Страница 46 из 60
С отъездом Макарова капитан первого ранга Артеньев назначен командиром Георгиевского крейсера "Новик", а мы с Николаем остались на крейсере в статусе "шеф-капитана", кажется специально придуманного для этого случая. То есть теперь на нашем "Новике" у нас почти экскурсионный статус, хотя, с другой стороны, адмирал на мостике пусть и Георгиевского, но крейсера второго ранга, это моветон, а теперь всё в пределах принятых приличий. Сергея Николаевича встретили на крейсере с нескрываемой радостью, Николай попытался уступить своё место и каюту Артеньеву, но тот категорически отказался, и вообще, во всём организовал службу так, словно он опять старший офицер, а Волков его помощник. Извините, сумбурно объясняю, но я уже немного вжилась в эти флотские ритуалы, и у "Новика" словно стало два командира, только один вроде выше, а другой у него в подчинении и на попытки Николая привести в принятый на флоте порядок единоначалия, то есть полностью уступить командирское место, получал свои же слова в виде цитаты: "Мы теперь Георгиевский корабль и это мы будем устанавливать новые традиции и правила!"...
Проводы в столицу любимого всеми Степана Осиповича вылились в событие для всего города, малюсенький Артурский вокзальчик всех желающих вместить не смог бы при всём желании, даже с учётом того, что население Артура не так уж велико. Прощание организовали по всем правилам и предусмотрительно заранее регламентировали. Сначала Макаров в открытой коляске неспешно проехал по главной улице, вернее по единственной прямой и достаточно широкой, где вдоль заборов и домов стояли почти все жители Нового города, потом свернул к Западному бассейну, где его принял на свою палубу выделенный за малую осадку двести пятнадцатый номерной миноносец весь расцвеченный поднятыми флажными сигналами. На миноносце адмирал обошёл на рейде всю эскадру, вернее, теперь уже Тихоокеанский флот России, где поднялся на все ранговые корабли и прощался с командами, не стал исключением и наш "Новик", где всегда достаточно спокойная Дуся, видимо прониклась общим ажиотажем и вдруг у самого трапа встретила адмирала, встала на задние лапы и облизала ему лицо, сразу как-то сбив весь официальный градус и Макаров задержался у нас, зайдя в салон выпить на дорожку чаю и за столом поблагодарить каждого нашего офицера лично. На многих лицах видела слёзы, а миноносец пошёл дальше. В конце Макаров должен был посетить ремонтирующиеся в заводе корабли и с причала завода в Восточном бассейне проехать по старому городу вдоль так же собравшихся вдоль улицы жителей насквозь и мимо кладбища свернуть уже к вокзалу, где его уже должен был ждать поезд с прицепленным для него адмиральским вагоном. Адриян рассказал, что на всякий случай перед поездом пустят бронепоезд, Макарова действительно любили и эти меры не были демонстрацией служебного рвения, а искренней заботой о его безопасности. К его прибытию на перрон вокзала, все пять артурских адмиралов с нами в том числе и трёх генералов имели привилегию попрощаться у дверей вагона лично. Степан Осипович нашёл каждому какие-то свои слова, я заметила, что даже сурового адмирала проняло душевностью и размахом устроенное прощание. Поезд скрылся за поворотом в сгущающихся сумерках, мы знали, что в Харбин для прощания с любимым командующим должны приехать все командиры Владивостокского отряда, адмиралы Витгефт, Рейценштейн и Гаупт и генералы Штакельберг, Засулич и Мищенко, а в Петербурге Макарову предстояло не столько принять морское ведомство, сколько его реформировать и заставить продуктивно работать для скорейшей и продуктивной подготовки обоих наших западных флотов к скорой войне.
