Страница 11 из 86
Крайт почувствовал себя уязвленным. Только что он праздновал собственную, единоличную победу, и вдруг оказывается, что она таковой не является. Но виду не подал, оскалился фальшивой улыбкой и воскликнул:
– Надо же! Мне это и в голову не пришло! Спасибо.
Арвент испытывал неприятное чувство зависти к извечному сопернику. Он считал, что ему просто не повезло. Они с Вернисом находились с фланга, слишком далеко от того места, откуда было бы удобно вмешаться. Еще утром он полагал свою позицию рядом с мастером более выгодной, чем у соперника, но бой сложился иначе. И Арвент мог только наблюдать сверху, как несется по полю всадник в алом плаще. Это было эффектно. Особенно кувырок в конце, ехидно добавлял про себя Арвент. Ладно, что уж там, если отбросить личную неприязнь, следовало признать: выглядело это здорово. И вот теперь Арвент заметил смущение Крайта и мстительно обрадовался этому.
– В команде все должны тянуть в одну сторону, – заговорил Вернис. – Для того мы и объединяемся. Вот, к примеру, тест для вас, молодежь. Превратите-ка эту палку. Кто вперед.
Мастер бросил на землю у костра корявую ветку. Новобранцы немедленно уставились на нее… и спустя всего несколько мгновений на этом месте уже извивалась черная змея.
– Это моя! – радостно воскликнули оба… и одновременно осеклись, подняв глаза друг на друга.
Вернис от души расхохотался. Он подцепил змею носком сапога и швырнул в огонь. Та немного поерзала, а потом тихо сгорела, особенно не сопротивляясь. Внутренностей в ней все равно не было.
– Немного не то, что я хотел, – сказал мастер. – Я думал показать вам, как бывает трудно, когда двое мешают друг другу, но удалось продемонстрировать обратное: как бывает легко, когда двое помогают. Вот это и есть, ребята, работа в команде. И поэтому команда всегда сильнее одиночки.
Мальчишки нахохлились и примолкли. Ни один из них не остался равнодушен к проведенному опыту, вот только выводы их сильно разнились.
Крайт поражался тому, как становится легко, когда тебе помогают. До сих пор ему все приходилось делать самому, как и любому, кто проходит обучение. Его учитель, разумеется, говорил о том, что вместе проще, но Крайт никогда не представлял, насколько. Он ставил перед собой большую цель: стать величайшим из современников, одержать наибольшее количество побед, а иногда, стыдясь самого себя, он добавлял к этому, что докажет им всем, чего он стоит. Найденыш, обращенный, начавший обучение слишком поздно, он докажет, кто тут сильнейший, любым способом. И такой способ, как команда, выглядел весьма перспективно. Лучшая команда, где все понимают друг друга с полуслова, да что там, совсем без слов!
Арвент же размышлял об этой дурацкой змее. Надо же, как глупо получилось! Почему они, совершенно не похожие друг на друга, воспитанные по-разному, подумали об одном и том же? Да все потому, что ни в ком из них нет настоящей оригинальности. Арвент учился у своего отца, а Крайт – у наставника из детского дома, но оба в итоге получили один и тот же набор совершенно одинаковых приемов. Простейшая ассоциация: палка – змея. Длинная, тощая, без лап. Эдак любой маг, прошедший ту же школу (а другой просто нет!), без труда угадает все твои мысли.
Арвент хотел не просто превзойти отца и избавиться, наконец, от его ехидных усмешек. Он хотел славы. Хотел стать узнаваемым, чтобы о нем говорили, чтобы восклицали понимающе: «А, Арвент Конта, как же!» Ну и как этого добиться, когда все маги, как близнецы? Кто-то, конечно, находит свои сильные стороны, становится специалистом одного вида магии, забрасывая другие, и пусть это не всегда бывает эффективно, зато узнаваемо. Вот это следовало взять на вооружение, но довести до предела. Свой стиль, решил Арвент, мне нужен свой стиль, да такой, чтобы все ахнули!
========== Предвестье Тени ==========
– Нет, ну почему нельзя просто проникнуть в замок? – горячился Крайт. – Забраться и сразиться с ним там. На летуне, например.
– Подстрелят, – буркнул Конот.
Крайт вытаращил глаза.
