Страница 86 из 106
— Вроде нет, а что?
— Да просто так. Ах, паршивец, ну и где этот сопляк?
— Он ушел.
— То есть как? — опешил военный. — Не хочешь ли ты сказать, что упустил его?
— Да.
— В это я никогда не поверю, ты, профессиональный киллер, лучший в своем отряде, и вдруг дал уйти какому-то сопливому чиновнику, который ничего опаснее точилки в руках не держал.
— Тем не менее это так.
— Ну ладно, — Гордон махнул рукой, — в конце концов это не столь важно, рано или поздно мы все равно поймаем его. Главное — с тобой обошлось.
— Я тоже рад.
— Скажи, Рип, — наклонился к нему Гордон, — ты, часом, ничего не вспомнил? Все-таки у тебя было потрясение, говорят, память после этого может…
— Нет, — Рип помотал головой. — Я и сам бы рад, но все как в тумане.
— Ну, ну, ничего, мальчик мой, будь молодцом. Ты вспомнишь, ты скоро вспомнишь. — Генерал покровительственно похлопал его по плечу.
Рип улыбнулся, но… только что он заметил… всего мгновение назад, мельком, что-то важное, попытался напрячь память…
Видимо, он переменился в лице, так как военный обеспокоенно посмотрел на него.
— Тебе плохо?
— Нет, нет, ничего, — пробормотал Рип. — просто на секунду показалось.
Генерал по-отечески протянул руку и попробовал лоб.
— Температура нормальная.
И тогда Рип увидел это. Он понял, что заметило боковое зрение, всего на секунду, а теперь четко разглядел это во второй раз.
Когда рука военного легла на лоб, точно перед глазами оказалось запястье старого офицера. Запястье с небольшим шрамом, который по форме напоминал букву «V».
От этого открытия у Рипа похолодело внутри. Между тем Гордон поднялся.
— Мне уже пора.
— Да, да, до свидания, — пробормотал Винклер.
— Рип, с тобой все в порядке? — удивился советник. — Секунду назад ты лежал тут нормальный, а теперь выглядишь, как будто призрака увидел.
— Нет, все хорошо. — Рип поспешно опустил глаза.
— Ну смотри, — генерал направился к выходу, — я еще зайду, навещу тебя. Может быть, завтра.
— Конечно, буду рад, — автоматически пробормотал Рип.
Когда военный ушел, он облегченно вздохнул. Гордон врал, врал с самого начала, Рип не был в рабстве. Это он выкупил его у пиратов. Что там говорил Фаддах: «…он часто покупал крепких парней и девушек».
Генерал знал Рипа, знал еще пять лет назад. Тогда все его воспоминания, это не о времени плена — это что-то, связанное с этим военным, что-то, что Рип или должен вспомнить, или навсегда забыть. И еще… была в их разговоре какая-то фраза, оброненная Гордоном, которая не давала покоя… про Сэма.
Но если генерал соврал тогда, то где гарантия, что и вес остальное не ложь. Его задания, убийство императора, Марико…
— Вы уже наговорились, — в комнату вошла Надя, заметив выражение лица мужа, она остановилась как вкопанная. — Все нормально?
— Скажи, — обратился к девушке Рип, — ты давно знаешь генерала Гордона?
Такой вопрос застал ее врасплох.
— Ну да, он часто приходил к нам, но что тут такого, он же твой начальник.
— А когда я вернулся из рабства, тогда генерал тоже приходил к нам?
— Я не знаю, — она пожала плечами, — мы поженились только через полгода, но после свадьбы вы уже были знакомы.
— А мои задания, о них ты — что-нибудь знаешь?
— Ты никогда не рассказывал мне, просто пропадал, затем возвращался, а почему ты спрашиваешь?
— Надя, — серьезно сказал Рип, — по-моему, нам угрожает опасность.
— Ты имеешь в виду тех, кто послал того робота?
— Нет, хотя… — Рип быстро вскочил с дивана.
— Ты куда, — испуганно ахнула жеьга, — тебе нельзя…
— Не время сейчас; — отмахнулся от нее Рип. Он побрел в свой кабинет к терминалу. Надя машинально последовала за ним. Усевшись за экран, Рип послал запрос в банк памяти.
— Альма, — удивилась Надя, — зачем тебе это?
— Сейчас узнаешь.
