Страница 36 из 49
– Бьякуя! – Возмущенно взвыл Хаями. – Я же так могу тебя убить!
– Думаешь, это так просто сделать? – Огрызнулся Кучики, поднимаясь на ноги.
Он уже стянул к себе половину рассеянных в воздухе лепестков и заслонил сплошной завесой себя и друга, чтобы помешать призраку прицелиться в них второй раз. Хаями тоже поспешно вскочил, озираясь.
– Что такое? Я что-то упустил?
– Здесь Такаги, – объяснил Бьякуя. – Я как-то рассказывал про него. Ему нужно видеть тебя, чтобы атаковать, так что старайся держаться у него за спиной.
– Понял, – Хаями кивнул с сосредоточенным видом, и Кучики одним прыжком вернулся на прежнюю позицию.
Тогда-то и выяснилось, что Такаги поблизости уже нет. Потеряв цель, он не попытался найти ее снова, а просто бросился дальше.
Спустя полминуты Такаги обнаружился уже на другом фланге, где держал оборону десятый отряд. Хицугая не успел заметить в толпе безликого призрака, одного из многих, да и реяцу его терялась на фоне остальных, так что спасло Тоширо только чудо. В момент атаки капитан десятого отряда закладывал сложный и стремительный маневр, так что мертвец не сумел толком прицелиться. Удар чуть-чуть запоздал, лезвия порезали бок Хицугаи, пробили плечо и крыло, но не угодили туда, куда хотел попасть призрак. Такаги и при жизни был неудачником.
Тоширо так и не понял, кто и откуда на него напал. Он отмахнулся рефлекторно, ударив просто в направлении вспышки реяцу, и упаковал в один гигантский ледяной кокон всех, кто стоял там в тот момент. Доедать бывшего капитана бросился уже занпакто. Хьоринмару, от души добавив еще собственного снега, в несколько мощных ударов раздолбил получившийся айсберг.
Кьораку расшвыривал своих врагов по большей части с помощью удара «Буши Гома». Мало кто успевал приблизиться к командиру, ну а тех, кто все же ухитрялся это сделать, Шунсуй распылял одним взмахом меча. Все это черное воинство казалось ему единой массой, без лиц, без индивидуальности. И вдруг что-то невероятно быстрое мелькнуло прямо перед глазами. Кьораку успел инстинктивно шарахнуться в сторону, и нападавший пролетел мимо, на щеке командира осталась лишь неглубокая кровоточащая полоса.
Противники стремительно разворачивались навстречу друг другу. Шунсуй видел, как мелькнули в воздухе тонкие косы, утяжеленные металлическими кольцами.
– Ну, надо же! – Улыбнулся Кьораку. – Сой Фонг!
На лице призрака была ехидная улыбка. Шунсуй знал, что на его щеке уже расплылась черная отметина. Еще раз в то же место, и все…
Сой Фонг бросилась в новую атаку, и Кьораку снова шарахнулся, уходя от удара. Он тоже был быстр, но никогда не делал такую ставку на скорость, как она. Длительное сражение с ней может стать опасным, учитывая, что они окружены врагами со всех сторон, пусть даже этой мелочью смогут сейчас заняться девочки: лейтенант и занпакто. Кьораку перешел в наступление.
Выпад. Еще выпад. Сой Фонг ловко уходила от атак. Она явно нацеливалась нанести контрудар, но проблема была не в этом. Шунсуй не знал, сколько еще времени им дадут, в какой момент кто-то из призраков решит броситься на него. А отвлечься он не мог ни на мгновение.
Впрочем, то же самое можно было сказать и о призраке. Сой Фонг действовала чисто рефлекторно, не просчитывая свои действия на несколько ходов вперед, скорость командира была близка к пределу ее реакции, и потому ей было довольно сложно начать контратаку. И отвлекаться ей также никак не следовало. Неожиданную кидо-атаку с фланга она все же успела заметить и среагировать. Но у призрака не хватило толку сообразить, что при этом было бы неплохо убраться подальше и от своего основного противника. Того мгновения, что Сой Фонг уворачивалась от хадо, хватило Кьораку, чтобы достать ее.
– Умница, Нанао-тян! – Крикнул он. – Я тебя обожаю!
– Лучше по сторонам посмотрите! – Заорали их занпакто едва не хором, перебивая друг друга. – Мы что, одни должны их всех сдерживать?!
