Страница 64 из 90
Денис рывком потащил ее к берегу. Анна спотыкаясь, бежала следом.
– Показывай! Я достану тебе его, и мы уберемся отсюда! Меня все это жутко утомило! – Денис говорил громко и жестко. Анна чувствовала себя, словно под прицелом. Куда делся чуткий и внимательный мужчина?
Они обогнули озеро. Анна показала на черную точку в воде и отшатнулась от яростного взгляда Дениса. Горели локти и, казалось, кожа слазит в тех местах, где Разумов прикасался.
Он сжал губы и, сняв спортивки и футболку, нырнул в воду.
Савина вздрогнула от долетевших до нее брызг. Ее странно кидало то в жар, то в холод. Подозревала, что повышается температура, но старалась не зацикливаться. Только простуды не хватало! За всю жизнь болела раз десять, а здесь все и сразу.
Проводник проплыл до указанной точки. Некоторое время пробыл под водой, а потом вернулся к берегу.
На улице резко потемнело, ветер зашевелил кусты и траву. Анна посмотрела на темно-фиолетовое небо и сглотнула. Денис прав. Он всегда прав.
– Вот! Убедись, что это вовсе не то, что ты ищешь! – рявкнул проводник, бросив ей под ноги булыжник, затем снова скрылся под водой. Проплыл чуть дальше к водопаду.
Анна подняла камень – обычный гранит, просто темный. Запустила его в кусты, злясь сама на себя. Как можно быть такой дурой?
Савина съежилась от очередного порыва ветра. Долина гудела и шумела, скрипели старые деревья, палатка трепетала и хлопала тонкой тканью.
Над черными мертвыми зарослями плавала белая дымка, издали похожая на куст перекати-поле, залетевший с полей. Дымка посидела на верхушке одного из деревьев, покачалась из стороны в сторону, затем, спрыгнув вниз, полетела на кусты шиповника.
Анна не могла отвести от нее взгляд. Ветер гнул ветки к северу, а светлое облако улетало в обратную сторону.
Денис резко вынырнул из воды, Анна в испуге подпрыгнула.
– Смотри! Что это? – спросила она и потянулась за камерой.
– Не смей! Слышишь?! – закричал Разумов, выбираясь из воды.
Анна не поняла, о чем он и начала настраивать объектив. Проводник подскочил и выбил камеру из рук. Та полетела в траву.
– Что ты делаешь? – Анна ошарашенно посмотрела на Дениса. С него капала вода, губы поджаты и тонки, глаза прищуренные, между бровей несколько глубоких складок.
Савина аккуратно обошла его, стараясь не коснуться, и наклонилась взять фотоаппарат.
– Ты совсем, что ли?
– Думай, что хочешь! Но ты не будешь снимать! – Разумов наступал. Выглядел страшнее Дмитрия в пещере. Какое парадоксальное совпадение. Сейчас снова бежать некуда.
Анна сглотнула и отступила, пряча фотоаппарат за спиной. Под колено вонзилась очередная игла страха.
– Я не понимаю, – пробормотала.
– Ты – дура! Что ты можешь понимать? Только полная идиотка могла согласиться на дело, не имеющее смысла! – рычал Денис и медленно приближался к ней.
Анну передернуло от бежавших по спине мурашек.
Дымка покружилась над корягами и улетела в сторону долины. Ветер засвистел за ухом, бросая в лицо песок. Анна зажмурилась на секунду и не заметила, как Разумов добрался до нее. Камера тут же оказалась у него в руке.
– Денис!
– Нет! Я сказал, ты не будешь снимать!
Анна оттолкнула проводника, вложив все силы в удар, и пошла в сторону палатки. Ее качало от слабости.
– Уже и нечего снимать! – бросила обреченно.
Денис шел следом.
Возле костра Анна резко обернулась. Голова слегка закружилась, но на ногах получилось устоять.
– Так вот что было в твоем взгляде! Каждый раз, когда мы говорили об этом озере – ты знал правду! Поэтому не позволил другим идти со мной: ты не хотел, чтобы кто-то узнал! Это я дура? Так знай, даже без снимка, я все равно напишу!
– Пиши, – холодно ответил Денис, рассматривая фото на экране и криво ухмыляясь. – Кто тебе поверит? Ты всего лишь журналистка из желтой прессы, – брезгливо добавил он.
– Ты… – Анна запнулась.
– Что я? Воспользовался тобой?
Савина поморщилась. А что она хотела? Сама не лучше!
– Молчишь? Совместила приятное с полезным и возмущаешься?
Рука неосознанно дернулась и хлестнула проводника по щеке. Он не дрогнул. Красное пятно стало проявляться на его лице. Денис сощурился и скрипнул зубами.
– Лучше бы ты не спасал меня, – прошипела Анна и ушла в палатку. Там принялась торопливо скидывать вещи в рюкзак. Слезы текли по щекам и обжигали кожу, будто плеснули в лицо кислотой.
Голова кружилась, желудок тянуло. С утра она выпила лишь глоток воды.
Анна поняла, что нельзя никому верить. Тем более она сразу чувствовала, что с Разумовым что-то не так.
Отбросила в сердцах рюкзак в угол и, опустив голову на колени, бесшумно разревелась.
Ветер усиливался. Он свистел так громко, что перебивал даже шум водопада. Зашуршала палаточная ткань.
– Собирайся, нам пора идти, – голос проводника был сухим и скрипучим. Анну покоробило.
Она приподнялась, отвернув лицо, чтобы он не видел ее слез, и стала складывать оставшиеся вещи.
– Шевелись. Еще палатку складывать, – Денис бросил под ноги ее вещи, которые сушились на ветках. Такое пренебрежительное отношение больнее пощечины. Она понимала, что это все. Дороги назад нет. Нужно идти дальше. В прочем, как всегда.
На улице темнело. Небо стало тяжелым, казалось, сейчас треснет кроваво-черное полотно и их затопит вместе с этим озером и его тайнами.
Холод пробирал до костей – толстовка не особо согревала. Анну колотило. Признаваться в этом проводнику она не собиралась, как и говорить о том, что голодна. В ней еще осталась капля гордости.
Пока Денис складывал палатку, она стояла в стороне и разглядывала ту сторону, куда улетела дымка.
Что это было? Почему Денис запретил снимать? Он что-то знает! Но ей не скажет. Как она могла думать сейчас об этом, если им угрожает более серьезная опасность?