Страница 34 из 68
Саша очнулся от того, что его трясла за плечо учительница немецкого языка.
- Саша, что с тобой?
Он посмотрел на нее, учительница выглядела испуганной.
- Извините, Маргарита Павловна, я просто задумался.
Саша подошел к двери кабинета и открыл ее, галантно пропуская учительницу впереди себя.
- Нет, Саша, заходи первый и беги на свое место, - сказала Маргарита Павловна. – Господи, как ты меня напугал.
Саша подумал, что поток сознания, контролирующий реальный мир нужно тоже научиться разделять как минимум на два, каждый из которых выполнял бы свою работу, независимо друг от друга. И тут же понял, как это сделать на постоянной основе. Далее Саша не вызывал у учительницы никаких подозрений в своей неадекватности, активно работал, отвечал на вопросы и даже подсказывал товарищам.
И одновременно, Саша внимательно исследовал отделение, предназначенное для хранения накопителей. Оно было небольшим по объему, но содержало в себе около сотни разных украшений. Там были перстни, браслеты, кулоны, цепочки, ножные браслеты, диадемы и даже две короны – одна женская, другая мужская. Обе они были усыпаны бриллиантами и другими драгоценными камнями. Но самое интересное заключалось в том, что все камни были заряжены. Саша не мог прикинуть количество содержащейся в хранилище магической энергии. Возможно оно было чудовищно большим и при неосторожном обращении с ним могло вырваться наружу, натворив немало бед.
Вскоре Саша выяснил, что было и хранилище драгоценностей, в которых не было энергии. Отдельно была большая шкатулка с обычными накопителями из кварца, каждый из которых мог хранить 100 – 150 единиц маны. Таких накопителей было около тысячи. Здесь же, Саша нашел поясок с нашитыми кармашками под накопители. Около тридцати накопителей в таком пояске под одеждой, и никто их не видит. Как минимум 3000 единиц энергии всегда в его распоряжении. С другой стороны, такое же количество энергии и даже больше мог хранить кулон с крупным камнем на цепочке. Одеваешь на шею и прячешь под одеждой. Зато, если такой кулон кто-нибудь обнаружит, то, во-первых, отберут, во-вторых, замучают вопросами, где взял.
Саша, помня, как погиб Жерар, решил носить с собой емкий накопитель из драгоценного камня, который он превратит в артефакт высшей защиты. Тот медальон с накопителем большой емкости для этой цели не годится. Он хорош именно как накопитель. А артефакт защиты должен хранить в себе плетение заклинания. А плетения лучше хранят драгоценные камни, поэтому артефакты делают именно из драгоценных камней.
По мере учебы, он будет менять в этом артефакте защитные заклинания, а пока поставит те, что уже освоил. Одного камня для этой цели вполне достаточно.
В перерыв Саша зашел в кабинку туалета и достал из пространственного кармана присмотренный кулон. Нацепил его на шею и просунул под рубашку. Итак, эта его проблема была решена.
Теперь он озадачился тем, как он будет завтра лечить Лизу Князеву. А то, что он будет ее лечить, он даже не сомневался. Вечер он проведет вместе с ней. Но это максимум два-три часа, а если заклинание потребует большего времени, то как он будет его подпитывать на расстоянии? Значит, нужно в квартире оставить накопитель. Тогда, как он его заберет обратно?
- Да, болезнь никого красит, - думал Саша, глядя на Лизу Князеву. Это была некрасивая девочка, с худыми недоразвитыми руками и непропорционально большими кистями с широкими ладонями и короткими пальцами. Шея была короткой и толстой. Лицо тоже было круглым, одутловатым, с какими-то грязными на вид красновато-коричневыми пятнами. Только глаза ее привлекали внимание. В них светился ум и интеллект.
Саша сходу запустил заклинание исцеления и запитал его от своего большого накопителя. Вчера он долго и мучительно искал способ передачи энергии на расстояние, пока его подсознание опять не отыскало ответ в недрах памяти Жерара. Нужно было на ауру пациента навесить метку и открыть с ее помощью пространственный канал, соединяющий накопитель с аурой пациента. Это делалось с помощью заклинания из раздела пространственной магии. Саша подвесил на ауру Лизы свою метку. Затем он открыл канал и направил по нему энергию из своего накопителя. Этому тоже вчера пришлось учиться.
