Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 46 из 54

Поняв, что разговор окончен, Элвин совершенно искренне поблагодарил Музу и попрощался с ней, пообещав зайти на следующий день. Он нисколько не жалел о том, что обратился к девушке – она очень быстро во всем разобралась. Соломон бы на ее месте, скорее всего, даже не подумал решить проблему таким легким способом. Вернувшись в свою квартиру, Элвин с довольным видом сделал несколько несложных па и только после этого заметил, что девочка, выбравшись из своего укрытия, с интересом наблюдает за ним.

- Ой, - смутился молодой человек, - а что ты здесь делаешь?

- Захотела попить воды, звала тебя, но ты не откликнулся. Неплохо танцуешь. Есть повод?

- Да. То есть может быть, пока не знаю. Извини, я выходил на некоторое время по делам, поэтому не слышал тебя.

- Что за дела? Если не секрет, конечно.

- Никаких секретов  между нами, - Элвин решил, что не стоит делать тайны из цели его визита к Музе. – Я заходил к знакомой, и мы с ней немного посоветовались о том, как дальше быть. Мне кажется, что у нас может кое-что получиться.

- Например? О чем ты?

- О Максимилиане. И о тебе, конечно. Ты ведь не хочешь переезжать, верно?

- Не хочу.

- Вот и хорошо. Возможно, нам удастся решить с твоим отцом вопрос таким образом, что тебе больше никогда не придется мотаться из города в город.

- Интересно было бы знать, как тебе это удастся.

Элвину вдруг пришло в голову, что он, увлекшись своей ролью спасителя, даже не удосужился спросить у девочки о том, чего, собственно, она сама хочет. Может быть, Фана не пожелает остаться с ним. Испугавшись этой мысли, молодой человек постарался не думать о таком развитии сюжета и переключиться на более приятные ему темы.

- Садись, - Элвин удобно устроился на диване и похлопал рукой по месту рядом с собой. – Скажи мне, ты бы хотела остаться со мной?

- Конечно. А папа?

- О нем мы еще поговорим. Сначала о нас с тобой. Я знаю, что не смогу заменить тебе родителей, но я твой друг, и намерен им остаться. Даже если ты вдруг решишь вернуться к отцу, знай, что это ничего не изменит.

Молодой человек не знал, зачем сказал это, и теперь с замиранием сердца ждал, что же ответит девочка. Однако та, похоже, то ли не обратила на последние слова внимания, то ли просто не поняла их значения. Так или иначе, но Фана продолжала молча смотреть на своего собеседника. Вздохнув с облегчением, он продолжил.

- Но совершенно ясно, что Максимилиан не способен сейчас позаботиться о тебе – рано или поздно ему не удастся выпутаться, и тогда рядом может не оказаться никого из близких. Тебе нужно объяснять, что происходит с детьми, у которых нет родных и чьи родители при этом попадают в тюрьму?

Девочка насупилась и отрицательно помотала головой. Элвин не испытывал особой радости от необходимости давить на ребенка, но при этом понимал, что у него просто не было времени для политесов и нежностей. Тем не менее, ему хотелось как-то поддержать ее, и поэтому он постарался как-то показать ей, что они все еще друзья, несмотря на ситуацию и его неожиданный статус попечителя. Приглядевшись к Фане, он заметил, что она сжимала в руках какую-то фигурку.

- Что это? Кукла? Я не видел ее раньше у тебя. Покажи.

- Это не просто игрушка.

Девочка продемонстрировала заинтересовавший Элвину предмет, и тот увидел, что это был деревянный истукан, вырезанный из дерева, скорее всего, вручную. Он хотел его взять, но Фана отдернула руку, наставительно подняв указательный палец:

- Это Либер, бог свободы. Я не могу отдать тебе его, иначе он обидится на меня.

- Надо же, - поднял брови молодой человек. – А зачем же тебе нужен этот… Либер?

- А зачем человеку нужна свобода? – отозвалась Фана.

- И то верно.

Наступило неловкое молчание, в течение которого Элвин пытался решить, достаточно ли он сказал девочке – или стоило более подробно обрисовать ситуацию. С одной стороны, ему не хотелось посвящать ее в подробности их с Максом предполагаемой сделки, поскольку она не казалась ему полностью этичной, однако, с другой, он не видел иного способа заставить соседа отказаться от притязания на ребенка. Впрочем, вскоре оказалось, что маленькая фея умела ориентироваться в реалиях современного мира гораздо лучше, чем можно было предположить. Спрятав древнего божка в карман, она внимательно посмотрела в глаза своему собеседнику и кивнула, видимо, придя к какому-то выводу:

- Значит, ты решил заплатить ему? И много?

- Что? То есть… С чего ты взяла? – смутился молодой человек.

- Да ладно тебе, - отмахнулась Фана. – Я ведь не дурочка какая-нибудь, кое-что понимаю.

- Ну, а если и так, - осторожно спросил Элвин, - что ты скажешь об этом?

- Тебе что, нужно мое благословение? Разве ты уже не принял решение за нас обоих?

- Не говори так! – ему вдруг стало отчего-то стыдно, и он поспешил оправдаться перед ребенком. – Если ты сейчас скажешь мне, что хочешь остаться со своим отцом, я ни в коем случае не стану вам мешать и даже помогу собраться в дорогу. Но ты ведь этого не хочешь, верно?

- Все правильно, - помолчав пару секунд, ответила девочка. – На самом деле мне очень хотелось остаться здесь, но только при том условии, что и папа сможет быть с нами. Но это невозможно. Я это знаю точно, так что можешь не успокаивать меня.

Элвин с трудом сдерживал радостную улыбку и, понимая, что подобное выражение чувств, по меньшей мере, неуместно, закашлялся, чтобы как-то объяснить краску, залившую его лицо.

- Ну, что ж, - наконец, пробормотал он. – Тогда мы, наверное, можем больше не говорить на эту тему.

- Последний вопрос, - Фана подняла руку, как в школе.

- Давай.

- Как много ты готов заплатить? Я знаю отца – если он и пойдет на такое, то точно не за печеньку.