Страница 34 из 80
- Боюсь даже спросить, какой семантический намек присутствует в слове «кот-лета». Ладно, шутки в сторону. Знаешь, я очень о многом передумал в эту ночь. Ты живешь в каком-то другом мире, Олег. Там действуют какие-то сложные законы. Там нужно просчитывать каждый шаг, взвешивать каждое слово. Там нужно все время оглядываться и ждать удара в спину… Мой мир прост. Есть я, есть дефектные киберы. Есть обычная работа. Кино, девушки, танцы. И нет никакой войны. Знаешь, я пока не уверен, что хочу променять свой мир на твой.
- Поэтому я тебе пока и не предлагаю.
Олег встал и подошел к окну.
- Смотри, какое синее небо сегодня. Иней не растаял еще. «Мороз и солнце, день чудесный!» Можно на лыжах в лес махнуть. Плюнь на все, езжай отдыхать. Полину пригласи.
- Небо как небо,- сказал Виктор.- Мороз как мороз. Не горячись. Я не отказываюсь помогать. Можешь на меня рассчитывать. Инертная масса стронулась с места, маховик раскрутился. Остановиться я уже не могу. Забавное вышло свидание. Полина расспрашивала о тебе, а я думал о нашем уравнении с неизвестными.
Олег вернулся к столу и наполнил стаканы.
- Тогда выкладывай.
Виктор отхлебнул пива и сказал:
- Пояснения шофера заставили меня посмотреть на события с другой стороны. Как я понимаю, ты появился в нашей службе не зря. Тебя, а вернее, твою контору, изначально интересовал этот хакер Фаер.
- Очко заработал,- кивнул Олег.- Излагай дальше.
Некипелов откинулся на спинку диванчика. Диванчик жалобно скрипнул.
- Итак, первое неизвестное нашего уравнения. Фаер. Торгует электронными отмычками. Но продажа программ взлома для него не является основной прибылью. Отмычки его, кроме своей прямой задачи, крадут информацию клиентов: пароли, номера счетов и так далее. Фаер собирает информацию о своих клиентах, даже шантажирует их, если выпадает возможность. Деньги любит, понятное дело. Но шантаж для него тоже не основная статья дохода. Заниматься своими мелкими грязными делишками он мог бы и подальше отсюда. Несмотря на это, Фаер все время вертится рядом. Значит, у него здесь есть особая цель. Хакер знает, что ты за ним охотишься. Он пытается просчитать твои ходы, рассылая отмычки сотрудникам отделения в надежде получить хоть какую-то информацию. Фаер сильно рискует, но цель так важна, что риск он считает оправданным.
- Еще очко,- сказал Олег.- Если сформулируешь точно род занятий нашего клиента. Осталось полшага. Ну?
- Кражи технических идей?
- Не идей. Готовых технологий. На идеи он особо не разменивается. Будем считать, что докумекал. Валяй дальше.
Виктор вскочил и продолжил рассуждать, расхаживая взад-вперед по кухне:
- При операции в доме Фаера была применена психическая атака. Анизотропное гипноизлучение. Если бы наши шлемы не ослабляли волну излучателя, мы с ОМОНовцами могли перестрелять друг друга. Аналогичное оружие применил новый кибер, ШКВАЛ. Значит, Фаер напрямую связан с этим делом.
- Третье очко,- кивнул Олег.
- Дальнейшие выводы лежат в области догадок,- сказал Виктор, садясь на место.- Исходя из разговора с твоим приятелем, капитаном Репьевым, я понял, что гипноизлучатель как-то связан с тем закрытым проектом, о котором ты упомянул в доме Звягинцева, второго неизвестного этого уравнения. Звягинцев бесследно исчезает. Стало быть, Звягинцев и был целью Фаера. Или одной из целей. Проблема в том, что мы не знаем, чем занимался Звягинцев. Во всяком случае, у него было то, что Фаер хотел украсть. Знать бы, что это было…
- Вечная жизнь,- сказал Олег.- Звягинцев нелегально, частным образом, проводил эксперименты на темы, запрещенные особой поправкой к декларации о правах человека. Побочным эффектом этих экспериментов стало физическое бессмертие. Он открыл поле, в котором распадалась атомная структура живых организмов. И научился заново эти организмы воссоздавать, используя в качестве ключа генетический код.
