Страница 7 из 22
- Глядя на людей, которые меня здесь окружают, думаю, что нет.
- Вот видишь, Иван. Но существует другая опасность.
- Какая?
- Есть люди, которые сами обучаться не желают, но желают использовать обученных людей в своих корыстных целях. Возьмём Игната. Он знает фокусы. А представь, что найдётся жадный и властный человек, который заставит его использовать фокусы ради своего обогащения.
- Как же его можно заставить? - мальчик с улыбкой посмотрел на Кощеева.
- Поверь, Иван, способов много. Самый простой - большинство людей боятся боли, особенно женщины. Пригрозив человеку физической расправой можно заставить его сделать то, что тебе нужно.
- Есть такое. Наши учителя стращают некоторых учеников, чтобы от них чего-нибудь добиться.
- Чего добиться? - изумился Кощеев.
- Например, чтобы они ябедничали на других.
- Вот, видишь? - продолжил Лапин, - и таких способов много. Игнат боли не боится. Но если схватят его любимую женщину и скажут, что будут её пытать, то, как ты думаешь, смогут его заставить делать то, чего он не хочет?
Мальчик с грустью опустил лицо и пожал плечами.
- А ты лицо-то не прячь! А помни, что на каждую силу, найдётся другая сила! Вот потому-то мы и бережём свои секреты, чтобы наказать каждого, кто смеет нам угрожать. Но никогда своей силой не хвалимся. Ибо хвалятся только дураки, а умные люди спокойно делает своё дело, понял? - и Лапин с улыбкой хлопнул подростка по плечу.
- Я всё понял, дядя Иван, - улыбнулся в ответ подросток.
- А раз всё понял, то держи подарок от отца, - и Иван Андреевич достал небольшую продолговатую коробочку.
- Что это? - спросил мальчик.
- А ты вовнутрь загляни, может там леденец сладкий? - пошутил Кощеев.
- Да, ну, тебя, Игнат, - улыбнулся мальчик и раскрыл коробочку.
В коробочке лежала перьевая ручка. Почти год назад Алексей Петрович Казанцев при помощи своих юристов запатентовал это изобретение где только возможно. Технология же производства скрывалась от всех. С этого года перьевые ручки поступили в продажу и стоили весьма дорого.
- Что это? - не сразу понял Иван.
- Перьевая ручка, - ответил Лапин. - Теперь тебе не нужно будет постоянно мучиться, затачивая гусиные перья.
Стержень ручки был выполнен из дуба, и имел узорчатые насечки, чтобы не скользили пальцы. Само перо изготовили из нержавеющей стали и отполировали до зеркального блеска. На него можно было надеть колпачок, который имел вид медведя обнимающего дерево.
- Какая красота, дядя Иван! - воскликнул подросток, вертя ручку в руке.
- Отцу скажи спасибо! А вот письмо от него, где подтверждается, что это его подарок, а то не дай Бог, кто-то захочет обвинить тебя в чём-то нехорошем, - с этими словами Лапин передал письмо мальчику.
- Игнат, передай отцу мою благодарность, и скажи, что я его сильно люблю и всех остальных тоже! - добавил довольный мальчик.
- Береги, тёзка, подарок и помни, о чём мы с тобой говорили. А нам пора.
Иван по очереди обнял Лапина и Кощеева, после чего они развернулись и пошли по своим делам. А мальчик ещё некоторое время стоял у проходной и смотрел им вслед.
ПЕТЕРБУРГ. ПРИКЛЮЧЕНИЯ ИГНАТА.
День клонился к вечеру. Небо над Петербургом было заляпано облаками, которые мешали солнцу рассматривать людей, спешащих после трудового дня по своим делам. Ветер, дующий со стороны Финского залива, хулиганил и придирался к прохожим, то сбивая с них головные уборы, то бросая в лицо мелкую пыль. Лапин стоял на набережной и ждал Игната, который должен был прийти ещё полчаса назад. Иван нервничал. Его кореш всегда был пунктуальным, и опоздать мог только по очень важной причине. Так и не дождавшись товарища, он пошёл в ближайшую таверну один. Блюда, которые Иван заказал себе на ужин, показались ему невкусными. То ли в этом был виноват повар, то ли настроение, которое испортилось окончательно. Лапин уже собирался уходить, когда в таверне появился Рустам и отыскав его взглядом, направился к нему.
- У нас проблемы, - без лишних церемоний негромко сказал он.
- Что случилось? - напрягся Иван.
- Игната похитили.
- Кто? Где? - начал закипать Лапин.
- Спокойно, - по-прежнему негромко ответил Рустам, - он на английском флейте "Устрица".
- Как он там оказался?
- Добровольно.
- Что!? - чуть не взревел Иван.
- Иван Андреевич, спокойней, - приложил палец к своим губам сотрудник безопасности.
- Хорошо. Рассказывай всё по порядку, - сказал Лапин и опустился на скамейку.
Рустам сел напротив него и негромко заговорил.
