Страница 4 из 13
– Дорогая, видите, что приходится терпеть ради вашей красоты? – потом повернулся в сторону рычавшего Эндора и коротко приказал, – Этого запереть где-нибудь поблизости. Передайте моей внучке, пусть за ним присмотрят. А то парень точно голову перегрел.
И Эндора Флайта, капитана звена перехватчиков отряда сопровождения, отряда, отвечавшего за безопасность «Альбатроса» просто увели, как преступника, схваченного на месте престепления.
– Господи… Что происходит… – думала Дарина, – Когда этот чертов старый арлекин успел забрать здесь такую власть?
Потом ей вспомнилось еще то, первое совещание и стало понятно, что с самого начала. Понимает ли Борс вообще, что происходит? Или он заодно? А заодно ли? И вообще, в курсе ли? А вот это надо прояснить:
– Адмирал Борс, вы в курсе, что снаружи, – она повела рукой, показывая на стены, – Аварийная обстановка? В курсе, что ваша внутрення служба эвакуировала людей с жилых палуб в безопасные, как они говорят, боксы? В курсе?
Ее негромкий голос дрожал. Адмирал приоткрыл рот, потом закрыл, и так и не ответил ни слова. Вместо него ответил Шторм:
– Тактические вопросы были оставлены на усмотрение службы внутренней безопасности «Альбатроса».
– И вы, адмирал, пошли на это? – пораженно проговорила Дарина.
Борс аж передернулся, обрачиваясь к Шторму спросил:
– Что снаружи происходит такого, о чем мне неизвестно? Я немедленно…
Но договорить он не успел.
В этот момент в помещение стремительно вошли еще двое, последние участники из тех, кого сегодня ждали. Морис Карэль и Памако Ли. Ноэль Шторм, увидев их, стал подниматься со своего места, очевидно, чтобы задать какой-то вопрос, но тут Памако Ли вскинул руку, в которой оказался небольшой плазменный пистолет и выстрелил. Сначала в адмирала Борса, а потом в обоих его офицеров. Несколько секунд – и на полу было три трупа, заливавшие кровью ковер.
Дарина пришла в ужас, и от неожиданности не могла ни звука издать.
– Что все это значит?! – заорал Шторм, который сам был порясен произошедшим на его глазах убийством.
– Это значит, что планы меняются, – ответил Морис Карель и уселся в то кресло, что ранее всегда занимал адмирал Борс, – Памако, милая, осторожнее, эти мне еще нужны живыми.
***
Реальность ощущалась кошмаром, Дарина застыла в каком-то оцепенении, понимая, ничего хорошего ее не ждет. Их не ждет, если быть точнее. Оставалось только порадоваться, что здесь сейчас нет Эндора, а то он бы точно разделил судьбу Борса и его заместителей. Но сердце все равно сжималось тревогой от неизвестности, было безумно страшно за него, за ребят, за людей на «Альбатросе», за всех, даже за старого идиота Шторма.
А он как раз пришел в себя, оценил, наконец, размер катастрофы и, видимо, решил напомнить о собственной значимости:
– Подождите, Карэль, мне было обещано! Договоренность была такова, что мы встретимся с правительством…
– А в чем дело? – ответил Карель, – Вы и встретились.
Шторм обвел глазами комнату, намекая, что никого, кроме присутствующих не видит. Морис Карель насмешливо смотрел на него, изогнув бровь. И тогда до старого самоуверенного человека стало доходить.
– Вы…
– Мы, – ответила Памако, которая все-таки была женщиной, хоть и выглядела как мужчина.
Она прохаживалась по комнате, похлопывая пистолетом по бедру, похоже, немного нервничала:
– Что он копается? Запроси еще раз, – резко бросила тому, кто называл себя Морисом Карэлем.
Тот связался с кем-то снаружи, коротко переговорил и на вопросительный взгляд напарницы покачал головой. Придется ждать еще. Очевидно этой Памако надоело ждать, она прошлась по комнате и встала напротив Дарины, склонив голову и пристально ее разглядывая.
– Памако, подойди ко мне, сядь рядом, – мягко позвал Карэль.
Шторм, молчавший несколько мгновений, задал вопрос:
– Что вы собираетесь делать с нами?
– Скоро узнаете, – коротко ответил Карэль.
