Страница 53 из 68
- Я попробую, несите.
Анфиса вышла в сени и минут пять ее не было. Саша между тем проверил диагностом состояние здоровья Анфисы и ее детей. Слава богу, все были здоровы. Ни у кого никаких отклонений. Если не считать у хозяйки несколько плохо залеченных зубов. Саша приготовил заклинание исцеления зубов и, когда, наконец, Анфиса вернулась, держа радиоприемник в руках, Саша сразу же активировал его.
Анфиса пошла заниматься детьми и баней, а Саша переключился на радиоприемник. Достал заднюю стенку, вся внутренность радиоприемника была покрыта толстым слоем пыли. Саша запустил заклинание очистки с устранением пыли и грязи в специальный отсек пространственного кармана.
Заодно Саша, воспользовавшись отсутствием хозяйки и детей, почистил дом. Крупный мусор свалил около умывальника и параши, стоявшей под умывальником. Обрывки ткани, каких-то веревок, листов бумаги и осколков посуды. Взял свое рабочее ведро и сгреб весь мусор туда. Подумав, выставил его в сени, поставив около выходной двери.
Потом открыл портал на свое прежнее жилище на чердаке и забрав свои вещи вернулся обратно. Один тулуп прихватил с собой, другой оставил на чердаке.
Минут через сорок Анфиса принесла детей. Глядя на нее, с трудом несущую обоих мальцов, Саша подумал, что, если он добавит женщине сил, то это ей никак не помешает. После чего активировал ей заклинание повышения физических возможностей. Затем, Саша подумал:
- Умных людей много не бывает, - и активировал заклинания улучшения памяти вместе с заклинанием повышения интеллекта.
- Надо попробовать работать пакетами заклинаний. Вот, например, пакет номер один, содержит в себе три заклинания, повышение физических кондиций, он, кстати, и зубы лечит, как диагност показывает, далее, улучшения памяти и повышения интеллекта. Необязательно, чтобы они работали одновременно. Пусть работают последовательно, здоровье, память, интеллект. Вот в таком порядке.
Тем временем, Анфиса уложила детей и обратилась к Саше:
- Бери полотенце, чистое белье и иди за мной. Я тебе все покажу и расскажу, что, где, как и когда. Ты за вещами сходил? Вот и молодец.
Она повернулась и вышла из дома во двор. На улице смеркалось. Дождавшись Саши, она повела его по двору, показывая свое хозяйство и рассказывая, где у нее дрова лежат, где курицы ночуют, где огород, где помойная яма, где туалет. Затем они вышли в огород, и Анфиса повела Сашу вдоль забора. Дорожка до бани, которая была метрах в двадцати от дома, была покрыта досками
- Иди за мной, - она открыла дверь и зашла в предбанник, в котором слева от входа стояла низкая широкая лавка во всю его длину. Над лавкой были прибиты гвозди, на которые можно было подвесить одежду. Предбанник был сделан из досок и бруса пристроем к срубу бани. На правой наружной стенке впритык к углу висела полочка. На ней лежало пару кусков разного мыла.
- Вот это мыло, видишь оно розовое – им можно голову мыть, волосы будут приятно пахнуть, а этим мылом можно мыть остальные части тела. - Анфиса хихикнула, - оно так и называется, мыло банное. Теперь раздевайся, я покажу тебе, как можно пару поддать, где горячая вода, где холодная. Короче все тебе покажу. Ну, раздевайся, что ты стоишь. Никак стесняешься? А еще медик будущий.
Она сняла ватник, в котором была и осталась во фланелевом халате, туго обтягивающим ее грудь и все остальное.
Саша начал раздеваться. Начал с туфель. Резиновые сапоги он оставил в сенях дома. Снял носки. Затем спортивный костюм, в который он переоделся, когда Анфиса детей мыла. Остался в семейных трусах. Ничего другого из нижнего белья у него не было. Он посмотрел на Анфису. Та смотрела на него, не отрывая от него глаз. Она глубоко дышала, на лице застыла гримаса. Похоже, что она теряла над собой контроль. Тот взрослый мужчина, который был в сознании юного Сашиного тела, вдруг напомнил о себе.