- Игнат в Петербург приехал как свободный человек?
- Да, а что?
- Если бы он являлся чьей-то собственностью, то мы могли бы взять полицейского офицера и солдат и пойти с ними к кораблю, чтобы потребовать его выдачи.
- А что мешает нам забрать его так?
- Хозяин трактира, где Игната подпоили, сказал, что он подписал какую-то бумагу. Скорее всего это контракт, по которому наш друг нанялся на эту посудину.
- А ты как узнал?
- Я оставляю трактирщику неплохие авансы, взамен получаю все свежие новости. Когда он описал человека, которого увели английские моряки, то у меня даже не возникло сомнений кто это мог быть. Заодно и выяснил с какого они корабля. Можно, конечно, Игната выкупить, но, думаю, это очень дорого обойдётся. Как я выяснил, у них сильная нехватка людей. То ли от болезней померли, то ли ещё что-то.
- Когда корабль уплывает?
- Дня через три-четыре. Но не раньше.
- Хорошо. Тогда сегодня не дёргаемся - пусть успокоятся, а завтра понаблюдаем за ними и уже к вечеру решим, что делать.
- Понял.
Уснул Иван ближе к утру, мысли о друге мешали ему успокоиться и погрузиться в царство Морфея. Сквозь сон он вдруг отчётливо почувствовал, что в комнате есть кто-то ещё. Незаметно приоткрыв глаза, Лапин увидел в матовом рассветном сумраке, как его друг стоит в мокрой одежде возле стола, и пьёт из горла водку.
- Игнат, твою мать! - соскочил Иван с кровати, - ты как... Как...
- Мимо шёл, вижу - водка на столе стоит. Дай, думаю, зайду, горло прополощу, а то замёрз сильно...
...Очнулся Кощеев в каком-то тёмном и вонючем помещении и стал вспоминать, как же его сюда занесло? Прошедший день вспоминался с трудом, этому мешала головная боль, которая то усиливалась, то затихала. Ощупав себя, он понял, что всё ценное пропало. В наличии остались только нож и серебряная зажигалка. Они находились у него в кожаном чехле, который крепился на правую голень и прятался под штанину. Свет от зажигалки и доносящийся шум из-за стены помогли ему осознать, что находится он в трюме корабля. Данное обстоятельство подтвердила и небольшая качка. После этого Игнат всё вспомнил и матерные слова возглавили ход его мыслей, правда ненадолго. Успокоившись, он тихонько подошёл к двери и несильно её подёргал. Как и ожидалось - она была заперта. Пленник сел рядом с закрытой дверью и прислонился к ней ухом. Слышались писки крыс, плеск волн, скрипы корабельной обшивки. В остальном всё было тихо. Тогда при помощи ножа он расковырял доску, на которую крепилась щеколда и открыл дверной засов. Просто так убегать не хотелось. Игнат помнил, что где-то есть бумага с его автографом. Вместе с автографом кто-то взял всю его наличку и нож - подарок Ивана и Марселя. Про деньги и подарок он ничего сказать не мог, а вот бумаги точно должны были находиться в каюте капитана. Пробираясь по тёмному трюму беглец услышал мощный храп. Заглянув в комнату, откуда доносились эти ужасающие звуки, Игнат в слабом свете ночника разглядел одного из тех, кто его напоил. "Боцман!" - вспомнил он. Аккуратно обшарив храпящую тушу, Кощеев обнаружил свой второй нож и ключ. Ключ, скорее всего, был от сундука, что стоял здесь же в углу. Захотелось узнать - так ли это? Догадка оказалась верной. В сундуке обнаружилась бумага, на которой стояла его подпись и небольшая наличность. Остальные вещи Игнату были без надобности. Покинув небольшой закуток боцмана, он направился на палубу. Храпы и посапывания доносились ещё неоднократно, но наш герой на них уже не реагировал. На палубе, завернувшись в шерстяные одеяла, спали два человека. Скорее всего это были вахтенные, которые должны были сторожить судно. Между судном и берегом было не менее двадцати метров. Данное обстоятельство опечалило Игната. Решив, что забесплатно мокнуть в воде не стоит, он пробрался в каюту капитана через окно, так как дверь была заперта снаружи. Каюта оказалась пустой. Наверное, бравый мореман проводил ночь с какой-нибудь красоткой на берегу, да и кто станет закрывать своего капитана? Найдя корабельную кассу и разные ювелирные украшения, старый ворюга сделал из одеяла мешок и все ценности пересыпал в него. Потом поджёг оставшиеся на кровати одеяла и вылез через окно, прихватив мешок с собой. Хотя до берега было и недалеко, но груз тянул вниз. Еле-еле добравшись до суши, Игнат, избегая освещённых участков, направился к дому. Через полчаса мокрый и уставший он был возле него, но дверь на ночь закрывалась, а шуметь и будить кого-то стуком Кощеев не хотел. Тогда через задний двор он по лестнице залез на второй этаж и очутился в комнате Лапина.