- Стой-стой!- перебил его Виктор.- Или я совсем забыл физику, или твой Звягинцев должен был при распаде рвануть не хуже ядерной бомбы.
Олег пожал плечами.
- Наверное. Однако, вопреки логике и физике, он растворялся в пространстве не хуже куска рафинада в стакане кипятка. И потом восстанавливался обратно. Причем, представь, при этом он мог иметь не только человеческое обличие. Когда мы проводили обыск в его квартире, он преспокойно сидел в прихожей в шкуре кота. Каково, а? Вечно молод и неуловим. То, что и было нужно Фаеру.
- Ты шутишь!- оторопел Виктор.- Такое возможно?
- Теперь – вряд ли. Звягинцев исчез. Все материалы я уничтожил.
Виктор залпом осушил свой стакан, чтобы смочить внезапно пересохшее горло.
- Ты хочешь сказать, что у тебя в руках был ключ к бессмертию, и ты его уничтожил?!! Да я ни за что не поверю! Олег! Уничтожил вот этими вот руками?!!
Левушкин кивнул:
- Не сомневаясь ни минуты. И даже не потому, что этот секрет мог попасть в руки какого-нибудь Фаера.
- Но тогда почему?
- Это философский вопрос. Пяти литров пива может не хватить.
- Я сгоняю.
- Мне завтра ехать.
- Я тебя погружу. В крайнем случае, сдам в багаж. Я что угодно сделаю, чтобы узнать, во имя чего человек может оказаться от бессмертия.
- А если подумать?
- Ну, если подумать…- Виктор вновь откинулся на спинку кухонного диванчика.- Если подумать, то все получается не совсем радужно. Тысячу раз читал в фантастике. Кризис перенаселения, демографическая катастрофа… Но ведь можно давать бессмертие не всем. Только гениям, к примеру. Опять же, кто возьмется отделять одних от других…
- И это ты читал тысячу раз.
- Читал, верно. Если мыслить трезво, то ты, конечно, прав. Жизнь – приятная, но довольно бессмысленная штука. А кому нужна вечная бессмысленность?
Левушкин рассмеялся:
- Философия ищет веками ответы на вопросы о смысле бытия, а ты хотел их найти в бутылке пива.
- Ну, а ты-то в чем ищешь?- прищурился немного захмелевший Виктор.- Только не рассказывай мне о духовном бессмертии. Сколько меня будут помнить потом – лично мне будет уже все равно. Прах не может ни думать, ни чувствовать, Левушкин. Не может.
Олег неторопливо снял с кухонной полки кофейную банку с икебаной из высушенных листьев, демонстративно сдул с нее пыль и прочел:
- Облетали в парке липы,
Злата впрок не берегли.
Злато дворники мели,
Да в кострища волокли
Под метелочные всхлипы.
И витал по парку прах,
Черным пеплом падал в лужи.
Пересилив смерти страх,
Туч пронизывая туши,
Отлетали листьев души,
Воплотясь в иных мирах.
Так и мы с огнем играем
В суете земных сует.
Пламень сердца – несгораем.
Оказавшись перед краем,
Падай смело: смерти – нет…
Некипелов покачал головой:
- Это все поэзия, Олег. Эмоции. Высокий слог, и ничего больше. Я простой человек, мой мир прост. Я не умею мыслить высокими категориями.
- Мысли невысокими.
- Издеваешься?
- Шучу.
Виктор вздохнул:
- А все равно досадно. Человечество веками добывало, а ты ни минуты не сомневался.
- А что бы сделал ты?