Машенька, которая после того, как перестала постоянно выходить на свои смены в госпиталь кажется стала работать ещё больше. Мы даже не знали, что при госпитале уже давно выделена небольшая комнатка. Где работают две девушки и отставной артиллерийский кондуктор без левой руки с "Цесаревича", что они под руководством нашей Марии Михайловны ведут все дела "Фонда Новик". Что их силами и на средства фонда отправлены на Запад восемь рейсов санитарных поездов. Закуплены и доставлены в Артур и Владивосток для госпиталей и кораблей качественные немецкие Золингеновские хирургические инструментальные наборы, которым не могли нарадоваться все врачи, которым пришлось ими работать. Что в Артуре, во Владивостоке, в Харбине, в Иркутске, Ярославле и Москве заложены и строятся дома для отставных матросов и кондукторов, для многих увечных выкуплены места для лавок или мастерских, ведь на флоте практически любой матрос имеет не одну специальность и мастеровиты практически все, так, что начать работать в открытой для них лавке по мелкому ремонту, сапожной, шорной, скобяной или даже фотографической мастерской им совсем не трудно. Желающих осесть на земле, многих после индивидуального собеседования к себе пригласили казаки, другим оплатили проезд до места и оплату средств для обзаведение, то есть Машенька строго выполняла правило "Никаких живых денег, которые можно потерять, пропить, отдать, только безналичная оплата реальных услуг или покупок!". Теперь Машенька каждый будний день ходила в госпиталь и с разрешения начальника в его приёмной вела приём обращающихся, в ставший широко известным "Фонд Новик", за помощью. Кроме перечисленных за наши призовые суда денег, в фонд перечислили средства Владивостокцы, в Артуре призов было мало, но за взятый на Эллиотах миноносец средства тоже пришли в фонд, а ещё в фонд теперь перечисляли средства со всей России. И Машенька серьёзно в письмах обсуждала с Настенькой Артеньевой постройку бесплатного госпиталя или больницы на Аптекарском острове у Карповки. Словом, Машенька трудилась как пчёлка, а ещё Настенька открыла приёмную фонда в Кронштадте, но там работу ещё предстояло наладить...
Если рассуждать логически, то главная работа военных - это война, но для нас с победой и пришедшим миром никакого спокойствия не наступило, наша неделя отдыха после переговоров закончилась и мы включились в общую пахоту. Наши парные крейсерские дозоры ходили по всему Бериншгову, Охотскому, Японскому и Жёлтому морю, патрулировали Восточное побережье Японии и Рюкю, обходили Курилы и на юг доходили до Южно-Китайского моря, регулярно заглядывая в Шанхай, Гонконг, Кантон, Манилу и Сингапур. Англы уже притащили из Индийского океана в Вей-Ха-Вей четыре новых броненосных крейсера и два броненосца, но от былой спеси не осталось и следа. По крайней мере пока, ведут себя вежливо и корректно.
С теперь уже капитаном первого ранга Колчаком мы отвели на Цусимские острова караван транспортов, канонерку "Бобр", второй и четвёртый отряды миноносцев и крейсер "Диана" для обустройства в новых Российских владениях. "Гера" (с новым командиром, ну, не сложилось у Александра Васильевича с кораблём), старички "Забияка" и "Всадник" ушли к острову "Чеджудо". Колчак назначен начальником над морскими и береговыми силами морской опорной базы Российского императорского флота на Цусимских островах и Жёлтом море. В подчинении у него не только прибывшие с ним корабли, но и доставленные на транспортах два пехотных батальона усиленные тремя артиллерийскими батареями и двумя батареями морских орудий. На острова кроме этого прибыло больше ста крестьянских семей переселенцев из европейских губерний. В общем, когда мы уходили, провожавший нас Александр Васильевич имел очень встрёпанный вид, видимо от осознания горы из предстоящих ему забот и дел, из первоочередных обустройство на Чеджудо и двух больших Цусимских островах.
