Страница 51 из 74
- Э, браток. Если вздумаешь улизнуть, на меня не надейся. Пустое это дело.
Наконец, они пришли в довольно просторную комнату. Окна были огромными, и Орест примерился, сможет ли быстро выскочить. Однако ставни тут же захлопнулись.
- Давай, ешь, - велел ему Хрунька.
На большущем столе стояла тарелка с варевом, тут же лежала ложка. Больше ничего не было. Орест вздохнул, уселся за единственный стул и стал хлебать. Было не сильно вкусно, но другой еды не было. Неизвестно, когда ещё покормят. Он быстро доел, огляделся вокруг, заметил чан с водой и небольшой черпак. Встал, зачерпнул воды и выпил. Вода оказалась холодная, будто из родника, и немного солоноватая на вкус.
- Ты бы, княжич, так опрометчиво не пил, - сказал Хрунька.
- А то что?
- Был бы ты упырём, тотчас же издох.
- Разве я похож на упыря?
- Мало кто из прихлебателей упырских похож. Их тут немало шляется. И всяк, кто рядом с их источником побывал да поймал жертвенную искру, отведав серебрицы, испускает дух.
- Славно! А где такую серебрицу достать?
- Это каменных большой секрет. Где-то глубоко в горах есть родник. Они оттуда возят.
- Стало быть, задумали извести упырей?
- Что-то слишком болтливый, - Хрунька прищурил правый глаз, - здесь таких не любят. Если поел, ступай на кухню. Там тебе дело дадут.
- Чего? - удивился Орест, - какое дело?
- А ты думал, тебя просто так будут кормить? Бездельников у нас нет. Все чем-то заняты.
- Но я княжич!
- Да хоть сам князь. Мне всё равно. Будешь трудиться, или по шее дадим. А не поможет - снова дадим. Это дело нехитрое. Да и на твоей роже заметно не будет.
Орест презрительно усмехнулся, затем уставился на Хруньку пристальным взглядом, однако ничего не почувствовал. Совсем ничего. Колдовство в этом дьявольском каменном гробу не действовало. Хрунька это знал, и поэтому так противно скалился.
- Не пойду на кухню. Не княжеское это дело, - Орест сложил руки на груди и упрямо вздёрнул подбородок.
- Твоё дело, можешь мешки таскать.
Орест хмыкнул: мешки таскать плёвое дело.
Однако он и подумать не мог, что вскорости пожалеет об этом.
Спустя полдня, весь покрытый пылью, с лицом, исчерченным полосками пота, стекавшего со лба, Орест едва мог согнуть спину. Мешки были тяжеленными, а копальщики - проворными. Орест едва поспевал за ними, удивляясь, как они могут так резво скакать целыми днями. У него уж и сил не осталось. А к вечеру Орест уже не чувствовал ни рук, ни ног, ни спины. Ужинать он отказался и завалился спать в первый же попавшийся на глаза стог сена.
Сквозь полудрёму он почувствовал, как рядом кто-то сел. Должно быть, охрана. Боятся оставлять его одного. Однако сейчас он и думать не мог о побеге.
- Чудной княжич, - сказал один из его стражей.
- Да просто глупец. Силищи тьма, а разума ни на волос. В одиночку мешки таскать...
- Но таскал. Думалось мне, раньше свалится.
- То мы завтра поглядим.
Орест хотел было разозлиться, да глаза слипались. Он ещё немного послушал пустую болтовню копальщиков, и провалился в сон.
На следующий день Орест трудился уже не так рьяно. Берёг силы да слушал, о чём народ говорит. Болтали копальщики немало, однако всё пустое. Но, что было занятным, им, похоже, нравилось у каменных людей. Несколько раз за день устраивали отдых, попивали хмель да горлопанили срамные песни. А вечером приоделись и куда-то пошли.
Орест уже не валился с ног, поэтому увязался за ними.
Оказалось, в лагере были женщины, и было их немало. Страшные, бледные, с узкими глазёнками и торчащими, как пакля, волосами. Но копальщики вовсю бросали влюблённые взгляды - ещё быть, столько за день вылакать пойла! Тут и кобыла будет мила.
Одна из них подкатила к Оресту и расплылась в кривозубой улыбке.
- А ты красавчик!
- И ты красотка. Только вот я женат.
- Верный, значит? - поморщилась копальщица, - или мало выпил?
