Страница 18 из 19
Отмахнувшись, я побежала к лестнице наверх – оттуда открывался лучший обзор. Над лесом сгустились сумерки, но я все равно рассмотрела приближавшиеся танки – семь или восемь штук – и несколько бронированных внедорожников с пулеметами на крышах. Замыкали колонну четыре грузовика. Я уже собиралась спуститься и встретить отца возле главного входа, как вдруг осознала, что танки почему-то не замедляют ход. Смяв гусеницами забор, они рассредоточились вокруг здания и, наконец, заглушили моторы.
– Это военные, – запоздало догадалась я.
– Говорит полковник Гриссом, – пробасила рация на поясе одного из снайперов. – Вы окружены.
– Чесс! Быстро вниз! – Регина выскочила на крышу и за шиворот потащила меня в подвал.
Рация в ее руках продолжала хрипеть, перечисляя требования: продукты, боеприпасы, оружие, топливо и транспорт.
– А харя у него не треснет? – сквозь зубы процедила я.
– У вас двенадцать часов на принятие решения, а потом мы начнем штурм, – подытожил полковник и отключился.
– Ты не прикажешь парням на крыше открыть огонь хотя бы по грузовикам? – я еле успевала за Региной.
– Ниган разберется сам, – она втолкнула меня в бункер и захлопнула дверь.
Ночь мы провели в укрытии. Я так и не уснула и утром первым делом отправилась за новостями. Наверняка отец уже знал о случившемся – военные пользовались нашими частотами, а, значит, их слышали и на остальных форпостах. Наплевав на приказ Регины оставаться внизу, я поднялась к снайперам. Танки по-прежнему были на своих местах и казались брошенными – за все то время, что я стояла на крыше, из них никто не выходил, и лишь в кабинах внедорожников изредка кто-то шевелился.
До конца озвученного срока оставалось около часа, когда из-за леса снова послышался монотонный гул. Рассмотрев в бинокль три танка, два крытых грузовика и бронированный фургон отца, я обреченно опустила руки – силы были неравны.
– Говорит полковник Гриссом, – снова очнулась рация. – Немедленно остановитесь или…
– Я знаю, кто ты, старый хрен, – раздраженно перебил его отец. – И знаю, что тебя сюда никто не звал.
Поравнявшись со съездом к форпосту, колонна остановилась.
– Как командующий Национальной гвардией США, я не позволю обращаться к себе в подобном тоне.
– Погоны у тебя только для того, чтоб птицы на голые плечи не срали, – в голосе отца отчетливо звучала брезгливость. – Ты бросил своих людей подыхать в подбитом грузовике. Так что завязывай с высокопарным дерьмом и проваливай с моей территории.
– Сначала вы отдадите все, что является собственностью Национальной гвардии США.
Полковник принялся перечислять вчерашний список.
– А через полгода, когда закончатся и эти запасы, вы снова припретесь к нам? – фыркнул отец.
– Ты не в том положении, чтобы спорить.
– Я не собираюсь спорить и предлагаю сделку, – отец выбрался из фургона и вышел на открытое пространство. – Вы станете подчиняться мне. Наверняка всех подзаебало таскаться по городам в поисках еды и места для ночлега. Считайте, что с сегодняшнего дня они у вас есть.
Я ухмыльнулась – по сути, военным придется заниматься тем же, только без сопровождения стада мертвецов и под новым руководством, но отец преподнес это как идеальную жизнь. Он всегда умел продать машину дороже, чем в салоне конкурентов, и при этом покупатель оставался доволен.
– Мои люди не пойдут на сделку! – полковник чувствовал, что теряет контроль над ситуацией, хоть и старался этого не показывать.
– Пусть решат сами, – пожал плечами отец. – Просто спроси у них.
Это был идеальный ход – иллюзия выбора. Я мысленно поаплодировала отцу. В окне внедорожника появилась физиономия полковника – раскрасневшаяся и довольно упитанная. Голод и лишения явно обошли его стороной.
– Если не заткнешься, я прикажу убить тебя и всех, кто внутри здания, – он ткнул в сторону форпоста указательным пальцем и снова исчез в кабине.
Возле пулемета над его головой мелькнула чья-то тень – отца взяли на прицел.
