Страница 67 из 229
- Ну а ты? Ты способен отказаться от всего, чтобы быть с ней? Отказаться от мести за Доминику? Сможешь жить, не замечая всего того зла, что существует вокруг нас? У тебя получится перестать бороться?
- Я хочу жить, старик. Почему-то сейчас мне впервые захотелось отказаться от своей цели проживать годы в постоянных сражениях и бойнях. Как же мне надоел весь этот эфемерный долг перед королём, страной, церковью, Богом. Вернуться бы в своё поместье и проводить в тишине и спокойствии каждый день своей жизни! – задумался рыцарь, устало потирая глаза, но уже через секунду добавил добродушно улыбаясь. - Да ну, что-то я совсем раскис. Такая жизнь больше мне не предвидится. К тому же я уже никак не могу оставить тебя, старик.
- Переживаешь о том, каково мне будет без тебя?
- Переживаю, каково будет тому, кто придёт на моё место. У вас на службе бедного протектора ожидает крайне незавидная участь.
- Верно говоришь! - весело засмеявшись, Хавьер взглянул на сидящего перед ним мужчину.
Мужчину, который, как никто другой, заслужил своё право на по-настоящему счастливую жизнь рядом с любимой женщиной. Но который не желает давать ни себе, ни Марии пустых надежд на лучшее. А потому просто-напросто убивает в себе все те чувства, что уже успели зародиться к ней.
- Что ж, в таком случае тебе придётся быть моим хранителем до тех пор, пока Господь не приберёт меня к своим рукам.
- Именно, - кивнул рыцарь, выбивая пальцем по деревянному столу.
- Что-то наших компаньонов долго нет. Пойди-ка позови их.
Поднявшись, Франциско неспешно направился к двери, через которую несколько минут назад Михаэль выволок Марию. Звонкий шлепок, словно гром среди ясного неба, эхом раздался в главном зале, ошеломляя рыцаря. Рука Марии замерла в воздухе, а на прежде нежном лице читался неописуемый гнев и ярость. Взвинченная и разъярённая, она создавала невероятную картину, напоминая взбешенную цыганку, что готова тотчас уничтожить своего обидчика, испепелив одним только взглядом.