- Не мучай женщину, Саша, и не будь придурком. Ты, ведь видишь, чего она хочет, и она готова.
Саша решительно расстался с последним предметом своего туалета и сказал:
- Я готов, Анфиса.
Голос его подвел, и Саша сказал это с неожиданной для себя хрипотцой. Анфиса вздрогнула всем телом, отходя от оцепенения, в котором пребывала и, потянув за поясок, повела плечами скидывая халат на пол. Под халатом одежды не было. Затем, замерев на минуту, давая Саше рассмотреть себя под светом тусклой электрической лампочки, свисавшей с потолка, она повернулась к нему спиной и, открыв дверь в моечное отделение, шагнула в его горячее нутро. Саша шагнул следом.
Баня оказалась неожиданно большой. Сразу налево от входа была печь, на плите стоял бак с горячей водой, справа от входа на полу была алюминиевая фляга с холодной водой на 40 литров и полная на три четверти. Над флягой на гвоздике висел ковшик с дырочкой на конце ручки. Дальше по правой стороне в срубе бани было маленькое окошко, на подоконнике которого в глубокой плошке горела толстая свеча, дающая тусклый свет, которого, впрочем, было вполне достаточно, чтобы помыться. С левой стороны, за печкой в метре от нее были полки, во всю ширину бани, от стенки до стенки, чуть меньше двух метров длиной.
Полки были на трех уровнях, каждая из которых была шириной сантиметров 60, а самая верхняя – с метр или чуть меньше. На нижней полке стояли на боку, прислонившись к наружной стенке два круглых тазика из оцинкованной жести с ручками.
Все это мгновенно, как фотовспышкой было запечатлено в Сашиной памяти. Анфиса стояла перед окошком, подсвеченная горящей свечой, обернувшись лицом к нему. Ее волосы уже были распущены и покрывали плечи, немного не доставая до набухших сосков.
Саша шагнул вперед и время для них остановилось.
Когда они вернулись домой, дети спали, и Саша предложил перекусить что-нибудь. У него в пространственном хранилище был кулинарный отсек, в котором Саша сделал небольшой запас продуктов. Он сделал вид, что достает из сумки круг чайной колбасы и полкаравая хлеба. Колбасу умяли всю, запив теплым жиденьким чайком.
Затем легли спать. Время было около одиннадцати. Часа через три Сашу разбудили и заставили опять трудится. Впрочем, на сей раз ему делать ничего не пришлось. Анфиса все сделала сама. А Саша, можно сказать и не просыпался. На утре, сбегав на ведерко они еще раз любили друг друга и затем спали почти до девяти утра.
Сашу разбудили дети. Маленькая, Анютка, хныкала, описавшись в постель. Старший, Антошка, сидел на горшке и ругал Анютку.
Анфиса спала, держа Сашу в своих объятиях. Саше это нисколько не мешало, и он приступил к работе. Сначала он проверил заклинанием диагностики Анютку и обнаружил, незамеченную им вчера болезнь – энурез. Целители Джехэйна успешно исцеляли это заболевание применяя заклинание исцеления 2-го уровня. Эта болезнь вызывалась не одной причиной, а была результатом неправильного взаимодействия многих структур человеческого организма. Это был серьезный сбой почти всех его систем. Причем здесь речь шла именно о взаимодействии разных систем друг с другом. При этом, каждая из них по отдельности могла быть абсолютно здоровой и не вызывать никаких нареканий. Поэтому лечение состояло в отладке взаимодействия и требовала комплексного решения.
Саша повесил на Анюту метку, открыл по нему портальный канал и запустил через него активированное заклинание, запитав его от своего накопителя. Заклинание будет работать сутки, поэтому он запитал заклинание через портал, чтобы не сидеть весь день возле Анюты.
Затем он также тщательно проверил Антошку. Там было все в порядке. Анфиса неожиданно открыла глаза и внимательно вгляделась в него.
- Спасибо тебе, Сашенька. Ты вернул меня к жизни, а то я уже крест на себе поставила. Теперь я знаю, что мне надо делать. Я поняла, как мне надо жить дальше.
- Нет, уж, милая. В этом не я виноват. Ты подспудно давно была готова изменить свою жизнь. Я просто подтолкнул тебя чуток, наверное.