Страница 74 из 125
Мертвенное лицо иерарха озарилось ужасной гримасой. Глаза его блеснули, а в уголках рта выступила пена.
Ургиту, казалось, стало нехорошо. Он с усилием выговорил:
- Похоже, гролимы склонны к несколько более экзотическим развлечениям, нежели простые смертные.
- Не в этом дело, Ургит. Единственный смысл власти - сокрушать недругов. Как это приятно - сперва стащить их с высокого пьедестала, а затей уничтожить. Неужели ты не хочешь присутствовать при том, как могучий Каль Закет будет умирать с ножом дагаша в груди?
- Да нет, мне что-то не хочется. Я готов убрать его с дороги, но наблюдать за этим - увольте.
- В таком случае ты все еще не вкусил власти. Возможно, этот момент настанет для тебя, когда мы оба будем стоять подле Ктраг-Сардиуса, наблюдая за возрождением бога Тьмы и окончательным триумфом Дитя Тьмы.
На лице Ургита появилась гримаса.
- Не пытайся уйти от судьбы, Ургит, - звучал гулкий голос Агахака. - Предсказано, что король Ангарака будет присутствовать при последней битве. И этим королем будешь ты - это столь же очевидно, как и то, что именно я принесу кровавую жертву и стану первым апостолом возрожденного бога. Мы с тобою прочно связаны узами судьбы. Тебе предначертано властвовать над королями Ангарака, а мне - встать во главе церкви.
Ургит обреченно вздохнул.
- Как скажешь, Агахак, - с самым разнесчастным видом сказал он. - Но тем не менее нам придется решить еще несколько проблем.
- Они меня мало касаются, - объявил иерарх.
- Да, но они касаются меня! - с необычной для него горячностью воскликнул Ургит. - Сперва нам придется справиться с Закетом, а потом - отделаться от Гетеля и Дросты, просто так, для пущей безопасности. Если уж я стремлюсь завладеть троном, то мне будет куда спокойнее, останься я единственным претендентом. Твои проблемы, однако, несколько серьезнее, Урвон и Зандрамас - весьма сильные противники.
- Урвон слабоумный старикашка, а Зандрамас всего-навсего женщина.
- Агахак, но ведь Польгара тоже всего-навсего женщина. Хотел бы ты столкнуться с нею лицом к лицу? Нет, великий иерарх, полагаю, что на самом деле Урвон вовсе не столь слабоумен, как тебе представляется, а Зандрамас куда более опасна, чем тебе хочется думать! Ведь ей удалось при помощи чар похитить сына Бельгариона, а это было делом весьма непростым. К тому же ей удалось незамеченной проскользнуть прямо под носом у тебя и прочих иерархов. Так давай не станем сбрасывать этого со счетов!
- Мне известно, где сейчас Зандрамас, - с ледяной усмешкой ответил Агахак, - и в нужный момент я сам вырву из ее рук сына Бельгариона. Предсказано, что ты, я и дитя, предназначенное в жертву, должны предстать перед Сардионом в урочный час. Там я совершу жертвоприношение, а ты будешь наблюдать за ритуалом - и оба мы станем великими! Так гласит древнее предсказание. Так написано в книгах.
- Многое зависит от того, как читать эти книги, - мрачно обронил Ургит.
Гарион бесшумно встал рядом с Сенедрой. Когда до нее дошел ужасный смысл слов иерарха, кровь медленно отхлынула от ее лица.
- Этого не может произойти, - тихо, но твердо сказал ей Гарион. - Никто не сделает ничего подобного с нашим ребенком.
- Ты знал, - с упреком прошептала она.
- Дедушка и я обнаружили это, когда прочли предсказания гролимов в библиотеке храма.
- О, Гарион! - Сенедра закусила губу, с трудом сдерживая слезы.
- Не беспокойся, ведь там же черным по белому написано, что в битве при Хтол-Мишраке победит Торак. Но этого не произошло, а значит, и на сей раз пророчества лгут.
- Но что, если...
- Никаких "если"! - властно прервал Сенедру Гарион. - Этого не произойдет.
После ухода иерарха настроение короля Ургита в очередной раз резко переменилось. Он сгорбился в кресле, предавшись невеселым размышлениям.
- Наверное, вашему величеству сейчас необходимо побыть одному, - робко предположил Сади.
- Нет, Сади, - вздохнул Ургит. - Никакие треволнения не должны помешать исполнению нашего плана. - Он тряхнул головой, словно гоня прочь навязчивые тревоги. - Почему бы тебе не рассказать о том самом маленьком недоразумении, в. результате которого ты впал в немилость королевы Салмиссры? Обожаю истории об обмане и предательствах.
И вот, когда Сади уже заканчивал повествование о причинах его падения, в комнату снова вошел сенешаль.
- Депеша от коменданта Хтаки, ваше величество.
- Чего ему на этот раз надо? - скорбно пробормотал Ургит.
- Он сообщает, что маллорейцы намерены предпринять на юге крупные военные действия. Рэк-Горут осажден и неизбежно падет самое большее через неделю.
- Но ведь на дворе почти осень! - воскликнул Ургит, вскакивая на ноги. - Они затеяли войну, когда лето уже на исходе?
- Увы, это так, - ответил Оскатат. - Полагаю, Каль Закет хочет напасть на тебя внезапно. Когда падет Рэк-Горут, то последнее препятствие между его войсками и Рэк-Хтакой будет сокрушено.
- А тамошний гарнизон чисто символический, не так ли?
- Боюсь, что вы правы, король Ургит. Рэк-Хтака тоже падет, и тогда Каль Закет выиграет время, получив возможность в течение всей зимы готовить бросок на юг.
С проклятиями Ургит бросился к карте, висевшей на стене.
- Сколько войск у нас в Моркте? - Он ткнул в карту пальцем.
- Несколько тысяч человек, ваше величество. Но к тому времени, как до них доберется нарочный с приказом выступать на юг, маллорейцы будут уже на полпути к Рэк-Хтаке.
Ургит уставился на карту и вдруг изо всех сил ударил по ней кулаком.
- Он снова обскакал меня! - взревел король, затем доплелся до кресла и мешком упал в него.
- Полагаю, лучше доложить Крадаку, - сказал Оскатат. - Генералитет должен быть в курсе событий.
- Делай то, что считаешь нужным, Оскатат, - лишенным эмоций голосом ответил Ургит.
Когда сенешаль скрылся за дверью, Гарион подошел к карте. Кинув на нее лишь беглый взгляд, он тотчас же увидел решение всех проблем Ургита, но рта раскрывать не спешил. Он не хотел ввязываться в это дело, и тому было немало веских причин. Самая важная, разумеется, состояла в том, что если бы Гарион предложил королю мургов свою помощь, то взял бы на себя определенные обязательства, а он никоим образом не хотел связывать себя с этим человеком.