Страница 24 из 229
Демон, заставляющий всю остальную нежить дрожать от ужаса, принадлежит лишь ей. Почему-то он выбрал именно её. И как же всё-таки замечательно, что именно Михаэль стал тем, кто заключил с ней контракт. Сейчас Мария даже представить себе не могла, что бы было, если бы вместо него к ней пришел другой демон.
Какой бы она стала? Возможно, одной из тех ведьм, на которых сейчас охотится. Или же простой игрушкой - сосудом для вместилища их плоти. Какой же глупой и бездумной она была, заключая контракт, даже и не подозревая обо всех их тонкостях.
- Тебя послушаешь, и даже жутко становится, – проговорил Франциско, отвлекая её от своих мыслей. – Словно от демонов и впрямь невозможно избавиться.
- Возможно, - кинул на него косой взгляд Михаэль, - вот только для этого необходимо слишком много сил, и порой нечеловеческих сил. Далеко не каждый способен им противостоять. Экзорцисты - одни из тех, кому это хоть как-то по плечу, но опять же далеко не всем. Быть просто священником недостаточно. Именно поэтому вы странствуете с сэром Франциско. Не так ли, Хавьер?
- Какой же ты наблюдательный, мальчик. Знаешь, о чём говоришь.
Этот разговор, как показалось Марии и рыцарю, создал между Михаэлем и Хавьером, накалив атмосферу, словно между злейшими врагами. Одаривая друг друга неоднозначными ухмылками, монах и её фамильяр продолжали пересматриваться, прекрасно понимая, что им предстоит по-настоящему интригующая игра. Игра, которую не способен постичь никто, кроме них одних.
- Думаю, нам стоит остановиться в Анжервиле и как следует пообедать, - взглянул перед собой Михаэль, натягивая поводья.
- Хорошая мысль. Яблоки пусть и хороши, но от полноценного обеда или даже ужина, – согласился Хавьер, не замечая, как постепенно начинает поддаваться влиянию своего собеседника, – я не откажусь.
- А ведь чревоугодие - один из семи грехов, - многозначительно приподнял брови демон, даже и не пытаясь скрыть насмешки.
- Ну почему бы не насладиться вкусной и сытной едой, пока на это ещё есть возможность. Я ведь такой же человек, как и вы.
- Нет. Не такой.
- Мой сан ещё не делает из меня особенного. Если меня ранят, то все увидят кровь, такую же, как и у любого человека. Если огорчат – расплачусь, а рассмешат – рассмеюсь. Так же, как и вы, Михаэль. Верно?
- Не могу с этим согласиться, – закрыв глаза, демон немного запрокинул голову. – Вы куда ближе к Богу, нежели я. Даже если и понятия не имеете о том, каков Он.
- А ты имеешь?
- Ну что вы, - пожал плечами, забавляясь их разговором, - нет, конечно, ведь я не такой, как вы.
- Неверно говоришь. Господь живёт в каждом из нас. Он – это вера в лучшее, мечта, заставляющая стремиться вперёд, доброта, позволяющая тебе радоваться совершённому, любовь, дающая нам жизнь. Господь – это свет и тепло, что живёт в сердце каждого. Он живёт и в тебе. Вот только в образе совсем иного создания. Прекрасного цветка, что заставляет тебя жить и наслаждаться тем, чем Тот тебя одаривает, чем озаряет твою душу и весь твой мир.
- Ерунду какую-то городите, - отметил Михаэль с лёгким придыханием. - Господь – единая сущность. Люди похожи на него, вот только Он - нечто иное. Совершенное создание во всех существующих мирах. Никто, кроме ангелов и демонов, не способен находиться подле него, ведь обречён на безумие и смерть. Разум простого человека не в состоянии понять Его. Поэтому то, о чём вы говорите – куда скорее напоминает выдранные из птицы перья.
- Несмотря на то, кем вы хотите показаться, - заключил Хавьер, потирая переносицу, - являетесь довольно набожным человеком. Подобные знания – редкость. Должно быть, Библия была перечитана вами не единожды.
Не желая продолжать столь неприятную тему, Михаэль решил перевести его на то единственное, что способно привлечь внимание монаха гораздо сильней, чем вера.
- Думаю, как только доберёмся до Анжервиля, следует забрести в таверну и заказать зажаренного гуся вместе со свежими овощами, сыром и вином. А затем немного отдохнуть.
- Верно, такого сочного и ароматного! Со свежевыпеченным хлебом, - блаженно закатил глаза, практически ощущая у себя на языке каждый оттенок вкуса. - А запивать мы его будем пряным вином.
- Вот только если продолжим в таком же темпе, то нам останется только мечтать об этом, вместо того чтобы как следует насладиться.