Взглянул на часы, было 14.02, встал и со словами:
– Памако, следи за ними, но никого не трогай, – вышел из помещения.
***
На «Сильфе» тоже был «свой» человек, и когда пришел сигнал МАЙСКИЙ ДЕНЬ, приступил к выполнению полученного приказа.
***
В тот момент в рубке находился техник-навигатор. Второй пилот Мейс сказал, что выскочит на скундочку в туалет, и отсутствовал уже две минуты, но две минуты, это как бы не слишком большое опоздание, решил техник. Его шефиня лейтенант Варг вон, вообще сегодня забила на службу. Он посмтривал на мониторы, показывавшие картинку снаружи. Кроме того, в рубке был иллюминатор во всю стену. Особо интересного в том иллюминаторе ничего не было, чернота и чернота, но все равно, грела приятная мысль, что как бы это окно в окружающий мир.
Сегодня на вылете было в общей сложности шесть человек. Ах да, и еще капитан Данко. Шестеро уже вернулись, а Данко еще болтался в космосе. Техник хмыкнул. Он всегда считал злобного ублюдка несусветным пижоном и выпендрежником. И было за что. У всех машины серебристо серые, а у него одного красная. Птичка райская.
Он как раз провожал взглядом крохотную красную точку на мониторе, когда сзади послышались шаги. Вернулся Мейс, подумал парень и хотел что-то сказать, но не издал ни звука, потому что тонкий как спица стилет воткнулся ему в затылок.
Дальше Мейсу предстояло тихо и быстро проделать еще кое-что, но, прежде всего он сделал это:
– Командор Бэнгс, подойдите, пожалуйста, в рубку. Срочно требуется ваше присутствие.
Бэнгс сорвался немедленно, он и так сидел на иголках, ожидая своих с того непонятного совещания, что затеяли на «Альбатросе». В рубку он влетел, не глядя по сторонам, сразу же кинулся к мониторам и только потом обратил внимание на спящего техника. Удивленный командор отвлекся, и только уголком глаза заметил смазанное движение.
Быстрая реакция старого опытного бойца позволила среагировать, но отвести удар не удалось. Командор Тэон Бэнгс получил нож под ребра, а потом еще для верности хороший удар по голове и сполз по пульту на пол. Мейс счел его трупом, потому не стал добивать. Заклинил тем же самым ножом пульт так, чтобы шлюзовая камера оставалась открытой, выбрался из рубки и исчез, незаметно спустившись с верхней палубы «Альбатроса» вниз, туда, где все уже конролировали диверсанты.
Глава 3
Флайт сидел взаперти в какой-то комнатенке, заваленной барахлом, и сходил с ума от бешенства и тревоги. Двое телохранителей Шторма бросили его сюда, избитого и закованного в наручники. Плевать было на то, что его избили, Дара осталась там у этих уродов, а здесь творится черти что! От переживаний, а главное, от позорной беспомощности и невозможности действовать, у него сердце заходилось и выкручивало суставы.
Внезапно дверь, запертая снаружи, отворилась, в каморку быстро вошла Илза Шторм и потрясенно на него уставилась.
– Как вы…
Эндор уже давно себя не контролировал, и теперь он просто выкрикнул в лицо этой девице все, что думал о ней лично, о Ноэле Шторме, и о той страшной опасности, в которую они втянули всех на этом корабле:
– Что?! Пришли полюбоваться?! Полюбуйтесь! Вы же заодно с вашим выжившим из ума дедом! Что вы…?!! Вы хоть имеете малейшее представление, что сейчас на корабле происходит?! Хоть какие-то мысли снаружи просачиваются в ваши мудрые головы?!
Она спокойно подошла и со всего размаха врезала ему по физиономии. Это остановило истерику. Флайт сник.
– Правильно. Бейте. Я заслужил. За то, что был таким доверчивым идиотом. Бейте.
Она отошла и встала в стороне, скрестив руки.
– Флайт… Успокойтесь. Я не знаю, о чем вы сейчас говорите. И о планах моего деда знаю не больше вашего.
– Я вам не верю.
– А мне плевать! – крикнула она, – Плевать! Я ничего никому не собираюсь доказывать. Вы готовы обвинить меня только за то, что я его внучка.