– Мое место тут же займет другой, а вокруг вас тем временем расплодятся ходячие. И их придется давить, тратя ценное топливо, чтобы без помех вынести продовольствие со склада. Мужик… да ты просто гребаный гений!
– Хватит разговоров! – разозлился полковник. – Время вышло. Начинаем штурм!
– Я предлагал по-хорошему, – отец легко вскочил на подножку фургона и спокойным голосом приказал: – Джедис, окружите их.
С нарастающим гулом из-за деревьев показались танки. Их было довольно много – только с одной стороны леса я насчитала дюжину.
– Какого черта? – прорвался в эфир удивленный голос Рика.
– Сюрприз, Граймс, – вальяжно протянул отец. – Или ты думал, я и правда, хоть что-нибудь оставлю в аэропорту?
– Ты отдал технику мусорщикам? – продолжал недоумевать Рик.
– До них она была почти что металлоломом. И как удачно, что Джедис умеет не только лепить лошадок из говна и палок, а Юджин знает, с чем надо бадяжить авиационный керосин.
Я зря недооценивала мусорщиков. И Юджина, который догадался использовать топливо с самолетов.
Танки взяли форпост в кольцо.
– Ты не в том положении, чтобы спорить, – отец повернулся к полковнику. – Я верно процитировал?
– Кто ты вообще такой? – с досадой пробормотал тот.
– Проклятая забывчивость! – отец театрально шлепнул себя по лбу и выдал в излюбленной манере: – Я Ниган.
– Будем знакомы, – с иронией хмыкнул полковник. – Жаль, недолго. – Он немного помедлил и рявкнул в рацию: – Открыть огонь!
Охнув, я вцепилась в бетонное ограждение. Воображение рисовало кровавую картину расстрела, после которого выживут лишь единицы, но в ушах не прозвучало ничего, кроме оглушающей тишины – танки молчали. Полковник высунулся из окна и навел на пулеметчика пистолет:
– Сержант Медоуз, я отдал приказ! Немедленно выполня…
В лесу громыхнуло эхо выстрела, и чья-то пуля неожиданно разнесла полковнику половину черепа. Обмякнув, тело повисло на дверце как набитый мусором мешок.
– Отлично, Арат, – похвалил в рацию отец.
– У меня перекрыт обзор. Стреляли с севера.
– Прикинь, Граймс, это твоя бешеная мексиканка снизошла, – присвистнул отец и добавил довольным голосом: – Чика латина, за мной должок. Обещаю: не пожалеешь.
– Пошел в задницу, – отозвался эфир голосом Розиты.
– Да, детка, и в этой позе тоже, – хохотнул отец и обвел пристальным взглядом стоявшие рядом танки: – Парни, я не бросаю слов на ветер. Сделка в силе. И раз никто не выполнил приказа этого зажравшегося мудака, значит, условия приняты, чему я чертовски рад. Так что выбирайтесь из-под сраных черепашьих панцирей. Хочу пожать вам руки.
На ближайшем танке приподнялась крышка люка. Потом еще одна, на соседнем. Из внедорожника полковника вылез водитель. Рядом с ним на землю спрыгнул пулеметчик. Из кабины грузовика выбрались трое солдат и еще шестеро из кузова. Вслед за ними и остальные военные устремились к фургону, на подножке которого стоял отец. Я не видела его лица, но знала, что он улыбается.
Прозак* – популярный в США антидепрессант
Хрупкое перемирие
– Шахматы, подъем! – крик Рэя сопровождался звоном посуды. – Завтрак стынет.
– А нефиг его так рано готовить, – буркнула я, накрывая голову подушкой.
И зачем я осталась в Александрии? Жила бы в Святилище – там не только будить не смели, но и чихнуть разрешения спрашивали. Нет же, решила доказать отцу, что могу быть полезной.
– Шахматы!
Шум с кухни усилился – Рэй продолжал греметь сковородками и хлопать дверцами шкафчиков.
– Я еще сплю! – простонала я, укутываясь в одеяло.
– Вставай, – Рэй вломился в спальню и, плюхнувшись рядом, принялся щекотать мои босые ноги. – Зря я что ли у Беатрис с Кэти рыбу выпрашивал?
– Они уже вернулись? – я испуганно высунулась из-под одеяла. – Почему так рано? Неужели кто-то напал?