Страница 41 из 69
— А вы не пробовали разогнуть подкову? — внезапно поинтересовался у лорда Лейзерс.
— Представьте, случалось, — почему-то смутившись, признался Крейстон, и профессор не успел спросить, были ли эти попытки успешными, так как Крейстон опять вернулся к разговору с Роем.
— Право, Рой, вы меня озадачили, я-то был уверен, что мой рост результат акселерации.
— Не без того, сэр, прибавка в росте, как и у всех других из вашего поколения, конечно, имеет место быть. Но я только хотел напомнить, что крупные и сильные мужчины в вашем роду не редкость. Это легко доказать. Возьмите какой-нибудь раритет, изображенный на портрете, для масштаба, и измерьте рост... ну хотя бы легендарного лорда Алого меча. Насколько я помню, меч был из дамасской стали и узоры отливали на солнце багрянцем. Мало кто решался вступить с лордом в поединок, после того как он извлекал из ножен свой пылающий алый меч.
— Вы меня сразили наповал, Рой, я сам бы ни за что не додумался, — признался лорд и задумчиво пригубил бокал старинного портвейна. Миссис Рой давно уже покинула мужчин. За столом, по обычаю, джентльмены наслаждались винами без дам.
Профессор Ривз тоже был несколько озадачен. Он никак не ожидал от простодушного на вид хозяина гостиницы таких мыслей и таких познаний. Он гораздо меньше бы удивлялся, если бы знал, что старина Рой разделял с покойным Барри Монстром его увлечение археологией и даже вел полевой дневник, причем весьма скрупулёзно. Ривз мельком взглянул на своего коллегу, но Лейзерс совершенно не был удивлен, его лицо выражало явное торжество. Ривз понял, что Лейзеррс, не довольствуясь интуицией и возможными озарениями, начал с того, что как всегда на месте будущих исследований опросил население, получив необходимую информацию. «Ползучий эмпирик» — подумал Ривз, но не стал озвучивать свои мысли, чтобы не добавить повода для очередного торжества своего коллеги-соперника.
— Но, — сказал Ривз, внезапно осененный новом озарением, — А как же быть в том случае, если убийца в роще это один человек, а тот, кто напал на Черри, другой? Допустим, на Ливси вы не нападали, но теоретически могли напасть на Фелпс и Дорис? Оставим пока без внимания мотив. Его на первый взгляд нет. Но как насчет алиби на первые два нападения?
— Его у меня нет, — спокойно признался лорд, — и от того, что его вообще нет ни у кого, кроме банды Стюарта, вас и профессора Лейзерса, легче не становится.
— А если это все же один и тот же субъект? — спросил Лейзерс, — Просто Черри повезло.
Крейстон скомкал салфетку, и по его лицу прокатилась волна сдерживаемого гнева.
— Повезло? Нет, ей гораздо больше повезло бы, будь она на Мальте с Греем. А теперь пока это чудовище не изловят, ей вообще покоя не знать. Он напал на нее без мотива. Просто вошел во вкус и выбрал теперь ее. Если это один и тот же тип, то в случае с девушками в роще он мог просто не совладать с гневом, убив Кейси, убить Фелпс в панике, как свидетельницу... А уже после этого открыть в себе убийцу. Возможно, произошел слом в его психике.
— Ну, мы все же не в романе Достоевского, я надеюсь, — возразил Лейзерс, — Да и у него Раскольников, как известно, убив ростовщицу, убил свидетельницу в состоянии аффекта. Но потом не пошел искать себе новую жертву, открыв для себя наслаждение в процессе убийства.
— Не спорь, Лейзерс, — вмешался интуитивист Ривз, радуясь случаю возразить эмпирику, — Из любого исключения случаются правила.
— То есть?
— Не сравнивай русских маньяков, с их патологической рефлексией и наших, абсолютно ее лишенных. Вспомни хотя бы Джека Потрошителя.
— Так вы думаете, господа, что это все же маньяк? — встревоженно спросил Рой.
— Не исключено, — сумрачно кивнул Ривз, — Но время покажет.
— Не дай бог! — возмутился Лейзерс, — Что оно покажет, это твое время? Нападут на еще одну девушку?
— Может быть, даже и не на одну...
— Да типун тебе на язык! Скрути свое воображение и интуицию в узелок! А то тут такое начнется.
— Причем тут моя интуиция? — возмутился Ривз.
— Давайте лучше рассмотрим еще один аспект, и может, найдя мотив, попробуем вычислить того, кому выгодно — поспешил развести спорщиков лорд.