– Нельзя ведь!
– Ты это им объясни.
Крайт моргал так изумленно, что Вернис сжалился и, снисходительно усмехнувшись, объяснил:
– Вырожденцам, конечно, с детства вдалбливают, что нельзя прицельно стрелять по цветным плащам. И что по алым нельзя под страхом смерти. Только они все равно стреляют. Инстинктивно. Потом, конечно, пугаются, но толку тебе с того? А если ты на летуне подлетишь, они вообще твоего плаща не заметят. Увидят только чудовище.
– Все равно. – Крайт, поразмыслив, упрямо нахмурился. – Попробовать-то можно. Да не попадут они! Я бы запросто.
Они топтались у стен города почти три декады – треть сезона! – и совершенно безрезультатно. Были, конечно, красивые сражения, и судьи, наблюдающие за происходящим глазами мгновенных посланцев, присуждали баллы магам-участникам, но до сих пор не было победы, того, ради чего все это затевалось. Крепость Агоф не сдавалась.
– Делать тебе нечего! – проворчал Конот. – Наделают в тебе дырок, а я потом штопай.
Крайт продолжал упорствовать. Это казалось ему отличной идеей: забраться на стену и отвлечь на себя мага-защитника, а остальная команда тем временем с легкостью разберется с обороняющимся войском. Нужно же использовать численное преимущество!
– И куда ты так торопишься? – недовольно ворчал мастер Вернис, косясь на расположившихся неподалеку всадников. Те явно прислушивались к разговору.
Наконец один из бирюзовых плащей не выдержал, поднялся от своего костра и приблизился к костру магов.
– По-моему, ваш помощник предлагает дельный план, – заговорил он. – Почему вы не хотите его принять?
– А компенсацию семье ты будешь выплачивать или предложишь вытрясать ее у той стороны? – Вернис кивнул в сторону осажденной крепости.
Всадник всерьез задумался над формулировкой. Компенсация семье погибшего мага действительно полагалась, но только в том случае, если убийство признавалось умышленным, а не одной из тех случайностей, каких полно на войне. Крайт подумал, что Фоссы, пожалуй, были бы довольны таким поворотом.
– Это не будет убийством, – сказал, наконец, бирюзовый. – Он же сам говорит, что большие шансы на успех. Если бы я его посылал на верную смерть, тогда бы мы поговорили о компенсации.
Теперь Вернис сердито смотрел на Крайта. План мастеру явно не нравился, но к мнению всадников приходилось прислушиваться. Наниматель имел право принимать или не принимать решения магов, вмешиваться в их планы, настаивать на собственном видении ситуации. В конце концов, прав тот, кто платит.
– Ладно, – решился Вернис. – Попробуем это. Только, Крайт, если вляпаешься там, постарайся сдаться в плен живым.
– Я буду осторожен, – пообещал тот.
***
Утро выдалось сырое, мрачное. Крайт подумал, что в этом сером тумане, чего доброго, алый плащ действительно никто не разглядит. Но он слишком радовался возможности действовать по собственному плану, чтобы предаваться сомнениям.
На одном из холмов нашелся подходящий камень, чтобы стартовать, и теперь Крайт забирался на кручу по едва намеченной тропке. Летун сидел на его плече, вцепившись крепкими когтями. Он развалил свои длинные крылья, и их концы волочились по земле. Снизу слышались отрывистые команды: войска уже построились и готовились выступать. Крайт должен был выдвигаться последним, чтобы враг не обратил на него внимания.
Добравшись до вершины холма, Крайт поосновательнее утвердился на краю скального выступа и чуть дернул плечом, предлагая летуну перебираться на положенное место. Понятливое существо взмахнуло гигантскими крыльями, ловя равновесие, и устроилось на загривке мага, вцепившись лапами в оба плеча. Положило голову на макушку человека, так что клюв оказался над его глазами. Затылок и плечи Крайта обдало жаром. Когти летуна медленно погружались в кожу, не повреждая ее. Крайт развел в стороны руки, ощущая знакомое покалывание, когда крылья существа медленно врастали в них. А после прорезалось двойное зрение. Теперь он мог видеть не только собственными, человеческими глазами, но и зоркими глазами летуна, способного практически заглядывать себе за спину.