Страница 21 из 49
– А это кто такой, лейтенант Абарай? – Спросил кто-то. – Это не тот ли самый колдун?
– Точно, он самый, – подтвердил Ренджи. – Капитан просил пока присмотреть. Эй, парень! – Он замахал рукой одному из рядовых, которые, как и вчера, сновали по развалинам. – Иди-ка сюда.
Тамура старался не шевелиться. Окружившие его со всех сторон синигами глядели недобро. Убьют. Точно убьют. Не зря капитан Шихоинь предупреждала… Надо было остаться с ней.
– Так, парень, – говорил тем временем лейтенант подбежавшему юнцу, – там где-то склад вчера нашли. Знаешь, нет? Ну вот, найди там форму, чтоб подошла вот этому типу, – короткий небрежный жест в сторону Тамуры. – И тащи туда, к костру. Ладно, пошли, – это уже к оммедзи.
Тамура безропотно последовал за Абараем. Лучше не злить его без надобности. Туда же потянулись и остальные офицеры. Ох, не к добру! Тамура не чувствовал себя настолько скверно, даже когда отправился штурмовать городскую стену Сейрейтея. Тогда он уже распрощался с жизнью, настроился на философский лад, теперь же… Только-только понадеялся прожить еще немного, и на тебе…
На костре готовилась каша. Синигами подбирали валяющие у огня миски, накладывали в них кашу и чинно рассаживались вокруг. Абарай похлопал колдуна по плечу, веля усаживаться.
– Тебя как звать? – Небрежно поинтересовался он.
– Тамура Фуджимаро, – назвался оммедзи.
– А я – Абарай Ренджи, лейтенант шестого отряда, – внушительно сообщил его собеседник.
Лейтенант! Впрочем, это и так было очевидно. Второй человек в отряде после капитана. И теперь, пока капитан спит, заступиться за пленника больше некому.
Кто-то передал лейтенанту чашку, и он немедленно сунул ее колдуну.
– Голодный?
Тамура замотал головой. Абарай практически силой всучил ему миску, буркнул раздраженно:
– Ешь, пока дают.
Тамура больше не стал возражать. Не стоило злить этого парня… да и завтрак, доставшийся ему за компанию с капитаном за стеной, был как-то чересчур скромен. Лейтенант взял другую миску, сел рядом с колдуном и вдруг толкнул его локтем. Тамура оглянулся и к своему величайшему удивлению увидел горящие любопытством глаза.
– Ну-ка, давай, рассказывай, что это тут у нас происходит.
Остальные офицеры немедленно насторожились и подались ближе.
– А потом расскажешь, каким образом ты оказался с капитаном, и за каким чертом он притащил с собой этот лук, – Абарай скалился с самым заговорщическим видом.
Тамура глубоко вздохнул и принялся обстоятельно рассказывать.
***
Проснулся Бьякуя совершенно самостоятельно. Ничего не случилось, никто не напал, никто не примчался с воплями: «Тайчо, у нас проблемы!» Неслыханная роскошь в сложившихся обстоятельствах. Так что Бьякуя не спешил вылезать из своего убежища. Сел, потянулся, насколько позволяли габариты норы, провел рукой по волосам, убедился, что на голове полный беспорядок, и с тяжким вздохом принялся снимать кенсейкан. Пристроить его обратно без расчески и зеркала будет уже невозможно, вот и тянул с этим до последнего. Кое-как расчесал пальцами челку, пригладил волосы, стараясь добиться максимально приличного вида. Зажимы же, подумав, сунул в дальний угол под тряпье: может, пригодятся еще когда-нибудь потом.
Снаружи тоже все было мирно. Большинство бойцов спали, найдя себе убежища в парке. Вдалеке по развалинам сновали рядовые. Несколько человек сидели вокруг погасшего костра, негромко переговариваясь. Бьякуя двинулся в их сторону. Вскоре разглядел и лейтенанта: Ренджи лежал в траве, раскинув руки и уставившись в небо. Возле него сидел еще один человек, и Бьякуя не сразу его узнал, только потом заприметил эту характерную черную с сединой гриву: перец с солью. Колдун был уже в новенькой форме синигами и выглядел сейчас даже приличнее самого капитана.
Оммедзи встрепенулся, потер виски, и все офицеры, сидевшие у костра, обернулись в его сторону. Ренджи тоже приподнялся на локте. Приближающегося капитана они еще не заметили, но он уже мог слышать их голоса.
– Все не так уж плохо, – сообщил колдун. – Хотя и забавно. Призраки снова явятся ночью. Как будто мы попали в какой-то цикл.