***
Хаями был несколько разочарован бегством Такаги. Ему хотелось бы сразиться с этим противником, просто проверить, сможет ли он одолеть его так же легко и уверенно, как когда-то Бьякуя. Некоторое здоровое соперничество между друзьями все же имело место. Но призрак исчез, и разыскивать его уж точно было некогда.
Враги, похоже, начинали постепенно иссякать. Скорей бы уж, утомленно думал Хаями. Они рубились целую ночь без передышки, силы синигами были на исходе. Уже скоро рассвет, а это вам не шутки, держать банкай столько часов подряд. Наото, улучив момент, оглянулся на Рукию, убедился, что она сражается прежним порядком, что помощь ей, похоже, не нужна, и снова вернулся к собственным противникам. Тут-то он и увидел этого парня.
Сперва Хаями померещилось, что это Бьякуя движется ему навстречу. Та же прическа, те же черты лица. И только спустя пару секунд капитан сообразил, что Бьякуя не носит сейчас кенсейкана, да и косоде его должно быть белым, согласно давней договоренности. Тот, кто приближался к Наото, был призраком. И призрак этот явно приходился Бьякуе родственником. Хаями не знал, как может выглядеть его отец, но отчего-то подумалось в первую очередь, что это именно он. Впрочем, это мог быть кто угодно, какой-нибудь более давний предок, мало ли их, Кучики, сражалось и погибло здесь.
И тогда Хаями впервые испугался по-настоящему. Испугался, что не сможет нанести удара. Убить этого человека, который так похож… У него даже взгляд тот же, холодный, надменный, их, наверное, всех с детства такому учат. А он уже так близко… Хаями поспешно отскочил подальше.
Конечно, он убьет призрака. Иначе поступить невозможно. Вот только бы выиграть еще чуть-чуть времени, чтобы собраться с духом.
Пока он мешкал, совсем рядом заваривалась каша погуще. Ренджи, отправленный держать линию обороны где-то между Кучики и Кьораку, где-то там, в принципе, и находился, но уже начисто забыл, что должен кого-то защищать. Он вертелся во все стороны, сражаясь не только отдельно от остальных синигами, но даже врозь со своим занпакто. Он перестал использовать банкай: на тех противников, которые окружали его, хватало и шикая, а силы следовало беречь.
Атака едва не застала его врасплох. Ренджи был порядком утомлен, внимание начинало ослабевать, враги атаковали довольно вяло, поэтому он не заметил мелькнувшего в толпе белого хаори. Спасли инстинкты, безошибочное чутье на опасность, которое за несколько лет тренировок вдолбили в него капитаны. Абарай дернулся, уловив не столько движение, заметить которое было невозможно, сколько напряжение реяцу, какое всегда бывает перед атакой. Неимоверно длинный клинок просвистел прямо перед его носом.
«Черт! – Думал Ренджи, уже вполне сознательно бросаясь в сторону и кубарем укатываясь подальше. – Это ж Ичимару!»
Несмотря на всю пройденную подготовку, некоторая неуверенность в душе Абарая все же присутствовала. Он привык и умел сражаться против Кучики и против Хаями, но слишком редко приходилось ему встречать других противников уровня капитана. И в первый момент Ренджи даже немного растерялся. Он торопливо ушел еще немного назад, увеличивая расстояние между собой и противником, как вдруг обнаружил, что находится уже у самого щита, на одном из начерченных углем на мостовой колдовских знаков. Нужно было срочно убираться отсюда.
Против него поможет только тактика, сообразил Абарай. Кучики поделился со своей командой ценными сведениями о том, что призраки не способны рассуждать. Они будут просто бить в цель, которая привлечет их внимание, так что их несложно обмануть. Оставалось придумать, как. Ренджи ломанулся прочь от барьера, прыгнул с разворотом через плечо, и успел разглядеть, как удлинившийся меч Ичимару метнулся к тому месту, где он только что был, ударил в щит, но не пробил, остановился; увидел и негодующий взгляд Куроцучи, обращенный на растяпу лейтенанта. Ренджи без прицела пальнул кидо, пытаясь привлечь к себе внимание, снова рванулся в сюнпо… и врезался в спину какого-то призрака. Оба кубарем полетели наземь, а меч Гина впустую чиркнул по мостовой.