Страница 19 из 38
Праздничная суета началась с самого утра. Кайтен, выползший из своей берлоги, растерянно озирался и жался к стенам. Было непривычно уже то, что его не разбудил сегодня с утра пораньше спокойный, но настойчивый голос Таара. Он проснулся поздно, от шума, гомона и смеха. В честь праздника занятия отменялись. И теперь Кайтену казалось, что лучше бы учитель, как обычно, принялся гонять его вверх и вниз по склону холма, потому что решительно не понимал, куда себя деть в необычной обстановке праздника.
А люди ходили из дома в дом, о чем-то весело толковали, смеялись, девушки, от пигалиц-подростков до взрослых невест, сбились в кучку и что-то, хихикая, обсуждали. Где-то за углом замка невидимые музыканты вразнобой пробовали свои инструменты, получалась жуткая какофония. Двери в общинном доме были распахнуты настежь. Кайтен порыскал туда-сюда, надеясь отыскать учителя и хоть по нему сориентироваться, как быть, но того нигде не было видно. Зато нашлась бабушка Мару. Она вдохновенно командовала в общем доме. Сюда стаскивали всевозможные угощения и расставляли по указке старой ведьмы на большом полотнище. Кайтен осторожно просочился к ней, тихонько спросил:
– А мне что делать?
– Тебе-то? – Мару едва удостоила его взглядом. – Сядь в угол, не мешай.
Кайтена такое предложение полностью устраивало. Он укрылся в тени, подальше от глаз, и стал наблюдать. Если не считать общего возбужденного настроения, это было похоже на обычный семейный завтрак. Ну разве что еще блюда на столе были диковинные, причудливых форм и затейливо украшенные. В остальном все шло, как обычно: составили тарелки на скатерти, и семья начала собираться и рассаживаться на полу. Таар появился одним из последних, скромно скользнул в дальний угол, где и встретился нос к носу со своим учеником. Стражи вместе придвинулись ближе к «столу».
Против ожиданий, никто речей не произносил. Все продолжали начатые ранее разговоры, и в целом все шло, как обычно. После завтрака все начали разбегаться, и Кайтен вслед за остальными вышел на улицу. Заметив, что Таар, рассеянно поглядывая по сторонам, незаметно отодвигается в сторонку, он решительно прервал эту попытку бегства, пристав все с тем же вопросом:
– А что я должен делать?
– Делать? – Страж недоуменно пожал плечами. – Что хочешь. Сегодня праздник.
– Но я же наверное должен как-то во всем этом участвовать? – не унимался Кайтен.
– Хочешь – участвуй.
– То есть, можно и не участвовать?
– Никто не заставляет.
– То есть, можно просто посмотреть? – обрадовался Кайтен. – Я хотел бы просто посидеть в сторонке и посмотреть на это все.
– Разумеется, можно, – Ан-Таар, похоже, не понимал, в чем проблема. – Я и сам обычно так делаю.
Похоже, учитель полностью одобрял подобное поведение, и Кайтен перестал терзаться по этому поводу. Вместо того он принялся слоняться по улице, останавливаясь то там, то тут, присматриваясь к тому, чем заняты люди, наслаждаясь почти забытым ощущением абсолютной праздности. И то сказать, давненько ему не удавалось перевести дух и просто побездельничать.
Послышалась переливчатая трель звонкой дудочки, к ней присоединилась другая. Они выводили веселую, заводную мелодию, такую, что невольно хотелось пуститься в пляс. Скоро показались и дудочники; за ними уже выстроилась целая процессия смеющихся и танцующих людей. Шествие все увеличивалось, к нему примыкали все новые и новые участники, и те, у кого были хоть какие-то инструменты, подхватывали мелодию. Прижавшись к стене, Кайтен пропустил всю компанию мимо себя. Он заметил, что все участники действа одеты по-праздничному: на женщинах были широкие юбки из цветных лоскутков, на мужчинах вышитые рубашки, и хотя погода стояла холодная, многие не надели даже меховых жилетов. Кайтену стало стыдно за свою рабочую куртку: он носил уже зимнюю, меховую. Может быть, среди его одежды и были какие-то праздничные наряды, но он до сих пор не нашел времени разобраться в своих вещах.