– А ты как это определяешь? – Заинтересовался Ренджи.
– Я чувствую, – Тамура пожал плечами и виновато улыбнулся, не в силах объяснить, что именно он чувствует.
Абарай сел и, кажется, изготовился задать еще вопрос, но тут почуял приближение капитана и оглянулся.
– Тайчо! Этот тип предсказывает, когда явятся призраки!
– Я знаю, – равнодушно кивнул Бьякуя. – Кто, ты думаешь, сообщил, когда ждать нападения, в прошлый раз?
– Хм, в самом деле… – Ренджи озадаченно почесал в затылке. Он не мог вспомнить, говорили ему об этом что-нибудь или нет. Бьякуя тоже не мог вспомнить, что именно он рассказывал отряду. Вчера они все настолько устали… Решив не забивать себе этим голову, Бьякуя уселся на траву между колдуном и лейтенантом.
– Какие новости?
– Кьораку присылал бабочку, – доложил Ренджи. – Пересчитывал наши силы. Я ему сам ответил.
– Собрание не назначал?
– Сказал, если не нападут, то ближе к вечеру он еще отправит сообщение.
– Хорошо. В остальном – порядок?
– В целом – порядок. Все делают то, что им поручено. Никаких происшествий. Каша еще осталась. Будете?
– Позже.
Кучики совершенно не прельщала перспектива отскребать остатки пригорелой пищи со дна общего котла. Не настолько он проголодался. Вместо того Бьякуя обернулся к колдуну: хотелось кое-что выяснить.
– Тамура, что за технику ты использовал ночью? Со стрелами.
– Вот это? – Колдун с готовностью выудил из-за пазухи измятый клочок бумаги. – Это магическая формула. Оммедзи используют их для защиты от злых духов. В сложных случаях ее можно лепить прямо на демона, им это здорово не нравится. Я немного переделал саму технологию, разработал некоторые новые заклинания. Просто мне этот способ очень нравится. Я и стену проломил с помощью такой вот формулы.
Бьякуя взял у него листок и принялся внимательно разглядывать начерченные знаки. Кажется, они были изображены просто углем, по крайней мере, уже частично стерлись.
– А если я сам нарисую такие символы?
– Не поможет, – Тамура покачал головой. – Сами по себе знаки ничего не стоят. Колдун вычерчивает заклинание в своем уме и сердце, а то, что изображено на бумаге, всего лишь оттиск его воли. В общем, чертить нужно особым образом, и так, на словах, этого не расскажешь.
– Ясно, – Бьякуя кивнул, стараясь скрыть разочарование. Необычное оружие очень ему понравилось. Оно сулило немалые выгоды меткому стрелку, каковым Бьякуя себя считал. Без всяких затрат справиться с кем угодно… – Но ведь, если эти знаки нарисуешь ты, они будут действовать? – Вдруг дошло до него.
– Разумеется, будут, – согласился колдун.
– Сделай мне таких заготовок, сколько сможешь, – немедленно распорядился Кучики. – Ренджи, отправь кого-нибудь поискать в районе поместий колчаны со стрелами. Они у многих были.
– Хорошо, тайчо, – Абарай поднялся, а потом с любопытством оглянулся на капитана. – Вы собираетесь стрелять из лука?
– Сам видишь, что собираюсь, – проворчал Бьякуя.
– Черт, жаль, что я не умею! – С досадой воскликнул Ренджи и бросился выполнять поручение.
***
Кьораку все же собрал капитанов, но ближе к вечеру. Состав собрания несколько поменялся: отсутствовала Йоруичи, зато появился Зараки, чрезвычайно недовольный тем, что пришлось пропустить одну ночь. Маюри тоже был недоволен: тем, что его отвлекают от исследований, а еще больше тем, что ни на шаг в них не продвинулся. И Унохана, хоть и имела спокойный вид, больше думала об оставленном без присмотра госпитале.
Шунсуй, обнаружив, что Шихоинь отсутствует, тут же забеспокоился. Куда же, в таком случае, делся колдун, оставленный на ее попечение? Кучики, сумевший пролить свет на события, способствовавшие ее исчезновению, пояснил, что оставил оммедзи с Абараем. Кьораку на это только озадаченно покачал головой: пленника, за которым, чтобы чего не выкинул, взялась следить глава отдела тайных операций, теперь поручили лейтенанту, который вряд ли в курсе, что беспокоит капитанов! Кучики равнодушно заверил, что с колдуном все в порядке, и Кьораку оставалось только поверить на слово.