Страница 57 из 90
Когда попыталась встать, проводник сцепил руки на ее талии и не позволил подняться.
– Что? Ты ушибся? – испугалась Савина и стала его осматривать.
Денис блаженно ухмылялся, прикрыв глаза.
– Да, немного.
– Что именно? – снова попыталась встать, но беспомощно ерзала и не могла высвободиться из его объятий.
Жар накапливался так быстро, что Анна едва ему сопротивлялась.
Денис, слегка подтолкнув вверх, перевернул ее на спину. Навис над ней.
– Силу воли, – наконец, сказал тихо проводник.
Он долго рассматривал Анино лицо и касался подушечками пальцев кожи. Переложив на плечо выбравшиеся из хвоста волосы, он скользнул ладонью по шее.
Анна приоткрыла рот, но ничего не смогла сказать. Сердце колотилось, как колокольчик на дверях. Страх отступил. Нахлынула эйфория, которая грела изнутри, словно большое огненное солнце.
Разумов опустился ниже. Анна чувствовала жар его тела каждой клеткой. Сама потянулась к нему и поцеловала в губы. Зачем упираться, если он ей нравится? Отодвинулась в неуверенности. А вдруг высмеет?
Денис все смотрел и смотрел. Его глаза горели зеленым пламенем. Губы приоткрылись, выпуская шумный горячий воздух Анне в лицо.
О чем он сейчас думает?
Савина смело провела рукой по его лицу, измазанному пылью и травой: мягкая линия скул, ямка на подбородке. Завела ладонь за крепкую шею, почувствовав биение пульса.
Другое чувство из глубины души затмило все переживания и страхи. Оно накатывало волнами и до приятной боли сдавливало грудь. Запустила пальцы в его растрепанные волосы, побродила по затылку.
Денис, тяжело выдохнув, склонился и поцеловал теплыми губами ее плечо.
Анна слышала его аромат. Аромат терпкой хвои и свежесть скошенной травы. Потянула шумно носом, выгибаясь ему навстречу.
Разумов отстранился, словно задумался. Секунду всматривался в лицо Анны, а затем прильнул к губам: страстно и неистово. Сильные руки пробрались под спину, прижимая.
С губ Анны сорвался надсадный хрип.
Теплый язык скользнул по небу. Савина, вцепившись пальцами в мягкие волосы проводника, потянулась к нему, как к берегу льнут упавшие листья. Сладкий вкус поцелуя дурманил и растворял страхи и переживания. Очищал от кошмаров и иллюзий, заставлял верить в то, что все еще может быть хорошо.
Денис внезапно оттолкнулся. Уперся руками в землю по обе стороны Анны.
Лицо пылало. В кончиках пальцев, не прекращая, пульсировал ток.
Разумов закусил губу и невесомо коснулся ладонью ее щеки. Затем выдохнул и, опустив голову, поцеловать шею.
– Аня, останови меня. Я прошу, – прошептал умоляюще.
– Не могу… – голос звучал странно, словно не ее вовсе.
Денис приподнялся. В глазах необъяснимая тоска, на щеках румянец, губы припухшие от поцелуев. Анна облизнулась: в горле пересохло.
Разумов тут же среагировал:
– Прекрати… Иначе я просто не справлюсь с собой.
– Это плохо?
– Уж-жа-а-асно! – сыпнул смехом Денис. Он приподнялся и подал руку Анне. Она немного качнулась, но проводник придержал широкой ладонью спину.
Дыхание прерывалось, а голова шла кругом. В пальцах рук и ног легкое покалывание.
– Вечереет. Нам еще до озера добраться, – проговорил Денис, обнимая и не отпуская Анну.
Они все еще были связаны.
– Только не говори, что придется снова с веревкой, – улыбнулась Савина.
– Тебе не понравилось? – проговорил Денис мягко.
Его теплая рука гладила спину, прочерчивая горячие дорожки по позвоночнику. Пусть бы этот миг не заканчивался. Может, ради этих ощущений и стоило пойти на рискованное задание?
Анна чуть дернулась от собственной мысли. Не стоит обманываться. Это всего лишь легкое увлечение, и скоро придется уехать. Так что нужно воспринимать происходящее, как развлечение и приятный бонус к заданию.
Терпкий привкус фальши катался во рту, но Анна ничего не могла с собой поделать. Отец пока был важнее объятий и поцелуев.
И, некстати, вспомнился Дмитрий.
Как легко она перебегала от одного мужчины к другому: Денис и Дима, будто два костра, что влекли в потемках. И все равно какой выберешь – сгоришь. Хоть Анна и решила твердо, что серьезных отношений в этом городе у нее не будет, но сердце предательски сжималось от чувств. Может, так легко поддаваться их чарам, потому что будущее невозможно? Но Разумов меньше всех заслуживает такого отношения. Хотя, как она могла быть в нем уверена? Ведь знает его несколько дней. А вдруг он тоже хочет просто ею воспользоваться?
– Да, пожалуй, ты прав – нужно идти, – сказала Анна и, отстранившись, опустила виновато глаза.
Денис отцепил крепежи. Савина заметила, как дрожат его руки. Освободившись, пошла искать в траве свой рюкзак.
Разумов постоял немного и, собрав веревку в кольцо через локоть и ладонь, аккуратно сложил ее под скалой. Он прятал взгляд, молчал и кусал губы. Чувствовалось, как накаляется воздух от их эмоций почти как накаляется воздух перед грозой.
Денис забросил на спину рюкзак и пошел вперед. Молча.
Анна лишь сейчас заметила, что здесь туман не был таким страшным, как смотрелся сверху. Всего лишь легкая поволока в воздухе.
До подножья гор растягивался широкий простор. Дальше долина сужалась и вилась тонкой зеленой кривой линией меж двух горных цепей. Когда-то здесь было русло реки.
Чуть правее росли редкие деревья. На некоторых виднелись плоды, скорее всего яблоки – как раз сезон. Но слишком далеко, чтобы разглядеть получше.
И вовсе это не мертвый лес. Анна даже улыбнулась собственным нелепым страхам. Напротив, здесь часто бывало солнце, а высокая влажность позволяла растениям бурно развиваться. Почти тропики.
Долина усеивалась яркими полевыми цветами: высокие мальвы среди зеленого буйства пестрели алыми и малиновыми точками; горошинки пижмы напоминали маленькие солнечные зайчики, разбросанные по траве. Поляна заросла приземистым подорожником. Его листья лоснились на свету, словно натертые воском.