Страница 9 из 21
Кучики не шелохнулся, но Ренджи, прекрасно научившийся получать информацию не столько по выражению лица капитана, сколько по множеству других, малозаметных признаков, понял, что тот насторожился. Ждет вердикта командования. Кьораку тоже встрепенулся. Видимо, мысль о том, что придется выпускать в город капитана с запечатанной реяцу, ему тоже не внушала энтузиазма.
– Готов присмотреть за ним? – Вкрадчиво спросил он лейтенанта. – Но ты понимаешь, что придется делать это постоянно? Не отпускать от себя ни на минуту. Ходить везде вместе. Спать в одном помещении.
Ренджи несколько опешил. Подобная степень бдительности не входила в его планы. Но отступать в любом случае было поздно. Не мог же он сказать: «Ну, нет, мне это не подходит, пусть уж капитан помается в ошейнике». Оставалось надеяться, что Тамура сумеет обнаружить зацепку и быстренько во всем разобраться.
– Да не проблема, – самоуверенно заявил он, пытаясь спрятать свою растерянность за наглостью тона. – Можете на меня положиться, я его ни на секунду из виду не выпущу.
– Ну и отлично, – обрадовался Кьораку. – Так будет лучше всего. Но только под твою личную ответственность, не забывай.
Йоруичи, тоже заулыбавшаяся, в несколько пассов сняла заклинание, запечатывающее ошейник, и принялась расстегивать пряжку. Хаями обернулся к Ренджи и благодарно кивнул. Абараю померещилось в его глазах сожаление, что он первым не додумался предложить что-то подобное. Бьякуя, освобожденный от своих оков, встал и первым вышел из камеры. За ним последовали и остальные.
– Ну что ж, – с облегчением подытожил Шунсуй, – теперь дело за Тамурой, насколько я понимаю.
– Да, – согласилась Йоруичи, – Ренджи, давай ты сам его найдешь и все объяснишь. Спать хочу, сил нет.
– Хорошо, я так и сделаю, – кивнул Ренджи.
Бьякуя хмуро косился на них. Все они вели себя так, будто его здесь вовсе нет. Впрочем, ему не очень и хотелось вновь привлекать внимание к своей персоне.
– Я тоже пойду, пожалуй, – сказал Хаями. Вот он обращался именно к Бьякуе. – А то Рукия потеряет, забеспокоится. Она ночевала дома и ничего еще не знает. Представляешь, какие слухи могут доползти до нашего отряда?
Наконец, все разошлись восвояси, и офицеры шестого отряда остались вдвоем. Кучики искоса глянул на лейтенанта и сказал насмешливо:
– Похоже, ты взвалил на себя неподъемную ношу.
Абарай улыбнулся. Ну не мог капитан сказать ему: «Ренджи, какой же ты молодец, что все так устроил». Но Абараю этого уже и не нужно было. Он и так видел, как расслабились напряженные плечи Кучики, как разгладилась едва заметная складка между бровей, он словно кожей ощущал охватившее капитана гигантское облегчение.
– Да все нормально! – Нахально заявил он. – И вообще, мне кажется, не обязательно нам прямо так уж точно следовать инструкциям. С вами все в порядке, по-моему.
– Я не думаю, что тебе стоит пренебрегать приказом командира, – заметил Бьякуя.
Ренджи понял, что Кучики сам ни в чем не уверен. Он не смог бы сейчас поручиться за себя.
– Лучше нам просто найти Тамуру, – примирительно сказал Абарай. – Может быть, он сразу сможет во всем разобраться, и тогда нам не придется решать вопрос с ночлегом.
***
К Тамуре отправились немедленно, как только Кучики переоделся. Капитан был чрезмерно лаконичен, так что объяснять подробности дела колдуну пришлось Ренджи. Впрочем, Тамура, как выяснилось, уже успел выслушать доклад своего капитана, поэтому к делу приступил без лишних слов. Внятного вывода, однако, от него добиться не удалось.
– Есть что-то. То есть, было. Теперь уже нет. Но что-то такое есть.
– Так есть или нет? – Запутался Ренджи.
– Было. Сейчас вроде нет.
– Так сейчас все в порядке?
– Не знаю. След остался.
Конечное заключение выглядело примерно так: «Есть тут что-то по моей части, что именно, не пойму». Тамура обещал еще подумать на эту тему. Но Кучики, которому изрядно надоело мельтешение колдуна и щелканье его веера (кажется, он использовал его не для дела, а просто по привычке), решительно свернул исследование.
