Страница 88 из 115
— Мы, конечно, сделали большую ошибку, передав ваших офицеров немцам. Кроме того, часть разбежалась, многие подались в другие страны, некоторые умерли в дороге от болезней. Никто ведь не гарантирован от болезней… Вы приготовьте, пожалуйста, списки. Мы еще раз поищем…
Так отвечали в ведомстве Молотова. И в ведомстве Берии.
…Тела польских офицеров были разысканы в Катынском лесу…
Без «помощи» советских властей, под контролем международной комиссии. И потрясенному миру явилась картина массового убийства.
Эту услугу Сталин оказал Гитлеру весной 1940 года. Исполнители акции — Берия и Меркулов.
И вот, два года спустя, приходится думать о спасении репутации Отца Народов. Сталин решил свалить вину за катынское злодеяние на бывшего союзника.
…Морозной февральской ночью колонна крытых грузовиков двигалась по Минскому шоссе. В кузовах лежали ящики самой разнообразной формы: квадратные, треугольные, даже круглые. Те ящики ничем не напоминали гробы.
По московским улицам крутила снежная метель. Вот и пункт назначения — Институт судебной медицины. Разгрузили машины во дворе Института, затем ящики с телами расстрелянных поляков занесли внутрь здания. Через день колонна тронулась в обратный путь. Теперь в трупах находились уже немецкие пули, а в карманах униформы — соответствующие газеты и фальшивые письма. Можно посылать свою комиссию.
26 сентября 1943 года в «Правде» появилось сообщение советской комиссии: катынское кровопролитие устроили немцы. Для вящей убедительности Акт комиссии подписали митрополит Николай, писатель Алексей Толстой, академик Потемкин, два генерала, а также известные медики. В числе последних — Прозоровский, директор Института судебной медицины. Того самого…
Мир не поверил фальшивке. Тогда «Правда» опубликовала сообщение вторично — на полном развороте газеты.
Мне довелось впервые увидеть тот знаменитый номер на Воркуте, в заключении. В лагере находилось много поляков. Однажды в барак зашел в сопровождении охраны начальник лагпункта, грузный и вечно пьяный полковник. Их десятками присылали на Печору, на Воркуту из оккупированных стран Европы, с Дальнего Востока. Как правило, эти офицеры знали то, что не полагалось знать сотрудникам ГБ. Видимо, не всех исполнителей сталинских предначертаний уничтожили…
…Полковник, покачиваясь на коротких ногах, смотрел мутными тазами на поляков. Они стояли перед начальством по стойке «смирно», люди-скелеты, в серых телогрейках, а начальник крыл их густым «рассейским» матом.
— Мало я вас в Катынском лесу пострелял!..
Я был в том бараке и слышал это сам.
Со дня Катынского Злодеяния прошло сорок лет. До сих пор советским людям не ведома правда.
Ошибаются те, кто полагает будто Сталин был глубже и сложнее Гитлера (Конквест). Личность Сталина достаточно примитивна. Его образованность — одна видимость, игра в интеллигентность. Впрочем, Гитлер считал его начитанным человеком.
Сталин о Гитлере высказывался менее лестно — в беседах с Иденом и Рузвельтом, во время войны. Гитлер, по мнению Сталина, хотя и не лишен способностей, но некультурен и суеверен.
Пожалуй, в отношении «культурности» они стоили друг друга, Адольф и Иосиф.
Сталин был хитрей Гитлера. Хитрей и коварней. В жестокости он тоже не знал себе равных.
«Он жесток как зверь, но подлость у него человеческая» — сказал о нем Гитлер[215].
Сталин был старше Гитлера на десять лет и превосходил его опытом политической борьбы. Мнение, будто Сталин более сведущ в области военного искусства, ошибочно. Сталин-стратег был отменно бездарен.
Не следует думать, будто диктаторы были людьми не от мира сего. Сталин собственноручно высаживал березки на берегу озера Рида, в горной Абхазии. Гитлер возился с любимой овчаркой, даже на фронт брал ее с собой. В отличие от Сталина он выезжал в действующую армию часто, и далеко не всегда навязывал свои некомпетентные решения генералам.
