Страница 57 из 68
Друзья нехотя перекидывались в картишки. Молодёжь давно разошлась парочками по комнатам, но кто-то же должен был контролировать эту гулянку. Были, конечно, и слуги, но мало ли что...
- Я, как увидел, что у тебя глаза кровью начали наливаться, решил, что кранты пришли к котёнку! А зачем праздник портить?
- Ты прав. И не доказал бы ничего, да ещё кучу проблем мог бы заиметь. Если уж в наше время дураков хватало, а тут видишь как: "По праву рождения". И ведь не поспоришь.
- Поэтому и нечего бисер перед свиньями метать. Другие два пацанёнка вроде ничего, а этот с гонором попался. Жизнь, видать, ещё не била.
- Бывает такой гонор, что: "горбатого только могила исправит". И что Иван в нём нашёл?
- Да он, похоже, сам пожалел, что пригласил этого шляхтича в гости. Конечно, гонор - это хорошо, но только, как приложение к уму.
В этот момент в одной из комнат раздались громкие женские стоны.
- Эх! - воскликнул Лапин, - где мои семнадцать лет? Ни забот, ни хлопот и по барабану все проблемы.
- А ты чего для себя красотку не подобрал? Сейчас бы тоже развлекался...
- Вот не поверишь, Игнат, мне моей Танюшки вполне хватает. Конечно, когда слишком долго без неё, то накопившиеся пары скидываю с какой-нибудь девицей, но только лишь. А с ней реально, хорошо так и уютно. Я удивляюсь Казанцеву и Агееву. Были бы у меня такие взбалмошные жёны, то давно бы прибил нафиг. А этим нравится.
- Любовь.
- Ага, любовь... Только ты один у нас в холостяках ходишь.
- Молодой ещё, рано мне, - и друзья весело рассмеялись.
* * *
Утром все девицы ушли, а молодые люди очухались только ближе к обеду и снова собрались в столовой комнате. Вид у них был не очень. Алкогольные токсины давали о себе знать. В столовую зашёл Игнат.
- Что, сидите, грустите? - строгим голосом заговорил Кощеев. - И правильно делаете. Девицы-то ваши вчерашние все в церковь к батюшке пошли, венчаться хотят. А после того, что вы ночью с ними сделали, остаётся вам только одно - идти под венец.
- Да, ты что такое говоришь, Игнат? - изумился Иван.
- А ты как хотел? Девку обесчестил и в кусты? Ишь, какой шустрый! Садись, пиши отцу письмо, проси благословения.
Сидевшие рядом юноши удивлённо смотрели то на Игната, то на Ивана. Кощеев достал несколько листочков бумаги, разложил перед всеми, поставил чернильницу и раздал перьевые ручки.
- Это всех касается. Берите ручки. Я буду диктовать, а вы пишите.
- Игнат, а может не надо? - как-то жалобно попросил Иван.
- Надо, надо. Пишем...
Все непроизвольно взяли ручки и приготовились писать.
- Я, такой-то, такой-то, имел дерзость в ночь с 1-ое на 2-ое мая 1787 года... Все пишите? - грозно оглядел юношей Игнат.
Гардемарины синхронно кивнули.
- Так... 1787 года от Рождества Христова поиметь девицу... Каждый пишет имя своей девицы.
- А я не помню, - подал кто-то голос.
- Твою звали Раком-Да, - тут же сказал Кощеев. - Имя пишется через чёрточку после второго слога. Так, поиметь девицу Раком-Ду... Пишúте, как вы имели своих девиц...
Юноши напряжённо пытались что-то вспомнить и перенести это на бумагу.
- Что за бодяга здесь происходит? - спросил Лапин, войдя в столовую.
- Вот, ребята пишут сочинение.
- Какое на хрен сочинение, Игнат?
- Тема сочинения: "Как я провёл свою ночь".
Лапин подошёл к одному из гардемаринов, взял листочек, лежащий возле него, и прочитал...
