Страница 52 из 69
— Факты таковы: мисс Фрейзер убита тем же способом, что предыдущие жертвы. Убийца использовал удавку, на этот раз скрученный жгутом обрывок бинта.
— У кого-то наконец лопнуло терпение, инспектор, может не станем строго судить парня за это?
— Вопросы вы будете задавать потом, патрульный Марли, особенно такие, если не хотите лишиться работы. Продолжаю. Почерк в деталях совпадает с двумя предыдущими случаями. Убийца — человек чудовищной силы. Конечно, женщины исключаются. Это мужчина. Нападал он опять сзади, захват и перелом шеи. Мгновенная смерть. Уже затем, не знаю для чего, на жертву набрасывалась удавка. У Дорис Смайл, как вы помните, поясок от ее платья, у Анжелы Фелпс сорванный с сумочки ремень, у медсестры — жгут из обрывка бинта. Он подчеркивает этим свое авторство. Мог бы убить их сотнями разных способов. При его то силище. Мог сбросить со скалы или в овраг. И кто бы тогда вообще понял, что это убийство, а не несчастный случай. Для Кейси... Дорис Смайл, хочу я сказать, кончину на дне оврага с разбитой головой и переломанными костями, вообще можно было бы считать естественной смертью! Сколько лет ее носила нелегкая по нашим пустошам. А убийство Фелпс? Приезжей, кочевой девушки легкого поведения, наркоманки? Да ее же шприцем ввести в вену пузырек воздуха, попридержать несколько минут и привет! Кто бы, господи вообще понял, что это убийства! Нет, этот гад последователен и зациклен как истинный маньяк. Будь он проклят!
— Полегче, инспектор, может вы проклинаете нашего лорда? — заржал из задних рядов неугомонный патрульный Марли.
— Чего вы добиваетесь, Марли? Вас и так уже понизили ниже некуда!
— Вот именно, Хоули, ты пешком под стол ходил, когда я уже был старшим инспектором в твоем участке!
— И с тех пор совершили головокружительную карьеру, поздравляю, младший патрульный Марли.
Теперь засмеялись уже все собравшиеся в зале. Смех немного разрядил накаленную атмосферу, инспектор Хоули продолжил свой доклад уже без лишнего драматизма.
— Детали: тело мисс Фрейзер убийца затащил в полукруглую куртину из зеленой изгороди, разделяющей участки Валентины Райт и Фрейзеров. И оно пролежало там всю ночь, до обнаружения. Место убийства, в двух шагах, на тротуаре перед той же куртиной. Мисс Фрейзер только успела миновать беленый заборчик, ограждающий лужайку мисс Райт. Как вам известно, переулок за стеной городской больницы, как раз и ограничивается двумя участками. По-видимому, убийца поджидал мисс Фрейзер в куртине. Но каков! Он совершил нападение практически при свидетелях.
В конце переулка, у табачной лавочки Хочкинсов, несколько человек, в том числе и отчим мисс Фрейзер, курили и непринужденно беседовали. Им было что обсудить. Незадолго до своей скоропостижной кончины, мисс Фрейзер закатила последний в своей жизни скандал. Но мужчины смалодушничали и не стали ее унимать. А зря, они могли спасти ей жизнь. Нет, предпочли отвернуться, когда мисс Фрейзер орала во всю глотку, а когда она внезапно затихла, не стали интересоваться почему! Предпочли свои сплетни.
— Как я их понимаю.
— Хочкинс!
— Не, ну а что тут такого? Я бы тоже к ней не подошел, когда она в раже.
— Вы угомонитесь или мне вас выгнать?
— Молчу. А что за скандал она закатила? По поводу чего? Историческое, можно сказать, событие.
— Не стал бы я поощрять ваше любопытство, Хочкинс, но придется. Скандал и вопиющее поведение мисс Фрейзер, к сожалению, тесно связаны с еще одним свидетелем, находившимся с другой стороны переулка.