Не откажешь Гитлеру и в мужестве. О трусости Сталина сказано довольно. Гитлер считал его «настолько осторожным человеком, что если у него в руках будет пистолет, а у его противника только нож, то он все равно нападет на него только на спящего»[216].
Удивительная проницательность!..
Незадолго до нападения на Советский Союз Гитлер сказал приближенным:
«Когда я завоюю Россию, поставлю правителем Сталина, конечно, под немецким контролем, потому что никто лучше его не умеет обращаться с русским народом»[217].
В этой шутке заложен серьезный смысл.
Жил в те годы в России известный ученый, профессор церковного права Владимир Николаевич Бенешевич, отмеченный самим Римским папой. Бенешевич, один из немногих чудом уцелевших «старорежимных» ученых, переписывался с немецкими коллегами. Однажды он получил из Берлина письмо с непременной концовкой «Хайль Гитлер!». Как тут быть? Профессор посоветовался с кем надо и послал ответное деловое письмо, которое закончил кличем — «Да здравствует товарищ Сталин!»
Да, они нашли друг друга, Иосиф Сталин и Адольф Гитлер. И могли бы полюбовно поделить Земной шар.
Да вот, — не судьба…
Во главе пятой колонны
Год 1904.
«Шапками закидаем!» — так началась война с Японией. Кончилась она падением Порт-Артура и гибелью эскадры.
В 1939 году шапками решили закидать Финляндию. «До драки не хвались, недолго и без головы остаться». Сталин вряд ли слыхал эту финскую пословицу. А если бы услыхал, что с того?
Более полумиллиона красноармейцев сложили свои головы на Карельском перешейке. Своей головой Сталин не рисковал никогда.
Но и года не прошло, как Ворошилов провозгласил:
— Мы будем воевать малой кровью!
— Красная Армия будет бить врага на его территории!
— Летать быстрее всех, выше всех, дальше всех!
Эти обещания-лозунги оказались столь же эфемерными, как и остальные лозунги эпохи сталинщины. Привольно леталось «мессершмитам» в советском небе с первых дней войны.
В речи перед выпускниками военных и военно-морских академий 5 мая 1941 года генсек намекнул, что если война и начнется, то не ранее 1942 года. Он искренне верил, что схватил судьбу за рукав и может не торопясь закончить подготовку к ней будущей весной.
Предупреждения о близком нападении сыпались со всех сторон — точные, достоверные. И не только от Зорге и немецкого посла. Но Сталин знал, что армия не готова к войне. Значит… Гитлер подождет. Советский народ мог не беспокоиться, было же обещано:
«Ни одной пяди чужой земли мы не хотим, но и своей земли, ни одного вершка своей земли не отдадим никому»…
Задабривая Гитлера щедрыми поставками, Сталин надеялся создать запас времени.
Чем бы это еще умилостивить фюрера? И Сталин распорядился немедленно закрыть в Москве дипломатическую миссию Югославии, а заодно посольства оккупированных немцами Норвегии, Дании, Бельгии, Греции. И еще один шаг вразрез с партийными доктринами во вред государственным интересам: Сталин признал пронацистское правительство Рашида Али Гайлани в Ираке.
Затем глава правительства устроил театральное представление на Казанском вокзале. 13 апреля на родину отъезжал министр иностранных дел Японии Мацуока. Только что был заключен договор о дружбе с Японией. Сталин явился на вокзал (случай чрезвычайно редкий) и на виду у всех сердечно обнял немецкого посла графа фон Шуленбурга: «Мы должны оставаться друзьями, и вам надо все сделать для этого», — сказал на публику Сталин.
Следующая мизансцена — в духе провинциальной мелодрамы. Сталин увидел полковника Кребса, военного атташе Германии: «Мы с вами останемся друзьями при любых обстоятельствах!»
И под занавес — Мацуока в объятиях товарища Сталина. Японскому министру генсек сказал: «Мы тоже азиаты».
215
С. Буварин.
216
С. Буварин.
217
С. Буварин.