Из Петербурга прибыл и крепко обосновался на "Новике" главный кораблестроитель России генерал-лейтенант по Адмиралтейству Кутейников Николай Евлампиевич, с ним приехали ещё три инженера, вот эта компания с Новицким, Клоповым и Мольмером как тараканы лазали по всему крейсеру, только на приёмах пищи встречаясь за столом, а в промежутках то обложенные кипами чертежей в кают-компании или в каюте у нашего "Деда" спорили, что-то обсуждали или считали и чертили. Но к счастью эта вакханалия не продлилась больше месяца, потому, что через месяц мы сами их отвезли двоих в Йокосуку, двоих в Сасебо, где во исполнение подписанного договора для начала начали капитальный ремонт "Дианы" и "Фемиды", а наши инженеры должны оценить возможности и качество работ на верфях, чтобы принять решение, что и в каких количествах Россия станет заказывать в стране Восходящего Солнца. Вообще, на Тихоокеанской эскадре сложилась достаточно парадоксальная ситуация, все крупные корабли на Дальневосточный театр перегонялись с Балтики, а в случае серьёзных поломок или повреждений их снова требовалось гнать в Европу. Ведь своих судостроительных и серьёзных судоремонтных мощностей у тихоокеанской эскадры не имелось вообще, не считать же маломощный док во Владике и недостроенный в Артуре, которые ещё худо-бедно справлялись с текущим ремонтом и сборкой из готовых частей миноносцев, но ничего бОльшего им поручить не имелось возможностей. Теперь же появилась возможность задействовать освободившиеся не малые судостроительные мощности Японии, и если получится иметь возможность получить здесь готовые даже крупные корабли, ведь после победы над Японией, необходимость иметь в регионе сильный флот для России не исчезла, а возможно даже увеличилась. Ведь англы уже начали перегон в Вей-Ха-Вей и по планам корабельного состава планируется больше, чем раньше было в составе всей Сингапурской эскадры. Пока британцы ведут себя тише травы, но все прекрасно понимают, что при любой возможности они сделают всё, чтобы попытаться взять реванш. Хотя в газеты просочилось интервью с бывшим командиром крейсера "Талбот" Бейли, который привёл сказанные нами ему когда-то слова, что "...один "Новик" сильнее английской эскадры, а даже один рассерженный русский это очень много!", что теперь в свете произошедшего приобрело вид почти мистического пророчества, а то, что дважды вдвое более слабая русская эскадра наголову разбила хвалённых английских моряков, заставляют к сказанному очень внимательно прислушаться. И пусть даже англы теперь надолго зареклись связываться с русским флотом, но то, что гадить они будут при каждом случае, это сомнений не вызывает ни у кого. Так, что Кутейникову и компании предстоит очень многое сделать в Японии, и обеспечить России возможность везти на Дальний Восток железную руду и удоканский уголь, чтобы в результате получить готовые корабли. Тем более, что в свете наших с Николаем экскурсов в мою память и долгих разговоров с Макаровым Кутейником уже привёз проект принципиально нового корабля по типу будущего "Дредноута", правда не такого кошмарного водоизмещения и калибры поменьше, но скорость уже заложена больше двадцати пяти узлов, атлантический нос, а главное девять орудий в трёх трёхорудийных башнях главного калибра четырнадцать дюймов со стволами в пятьдесят пять калибров в диаметральной плоскости, то есть имеющие возможность стрельбы всех орудий на любой борт, при практически полном отсутствии среднего и мелкого калибра и мощном бронировании. Пушки для этого заказа сейчас в быстром темпе делали и испытывали на Обуховском заводе и заводе Крупа в Германии, по всем прикидкам они должны вести прицельную стрельбу на дистанции восемь-десять миль, что почти в два раза дольше возможностей новейших английских броненосцев, а исполнение заказа в Японии обеспечит невиданную в России секретность. Очень хочется надеяться, что японцы справятся с постройкой этих кораблей, для которых каким-то капризом Императора запланированы цветочные названия, так первый линейный корабль серии должен получить имя "Гиацинт", мне сразу вспомнилась советская шутка с пушками и миномётами больших калибров вроде бы тоже были "Гвоздики", "Тюльпаны" и "Акации". Видимо русский юмор развивается одними дорожками не зависимо от времени и общественного строя.