- Эй, Варяшка, отстань!
Откуда ни возьмись, появился Хрунька, схватил Варяшу в охапку, смачно поцеловал в губы, ощупал широкой ладонью обвисший зад, и опустил на землю.
- Шла бы ты в свою каморку. А я позже приду.
- Придешь? Обещаешь?
- Когда это я не приходил?
- Ну, смотри. А то стану обижаться, - Варяшка кокетливо надула губки, взмахнула юбкой и исчезла в кустах.
- Славные у вас девки, - заметил Орест, - покладистые.
- А мы вообще народ простой, - усмехнулся Хрунька, - это кузнецы у нас с причудами. У них пары сызмальства складываются. Так до самой смерти и живут. А коли овдовеют, то больше не женятся и даже ни с кем не милуются.
- Тоскливо.
- Ну, кому как. У каменных тоже строгие нравы. На сторону не глядят, и жёны с ними на равных. Но к нам они не лезут.
- А что они вообще за народ?
- Да кто их знает, - вздохнул Хрунька, - они-то ничего не говорят. Мы только по тому, что видим, судим. Неплохие они ребята. Только хмурые. Не любят, когда врут.
- На вид такие крепкие, - осторожно заметил Орест, - и как упырям удаётся с ними справляться?
Хрунька пугливо огляделся по сторонам, затем погрозил ему пальцем.
- Про упырей лучше молчи. Разговоры про них до добра не доведут.
- Я и сам их терпеть не могу, - начал было Орест, однако Хрунька резко оборвал разговор.
- Иди-ка ты спать. А меня ещё Варяшка ждёт. Не ровен час обидится.
***
Ещё несколько дней Орест таскал мешки, пил с копальщиками хмель, посмеивался над похотливыми байками, и слушал. Копальщики были тот ещё народ. Ушлые, остроглазые, подмечали всё вокруг. Делились неохотно, но спьяну много чего болтали.
От них Орест узнал, что каменные добывают кристальную породу и куют кристаллы. Причём не хуже кузнецов. И для того, чтобы кристаллы завязались, им не нужна была ведьма.
- Зачем тогда вы им нужны? - спросил он Хруньку.
- Они спешат. Хотят достроить своё гнездо поскорей. К тому же, их становится меньше.
- Упыри?
- Нет. Убить каменного мало кому под силу. Упыри ещё ни разу не нападали. Только засылают шпионов, всё вынюхивают, что здесь творится.
- А слухи ходят, что упыри держат каменных в узде.
- Есть маленько, - неожиданно согласился Хрунька, - только никто не знает почему. Что-то трут они с ватажком упырским. Не любят его - страсть, и бояться - совсем не боятся. Но тронуть не смеют. Такие вот дела.
- А отчего их становится меньше?
- Видел проклятое поле? Они строят мост через него.
- Они в своём уме? - воскликнул Орест, - да оно огромно! И вроде обойти можно.
- Да кто ж их знает. Строят зачем-то. Помаленьку, по аршинчику. Сами строят, нас туда не зовут. Один камень принесёт, другой поставит, и так - пока хватает сил. Потом остаются стоять красными глыбами. Никто не возвращается. Оттого их и меньше. Оттого и зовут нас да кузнецов в помощь.
- Зовут? Вас же вроде пригнали!
- То сначала пригнали. А потом золотишка-то насыпали, домишки построили, мы и остались. Другие сами пришли. А что - тут неплохо. И каменные хорошие хозяева, не в пример волхованцам.
- Да уж, только и слышу, как их в Равнинах "любят". В Межгорье существа уважают своих покровителей. Здесь же...
- У волхованцев есть Янтарная Колыбель. Она - само сердце Равнин. И поэтому с ними не спорят.
Тут Орест вспомнил кое-что и заметно оживился.
- Знаешь, Хрунька, тебе не кажется, что гнездо каменных похоже на Колыбель?
Хрунька замешкался с ответом. Он вдруг помрачнел, а хмель, как рукой сняло. Он поднялся, расправил плечи и размял ладони, громко хрустнув фалангами пальцев.
- Слушай, княжич, уж больно у тебя странные мысли пошли. Давай-ка спать.
Орест ничего не сказал. Молча встал и пошёл следом, размышляя, чего не договаривает Хрунька. А в том, что он знает какой-то секрет, Орест нисколько не сомневался.