Инспектор Хоули прервал свою вводную и отпил воды из стакана перед собой. Зал безмолвствовал. Шериф, рядом с инспектором за столом перед залом, хмурился и негромко барабанил пальцами по столу. Наконец напившись, Хоули продолжил:
— Незадолго до своей преждевременной кончины, мисс Фрейзер... Не фыркайте, Хочкинс, именно преждевременной, девушке едва исполнилось тридцать семь лет. Так вот незадолго до гибели, свидетели утверждают, что было без четверти девять вечера, мисс Фрейзер, свернула в переулок, ведущий к ее дому. И... виноват, невзначай наступила в кучку экскрементов на тротуаре. И хотя количество и консистенция данной массы явно не могли быть оставлены домашней кошкой, мисс Фрейзер бездоказательно обвинила в погадке одну из любимиц мисс Райт. Мисс Фрейзер голосила так, что по образному выражению хозяина табачной лавки, земля тряслась. А что именно она кричала, даже боцман в отставке Доннован не смог воспроизвести, сколько не пытался. Потом леди сняла оскверненную туфлю и, пользуясь ее как мастихином, размазала содержимое, гм... кучи по свежевыкрашенному штакетнику мисс Валентины.
— Гадюка.
— Марли, вы меня утомили.
— Виноват, исправлюсь.
— Мисс Валентина бесстрашно выскочила на защиту своей собственности, но вынуждена была ретироваться, так как, по ее словам, мисс Фрейзер зачерпнула новую порцию этой, гм... субстанции и недвусмысленно выразила намерение оставить след этой мерзости еще и на лице владелицы ни в чем не повинных животных. Мисс Райт, в отличие от Доннована, не поняла значение выражений молодой леди Фрейзер, и потому воспроизвела их дословно.
— Точно не поняла?
— Да, Марли, таким эпитетам мисс Райт не обучена. Не в тех кругах смолоду вращалась. Я и сам такого еще не слыхал. Но намерение оскорбить старую леди действием мисс Фрейзер выразила вполне доступным языком. Мисс Райт бросилась в слезах домой, к своим любимицам, а как только мисс Фрейзер умолкла, как теперь мы понимаем навеки, старушка с тазиком мыльной воды и щетками бросилась отмывать свой злосчастный штакетник. И, несколько раз меняя воду, делала это чуть не до глубокой ночи, уже с карманным фонариком.
— Я бы эту с-с-су... сумасшедшую Фрейзер тоже прикончил!
— Марли!
— Клянусь! Уберег меня святой Патрик, там как раз мой участок патрулирования, не моя вчера была смена!
— К счастью для вас и для меня, смена действительно была не ваша. Там, в самом тихом местечке в нашем городе вообще лет десять уже ничего не случалось, после драки Конроя и Стюарта, когда они сломали тот же штакетник, ну и вы помните, чем это для них закончилось. По протекции шерифа, патрульный Марли, вас как раз туда и назначили бессменным патрульным, чтобы вы до пенсии могли дослужить без лишних проблем для города!
— Бессменным?
— А вы не знали? Только вы там и патрулируете. Это синекура!
— Вот видите к чему приводит кумовство и коррупция в наших рядах?
Присутствующие в зале, не выдержав этой пытки, дружно расхохотались. Усмехнулся даже мрачный шериф, но не Хоули.
— Смерть есть смерть, господа! Кого бы не убили в нашем городе, мы призваны найти убийцу. И сделать это необходимо теперь по горячим следам. Он сам не остановится. Не остановится. Он бесшумен, невероятно силен, дерзок и он маньяк! Маньяк, господа. Зря веселитесь. В нашей округе оказывается скрывалось чистое зло. Как столетняя гадюка в болоте. Теперь это зло проснулось от спячки. За работу, господа! Искать свидетелей, улики, следы. Всем, всем без исключения и без выходных!
Глава 19
Глава 19
Лейзерс успел как раз ко второму завтраку. Усевшись на свое место и оглядев сотрапезников, первым делом заявил:
— Где моя овсянка? Ривз, это ты ее смолотил?
Профессор Ривз тоже, как правило, вел себя непринужденно и эксцентрично, но только не в гостях у аристократов. Он выразил свое отношение к коллеге только откровенным и выразительным взглядом, который стоил многих слов, а вслух сказал спокойно и вежливо:
— Овсянка была на завтрак, профессор, вы проспали, вероятно.
— Как бы не так! Проспал! Да я с утра чуть вообще сна не лишился! Пошел сдаваться вашему местному детективу, как его там. Но тот был не в настроении. Заявил, что место маньяка в его округе отнюдь не вакантно, и чтоб я не вздумал впредь на него посягать.