. А если и не впервые, то другие, очевидно, не были столь настырны.