... Так весело Иван Андреевич Лапин давно не смеялся. Вытирая ладонью слёзы, которые от смеха выступили у него на глазах, он повторял:
- Имел дерзость поиметь девицу Раком-Ду, как кобель дерёт сучку.
Игнат же куда-то пропал из помещения. А слуги начали заносить обед.
- Дядя Иван, а что, Игнат снова, как ты выражаешься, развёл нас, словно лохов? - спросил Ваня Казанцев.
- Нее, не как лохов. Как слепых котят. А вы все купились. Четыре здоровых лба и так подставиться!
- Если бы он бы дворянином, то я вызвал бы его на дуэль! - произнёс шляхтич, сверкая глазами. Он уже понял, что над ним жестоко посмеялись.
- И убил бы его, да? - насмешливо произнёс Лапин.
- Да! - гордо заявил тот.
- А чего же ты своих учителей, которые учили тебя в кадетской школе, не убьёшь? Они тоже смеялись над вами и среди них как раз есть дворяне.
- Но это же мои учителя! - удивился шляхтич.
- Они тебе не враги?
- Нет.
- А Игнат, значит, враг?
- Да, враг!
- За то, что преподал вам урок, он стал врагом? - голос Ивана стал наливаться свинцовой тяжестью.
- Какой он нам преподал урок? - непонимающе посмотрел на Лапина обиженный гардемарин.
- А ты подумай, а то видать плохо вас учителя учили, - с этими словами Лапин вышел из столовой.
- Тадеуш, - обратился к шляхтичу Иван, когда за Лапиным закрылась дверь, - эти люди когда-то спасли моего отца, на которого напал отряд казаков служивших Пугачёву. Они воспитывали и учили меня всему с самого детства. Каждый из них может, не моргнув глазом десяток таких, как мы с тобой раскидать, хоть оружных, хоть безоружных. Поэтому, прошу тебя, не нужно оскорблять их.
- Они посмеялись надо мной! - ответил надменно гардемарин.
- А почему ты говоришь только о себе? Нас здесь четверо и все оказались в одинаковом положении.
- Если бы это были мои слуги, я бы их высек!
- Это не слуги, это свободные люди и служат мне по велению своего сердца. У тебя, Тадеуш, никогда не будет таких верных людей, - выпалил Иван, которого огорчили слова шляхтича.
- Они служат из-за денег! Потому, что твой отец богат!
- Этот дом построил Иван Андреевич Лапин на свои деньги и подарил его мне. А Игнат, сколько я себя помню, вообще никогда не просил денег у моих родителей, но всегда им верно служил.
- И за что это тебе такие почести? И дом дарят и служат бесплатно?
- Тадеуш, так ты просто завидуешь? - вдруг понял Иван.
Ребята уже давно не ели, а слушали перепалку двух своих друзей.
- Ещё чего! Тадеуши никогда никому не завидовали, - с этими словами юноша встал и сделал всем поклон, - честь имею, господа.
Гардемарины остались в столовой втроём, кушать уже никто не хотел.
- Иван, - сказал один из них, - если честно, то так весело меня ещё никто не разыгрывал. А на Тадеуша не обращай внимания. Сколько его помню, он всегда жаловался на нехватку денег.
- Гриша, но ведь и ты не можешь похвалиться богатствами, однако деньги не выжигают завистью твой разум.
- А мы с Артёмом, - Григорий обнял сидящего рядом товарища, - дружбу на деньги не пересчитываем. Мой отец был военным и всегда учил, что верность и честь - это самое ценное, что есть у мужчины.
- Неужели девицу, с которой я провёл ночь, звали Раком-Да? - отозвался Артём и столовую снова заполнил громкий смех.
БУДНИ.
Лапин и Кощеев находились в особняке, который принадлежал корпорации, и вели разговор с Рустамом.
- Ты в курсе, что мы вчера для Ивана Казанцева устроили небольшую вечеринку? - спросил Иван.
- Да, мне доложили.
- Значит в доме, который я подарил своему тёзке, прислуга надёжная?