— То есть, если девчонок придушили просто для того, чтобы доставить вам неприятности, а затем, возможно, и подвести улики под ваше лордство, это может быть ваш тайный недоброжелатель? Есть такие?
— Желающих доставить мне неприятности в округе полно, но убивать... Для этого должен быть гораздо более веский мотив.
— Так! — опять воспрял Ривз, — А если мотив кроется в другом? Если вас хотят устроить на пожизненное довольствие в места известные, как убийцу, а тем временем завладеть вашим замком?
— Да какой смысл. Он все еще майорат. Будучи в заключении я все так же буду оставаться лордом Крейстоном.
— Ну, в тюрьме до вас могут добраться и устранить физически. Кто ваш наследник?
— Его нет.
— То есть?
Крейстон снова отпил из бокала и неохотно пояснил:
— В нашем роду, уж не знаю сколько поколений подряд, рождается только один сын. Вечная морока собирать гостей на Рождество, ни двоюродных, ни троюродных... Вообще никакой родни.
— А по материнской линии? — осторожно поинтересовался Лейзерс.
Крейстон задумался, припоминая, воспоминания явно были трагическими.
— Мои родители погибли в том необъяснимом, трагическом происшествие с паромом. Насколько я знаю, в спасательных работах участвовали и добровольцы из отдела подводной археологии Британского Музея?
— Было такое, — мрачно кивнул Ривз.
— Вы приняли тогда мужественное решение, мистер Лейзерс, мистер Ривз... Для вас, неподготовленных к такому аквалангистов, и ведь ни один из вас тогда не отступил. Участвовали в спасательных работах до конца. Как мне помнится кто-то из ваших даже погиб?
— Доннован, — тихо сказал Лейзерс, — После этого гражданских сразу же отстранили.
— Но не вас с мистером Ривзом?
— Ну, мы еще были тогда резервистами... Хотя, могли остановиться. Никто не заставлял.
— Но не остановились?
— Это было просто невозможно, Крейстон, — сказал Ривз, — Это просто было невозможно бросить на полдороге. Наши нервы или будущие кошмары не стоили и щелчка пальцев, по сравнению с тем муками, которые испытывали родственники погибших на берегу. Никогда не забуду их лица... там, на причале. Их лица, обращенные к нам, когда мы возвращались каждый вечер
— Мы искали Армаду неподалеку, — перебил коллегу Лейзерс, — Снялись с якоря сразу же, как только наш радист поймал SOS. К сожалению, живыми мы спасли немногих. Только тех, кто был на верхних палубах...
— Мои родители были на верхней палубе, — сказал Крейстон, — Но тоже погибли, правда их почти сразу нашли... похоронили задолго до окончания спасательных работ. Другим повезло гораздо меньше. Мама у меня из Девенпортов. Старинная обедневшая семья. Дед был геологом в Кении. Я унаследовал от него заброшенные рудники. Их даже не национализировали до сих пор. Мама осиротела незадолго до замужества. Нет, с ее стороны тоже никакой родни.
— Значит, если убийца целит в вас, то это какая-то сверхъестественная ненависть к вам лично. Кто это тогда? Может не из местных? Может быть вы обзавелись этим тайным врагом в годы службы?
— Десантник душитель? — изумился Крейстон, — да я скорее поверю в то, что это я сам в припадке выдуманной Симменсом лакунарной амнезии, убил этих несчастных девушек.
— Но в случае с мисс Ливси, не поможет и ваша амнезия, — возразил Рой.
— Не знаю, не знаю, — задумчиво пробормотал лорд, — Может я и в случае с ней как-то исхитрился...
«Пожалуй, ему довольно, — подумал Ривз, — Конечно, за домашним столом нянька-повар питомца крепкими напитками не балует...»
— Погодите, — оживился Лейзерс, — А с какого времени ваш род обходится без кузенов? Вы могли бы точно это установить?
— Если напрячься и поднять архивы...
— Архивы есть не только у вас. Может кто-нибудь уже и напрягся их поднимая... — включил свою интуицию Ривз, — И вот теперь, пока вы не женились и не обзавелись наследником, этот кто-нибудь все спланировал и все устроил. Задушил девушек, навел подозрение на вас, а сам затаился и дожидается теперь, когда вы, внезапно осознав содеянное, покончите с собой. И самоубийство вам он устроит в самом лучшем виде, будьте уверены. Комар носа не подточит. А после вашей кончины, когда герольды сосчитают степени родства и вычислят нового лорда Крейстона, то-то он удивится! И уж у кого алиби будет железобетонным, так это у него, не стоит даже сомневаться.