Процессия проследовала вдоль улицы к реке, петлей свернувшейся у подножия холма. Там, на уютном мысу, и остановились. Летом эта поляна покрывалась густой и мягкой травой; теперь трава пожухла и пожелтела, но это место все равно оставалось излюбленным для проведения праздников. У реки компания разбилась на отдельные группы, в каждой из которых началась какая-то возня. Кайтен устроился выше по склону, отсюда ему было хорошо видно, что происходит на берегу, но не очень хорошо слышно. Впрочем, наблюдая за людьми, он сделал вывод, что это просто какие-то игры. Мужчины, похоже, мерялись силами, пытаясь перетянуть друг друга с помощью обрывка веревки. Девушки плясали под аккомпанемент нескольких дудок, красуясь друг перед другом. Кажется, им всем там было очень весело, но Кайтен не мог найти в себе сил присоединиться к этому веселью. Кажется, он просто стеснялся.
Захрустела сухая трава, и Кайтен обернулся. Его учитель, тоже одетый в рабочую куртку, спустился с холма и сел рядом.
– Ты разве не участвуешь? – удивился Кайтен, припоминая, когда он в последний раз видел во всей этой суете стража.
– Не люблю этого, – отозвался Ан-Таар совершенно безразличным тоном.
Следом появился Тэ-Кота, как всегда, с таким видом, будто ему необходимо хорошенько выспаться. Плюхнулся в траву возле стража, взъерошил волосы.
– Петь еще не начали? А, балуются пока. Скорей бы уж отвести все это.
– Все равно ты расслабишься не раньше, чем выпадет снег, – заметил Ан-Таар.
– Это верно, – следящий вздохнул. – Слушай, зима наступит, отпусти меня по соседям прогуляться. Может, хоть кого-то найду в ученики. Чем дольше тяну, тем дольше буду в одиночку пахать.
– Конечно, езжай.
– А что, – полюбопытствовал Кайтен, – из здешних никто не годится?
Кота только рукой махнул.
Через некоторое время из толпы внизу выбралась Ан-Мару. Ведьма улыбнулась сидящим, отдельно подмигнула Кайтену и уселась на траву рядом с ним. Ученик стража немедленно вцепился в нее, благо старуха никогда не отказывалась удовлетворить его любопытство.
– Бабушка Мару, а что там вообще происходит?
– Веселятся люди. Ты бы тоже пошел да повеселился со всеми. На поясах уж точно любого перетягаешь.
– Не хочу я, – испугался Кайтен. – Не знаю, что там делать. Вы просто расскажите, что все это значит.
– Да что значит? – Мару рассмеялась. – Закончили с хлопотами, вот и радуются. Игры, потом песни. Твои-то труды нынче не закончены, вот тебе и не понятно.
Внизу отдельные группы закончили свои занятия и объединились. Теперь уже все вместе о чем-то болтали, хохотали заливисто и так заразительно, что Кайтен невольно начал улыбаться. Какая-то гуделка, к звуку которой он все еще не мог привыкнуть, уже начала выводить незнакомую мелодию, но ее пока никто не подхватывал. Кажется, все это не было стройным ритуалом, не соблюдались регламенты, не чувствовалось единого ритма; просто люди отдыхали, как им хотелось, и ничего больше.
Снизу, с поляны, к сидящим поднялась Ан-Кава, она несла в руках объемистый ковшик. Оценивающе оглядев всю компанию, она вдруг уселась между стражами, но обернулась не к Таару, а к Кайтену.
– Ну как тебе праздник?
– Ну… – неопределенно протянул Кайтен, пытаясь найти слова.
– А у вас там, в городах, бывают праздники?
– Конечно! – обрадовался Кайтен подсказке. – Только они не такие.
– А какие? – Кава кокетливо наклонила голову.
– Ну, во-первых, у нас там пьют много вина…
– Такого? – И она сунула ему под нос свой ковшик.
Кайтен принюхался. Кажется, там и вправду было что-то забродившее, но пряный запах давал все основания предположить, что этот самодельный напиток превосходит любые сорта элитного алкоголя, которые только можно найти в городах.
– Что это? – не удержался Кайтен.
– Попробуй.
Он попробовал. Что-то терпкое, сладкое, невероятно ароматное, но сравнить было решительно не с чем.
– Это здорово! – искренне сказал Кайтен.
– Я тебе оставлю, – улыбнулась Кава. – А если захочешь, присоединяйся к нам там, внизу. Там очень, очень весело.