После офицеры шестого отряда вернулись в штаб, где принялись за работу. Абараю пришлось отменить всю свою беготню и сосредоточиться на бумагах. А дел нынче было немало. Кучики считал, что его отряд обязан помочь в восстановлении того, что он нынче разрушил. Досталось, как всегда, рядовым, а отдавать распоряжения пришлось Абараю. Капитан был молчалив даже больше обычного, а офицеры, вызванные в кабинет, при одном взгляде в его сторону начинали покрываться холодным потом.
Приходили Хаями с Рукией. Хаями взялся было продолжить допрос Кучики, но у того от расспросов делалось такое отрешенное и мрачное лицо, что Наото в конце концов отстал. Ренджи тоже не казалось, что расспрашивать капитана сейчас – хорошая идея. Упрется ведь и из вредности ничего не вспомнит: мол, я же сказал вам, что не помню, так что вы пристали. А вот если оставить его в покое, то, возможно, самостоятельно он сможет что-нибудь восстановить.
Попытался влезть в это дело и Сайто. Но этому хватило одного взгляда на лицо Кучики, чтобы повернуть разговор на нейтральные темы. Сайто, впрочем, не отступился, он не имел привычки легко бросать начатое. Так что весь остаток дня он вылавливал и расспрашивал свидетелей ночного происшествия.
Ближе к вечеру Бьякуя в сопровождении Абарая наведался домой. Ему оставалось только радоваться тому, что присутствие лейтенанта давно уже не могло удивить никого из домашних. Здесь, в поместье, Бьякуя старательно делал вид, что все в порядке, очень надеясь, что слухи о ночном побоище еще не добрались до этого конца города. Кажется, обошлось. Хисана с огорчением, но без удивления восприняла весть о том, что работы нынче чересчур много, а потому Бьякуе придется ночевать в штабе. Возможно, не только сегодня. Но такое время от времени приключалось, и жена уже привыкла к этому и вроде бы ничего не заподозрила.
После ужина Кучики с Абараем вернулись в штаб. Пора было как-то устраиваться на ночь, и Ренджи впервые замялся.
– Тайчо, а мы точно должны в одной комнате ночевать? Мне кажется, это командир перестраховывается. Ну, я же издали почувствую, если что-то…
– Не стоит пренебрегать приказом, Ренджи, – спокойно сказал Кучики. – Если ты допустишь оплошность, но выполнишь приказ в точности, ты сможешь сказать, что сделал все, что мог. Если же ты нарушишь данные тебе инструкции, это будет уже совсем другой разговор.
Ренджи вздохнул. Он понял: несмотря на то, что день прошел нормально, уверенности в себе у капитана не прибавилось. А тут еще туманные намеки Тамуры на то, что остался какой-то след… Пожалуй, Кучики был прав: лучше сделать все, от них зависящее. Вдвоем они сходили в комнату лейтенанта за постелью, а потом расположились в разных концах капитанской комнаты. Кучики улегся, не раздеваясь, и Абарай на всякий случай последовал его примеру. В самом деле, могло произойти все, что угодно.
***
Но ничего так и не случилось. Офицеры спокойно проснулись утром, спокойно отправились завтракать. А после завтрака им нанес визит первый официальный психотерапевт Сейрейтея Фуками Намио.
– Кучики, есть предложение, – заявил он без лишних предисловий. – Нам необходимо получить информацию о том, что произошло с тобой в Мире живых.
– Но я ничего не помню, – холодно сообщил Бьякуя.
– Вот именно, – с энтузиазмом подтвердил Фуками. – Поэтому я предлагаю использовать гипноз.
– Это поможет? – Нахмурился Бьякуя.
– Есть такая вероятность. Видишь ли, на самом деле ты все помнишь. Подсознание всегда все помнит. Но сознание часто использует свои защитные функции, чтобы оградить себя от травмирующей информации. Воспоминания страшные, унизительные, неприятные блокируются сознанием. Но мы можем усыпить его бдительность и обратиться напрямую к подсознанию, а уж оно расколется, как миленькое!
«Это звучит, как что-то очень опасное», – подумал Бьякуя, но вслух говорить этого не стал. Подумают еще, что он испугался. Хотя ему и в самом деле было здорово не по себе. Ему предлагалось утратить контроль над собой, передать себя в руки манипулятора. Неизвестно еще, что он сделает. Но Бьякуя не знал, каким образом может возразить.