Заклинание теперь тянуло необходимую ему энергию из накопителя через пространственный канал и фактор расстояния от целителя до пациента не играл никакой роли. По крайней мере, если целитель и пациент находились на одной планете и в одном временном потоке.
- Ну, вот и все, - сказал себе Саша, – как говаривал в будущем один деятель: «процесс пошел».
Впрочем, Саша очень надеялся, что в этой реальности, этот деятель останется бригадиром механизаторов в Ставрополе и никогда не станет руководителем их страны.
Вчера Саша тренировался в открытии пространственного канала по метке на своих родителях и соседке.
Сегодня он поставил метку не только на Лизу, но и на ее родителей.
Когда их знакомили, Саша смотрел Лизе прямо в глаза и приветливо улыбался. Она первая протянула ему руку, и он ее осторожно пожал. После чего, Лиза сказала:
- Мне о тебе рассказывали. По городу про тебя ходят слухи, в которые трудно поверить.
Ее голос был низким, оставаясь в то же время женским, и уж никак не девичьим.
- И не верь, потому что врут на 99%. Скоро сама в этом убедишься.
- Как?
- Что как?
- Как я смогу в этом убедиться? Для того, чтобы узнать человека нужно время. А мы с тобой только познакомились. Так что скоро вряд ли получится.
- Не буду спорить. Скоро сама все узнаешь.
У Князевых была большая квартира с большой гостиной залой, где спокойно разместились все гости. Кроме Смирновых были приглашены все Лизины учителя и две девчонки близняшки, жившие по соседству. Они подружились на почве приготовлении уроков. Лиза была умной и успешной ученицей. Голова у нее работала очень хорошо. Девчонки быстро поняли, как можно использовать такое соседство на свое благо. А Лизе было скучно одной, поэтому она с удовольствием им помогала.
Еще вчера, Сашин отец рассказал ему все, что он узнал о Лизе на работе. Профком НИИ истории, языка и литературы шефствовал над девочкой. Ее часто навещали, в основном женщины, рассказывали ей институтские новости, городские сплетни и прочее. Развлекали Лизу как могли. Раз в месяц Лизу навещал ее лечащий врач. Слушал ее, мерял давление и считал пульс. Как-то раз он проговорился женщинам из профкома, что болезнь у Лизы неизлечима и с такой болезнью часто не доживают до совершеннолетия. Женщины Лизу жалели и баловали ее, часто принося чего-нибудь вкусненькое, приготовленное дома. С утра к Лизе приходила домработница, тетя Клава. Она помогала Лизе с ее утренним туалетом, одевала ее, переносила ее с кровати в ванную и туалет, затем обратно. Наконец, усадив Лизу в кресло, причесывала ее. Все это время они общались. Затем Клавдия кормила Лизу завтраком и уходила на кухню готовить обед. После завтрака приходили учителя. И Лиза была плотно занята. Четыре – пять уроков ежедневно, с 15-тиминутным перерывом между ними и одним 45-тиминутным, после третьего урока.
После школьных занятий посильные физические упражнения или лечебные процедуры. В хорошую погоду Лизу выносили на балкон, на свежий воздух. Затем обед и часовой отдых.
Вечерами Лиза занималась самостоятельно по школьным учебникам, выполняла домашние задания, читала художественную литературу, рисовала. Пробовала петь, но голоса у нее не было, как и музыкального слуха. Летом ее вывозили на дачу, где она жила, со средины мая до середины сентября. Вот так и жила.
Тем временем застолье продолжалось. Лизе дарили подарки, желали ей здоровья и пятерок в учебе. Родители подарили Лизе большой кляссер с марками и лупу, чтобы эти марки рассматривать и изучать. Соседские близняшки подарили ей набор разноцветных фломастеров. Жуткий дефицит, между прочим. Смирновы подарили Лизе большой альбом с репродукциями художников, который, кстати, стоил сумасшедших денег, что-то около 300 рублей.