Появилось окошко ввода. Рип выбрал отдел «сведения о населении» и отпечатал имя: Сэмуэль Бруттаро. Экран запестрил данными на Сэма — дата рождения, адрес, ага, вот, состав семьи: Отец… Мать — Джессика Бруттаро в девичестве Гордон. Рип удовлетворенно откинулся на своем месте.
— Ничего не понимаю, — подала голос Надя, — к чему это?
— Девичья фамилия матери Сэма — Гордон.
— Ну.
— Она родная сестра генерала Гордона. Понимаешь? Сэм его племянник. Старый Дэнджмлл еще не совсем выжил из ума. Когда я был на Альме, он сказал, что у Сэма в столице высокопоставленный родственник, а сегодня во время разговора генерал назвал его неблагодарным сосунком. Мне это показалось странным; во-первых, так называют только знакомых людей, а во-вторых, раз он неблагодарный, значит он должен быть почему-то благодарен…
— И что с того, что они дядя и племянник?
— А то, это Сэм подослал негомца и потом пытался убить меня.
— Сэм?! — Жена была искренне удивлена. — Почему он это сделал?
— Я не хотел говорить, но рано или поздно ты все равно узнаешь — из-за тебя.
— Не может быть, я тут ни при чем.
— Он это совершил из любви к тебе, он вбил себе в голову, что если уберет меня, то у негообудет шанс.
— Сэм, — потрясение повторила Надя, — никогда бы не подумала, он всегда был такой…
— Рохля, — подсказал Рип.
— Ну да, бесхарактерный, слабый, и вдруг такое…
— Как бы то ни было, это сделал он, а учитывая родство с Гордоном…
— Дальше.
— Неужели ты не понимаешь. Они заодно. Я что-то знаю, и, пока не вспомнил это, оно скрыто в глубинах памяти. Что-то, чего генерал никак не хотел бы выносить наружу. Поэтому он выбрал удачную кандидатуру убийцы, и в случае чего всегда можно списать на ревность, тогда сам советник останется ни при чем.
— Рип, ты делаешь такие выводы только на основании того, что Сэм доводится племянником Гордону.
— Не только, — возразил Винклер, — ты еше не все знаешь. Генерал знал меня, знал задолго До того, как я появился на Адонисе.
— Откуда тебе это стало известно, ты что-то вспомнил?
— Нет, пока, к сожалению, нет, но по словам торговца, купившего меня на невольничьем рынке, он сделал это для человека высокого, широкоплечего, разговаривающего с акцентом Империй и самое главное — с V-образным шрамом на правом запястье. Сегодня я увидел точно такой шрам на руке у Гордона.
— Понятно, — Надя села, — как ты теперь намерен поступить?
— Пока не знаю. — Рип пожал плечами. — В любом случае нам здесь оставаться нельзя. В любую минуту может последовать новое нападение.
— Послушай, Рип, ты строишь все свои обвинения только на факте, что у генерала и у матери Сэма одинаковые фамилии и еше на словах какого-то полоумного старика. На Адонисе тысячи Гордонов, и сотни из них работают где-нибудь в правительстве. А шрам, имперский акдент, это, право, смешно. Мало ли чего мог наболтать тот купец. Может, он обманул, откуда такая уверенность? А насчет генерала, мне кажется, у него была масса куда более выгодных возможностей убить тебя, не прибегая к посторонней помощи, тем более такого человека, как Сэм.
Рип подумал:
— Может, ты и права, пока мало фактов, но я их раздобуду, обязательно раздобуду, и тогда, если это генерал Гордон, пусть бережется…
Весь вечер Рип мучился. Надя, понимая состояние мужа, старалась его не трогать. На первый взгляд все выглядело так, как он сказал, но некоторые детали не состыковывались, и в конце концов он мог просто ошибаться. Обвинить человека только потому, что у него шрам на руке и фамилия Гордон. Нет, здесь такими вещами ничего не добьешься, необходимо найти кое-что посерьезнее.
Когда они легли спать, Рип долго ворочался, пока в голову не пришла одна мысль: «Марико и другие пленники, Гордон сказал, их отпустили». Но как раз это и было легко проверить.
Тихо, чтобы не разбудить жену, Рип поднялся с постели и, не одеваясь, пошел к видеофону. Вывел на экране Хонс. Из всех известных номеров больше всего хотелось набрать телефон принцессы. Было бы достаточно просто увидеть ее… Пальцы отщелкали другие цифры…