Страница 8 из 12
Гиревич профессионально загримировал Амбрози. Через чёрный выход они покинули здание, а спустя час уже вылетели на частном самолёте в столицу Урала - Екатеринбург.
На аэродроме 'Кольцово' их дожидался автомобиль, который доставил на территорию пустующего завода, где они временно арендовали складские помещения. Там их встретил помощник Гиревича и провёл к месту хранения оборудования, закупленное в 'Концерне' 'Энергоатом'.
Глава 4
Вадим Карасев ловко лавировал по дороге жизни, но иногда срывался и попадал в места лишения свободы. Но и там он умел приспособиться и находил общий язык с авторитетами колоний, одновременно стучал на своих же братков в опер часть, где проходил по оперативным документам как агент 'Карась'. А когда вышел на свободу, то его привлёк к себе в качестве осведомителя оперативник из УГРО старший лейтенант Рыбаков. Вот уж поистине попал 'Карась' на крючок рыбака.
Стучал 'Карась' на местную братию, с которой подъедался на местном рынке, собирая мзду у предприимчивых азиатов. Время шло, его доходы росли. Одним словом у 'Карася' всё в жизни наладилось: на работе его уважали как те, так и другие.
Карасёв всегда умел находить нужные связи. Так и на зоне Карасёв познакомился с Евгением Красниным и Геннадием Шихманом и понял, что эти люди для него очень ценны. После освобождения они осели тут же на Урале, у них возникли общие интересы.
Постепенно Карасёв стал обживаться, заимел крупногабаритную квартиру. Но прежде пришлось владелицу трёх комнат одинокую хрупкую благообразного вида старушку - божий одуванчик отправить доживать свой век в сумасшедший дом. И в этом ему помог врач - психиатр Ашот Гиревич.
Да и стоило ему это не так дорого: немного отстегнуть нотариусу, столько же главврачу психбольницы. Только вот Гиревич деньги не взял, а лишь похлопал его по плечу и напоследок хитровато так осведомился: 'Когда помощь понадобится, надеюсь, не откажешь?'. Как после этого ему можно было отказать?! И Карасёв оказался в долгу перед Гиревичем.
А старушка - божий одуванчик много страдала в психиатрической лечебнице, проклинала своего обидчика, пока в мучениях не отдала Богу душу.
Время шло. И вот 'Карась' уже не тот, что был раньше. Бизнес Карасева быстро процветал, ведь делать деньги из воздуха он хорошо научился, а умение лавировать в любой среде его научила сама жизнь, способным учеником которой он всегда оставался.
Теперь Карасев Вадим Викторович крупный предприниматель, у него прибыльный бизнес. Владея заводом по производству паленой и не паленой водки и прочей алкогольной продукции, он прокручивает крупные дела, которые обычному предпринимателю даже не снились. А оперативник УГРО, которому он исправно носил донесения, из старшего лейтенанта стремительно вырос до майора, вскоре уволился со службы и работает уже на него, возглавляя службу безопасности.
Карасёв разъезжает по городу на крутой иномарке с личным водителем, в костюме и галстуке, демонстрируя собственную важность, состоятельность и положение в обществе. Многие люди обделены благами цивилизации, прозябают в нищете, а он как выдвиженец из народа - депутат отстаивает их интересы в областном Совете. Конечно, в большей части он проворачивал тёмные дела, и мандат от народа ему нужен был именно для этого.
Карасев был невысокий плотный мужчина с красным бугристым вытянутым лицом, темными глазами и залысиной в лобной части. Ему уже сорок два года. Он выглядел таким симпатичным и дружелюбным, как обыкновенная гадюка. Он собрал в себе все низменные качества, какие только могут быть у людей. Было известно, что Карасев коварный и жестокий человек.
Сегодня Карасев сидел в удобном кресле зала областного Совета, где принимались законы и подзаконные акты местного значения, и думал совершенно не по существу проводимых здесь мероприятий. Карасёв размышлял о развитии собственного бизнеса на площадях бывшего завода научных приборов, который он совсем недавно удачно приобрёл за небольшие деньги благодаря его обширным связям с нужными людьми.
Заседание Совета закончилось, и Карасев двинулся на выход. Он подумал о том, что бывший губернатор в свое время активно занимался приватизацией промышленных и строительных предприятий и сумел прибрать к рукам основные наиболее рентабельные предприятия. Народ хоть и понимал, что в стране полный бардак, но возможностей и денег у людей не было. Все деньги были сосредоточены в руках губернаторов и банкиров. Именно они имели возможность скупать объекты недвижимости по бросовой цене. И они это делали весьма успешно.
Карасев вышагивал по ковровой дорожке коридора многотысячного чиновничьего улья под названием областная администрация. Атмосфера лукавства, лицемерия и некоторого напряжения исходила от чиновников, встречающихся на его пути. Многие ему протягивали руку, улыбались и заискивали, говорили добрые слова. Он же смотрел на них надменно, подчеркивая собственную важность. В душе он презирал их, как и впрочем, они его.
По центральной лестнице он спустился в огромный холл, где через парадную дверь вышел на свежий воздух. Его 'Мерседес Гелендваген' мягко подкатил к парадному подъезду. Он плюхнулся на заднее сиденье и бросил жевательную пластинку в рот. Автомашина, мягко шурша шинами и ускоряя ход, понеслась по центральной улице.
Карасёв задумчиво уставился на мелькавшие за окном здания, парки и иные достопримечательности столицы Урала.
Неожиданно просигналил мобильный телефон и вывел его из состояния задумчивости. Карасёв взглянул на дисплей. Звонил Гиревич.
- Слушаю тебя, Ашот, - произнёс он.
- Скажи мне, на территорию завода можно проникнуть незамеченным? - спросил Гиревич.
Карасёв уловил в его голосе тревожные нотки.
- Что ты имеешь в виду?
- Существуют ли проходы, лазы по которым можно незаметно пробраться на территорию завода, а затем также его покинуть.
- Нет, конечно. Я бы знал, - изрёк Карасёв, чувствуя, как у него учащённо забился пульс и вспотели ладони. - А что случилось?
- Наша служба охраны ночью засекла на территории постороннего человека. Когда его стали искать, он, как сквозь землю провалился.
-Может быть, им померещилось?
- Возможно, - проронил Гиревич. - Ну, тогда извини за беспокойство.
Связь разъединилась.
Карасёв подумал о Гиревиче. Он знал, что Ашот бросил занятие врачебной практикой в частной клинике и теперь работает в столице в крупной международной компании. Земля полнится слухами и некоторые из них до него доходили. Хорошо зная Гиревича, ему нетрудно было сделать вывод, чем он там занимается.
Карасёв ненавидел Гиревича за то, что тот увёл у него любимую женщину Розалию Шихман, на которой он хотел жениться. Но Карасёв не привык сдаваться и надеялся, что когда-нибудь вернёт свою возлюбленную. Он поддерживал добрые отношения с её отцом - Геннадием Шихман, с которым провёл трудные годы на соседних нарах.
Геннадий Шихман ему благоволил и хотел, чтобы именно Вадим был мужем дочери Розалии. Ашоту Гиреевичу Геннадий Шихман не верил, презирал его, хотя виду не подавал, и об этом хорошо знал Вадим Карасёв.
Две недели назад Карасёву позвонил Ашот Гиревич и напомнил о долге, скорее это был не возврат долга, а странная просьба. Ашот просил предоставить ему в аренду максимум на месяц здание бывшего завода научных приборов, для демонстрации и продажи зарубежным партнёрам новейшего оборудования. Для Карасёва это было пустяковым делом, так как приборы и станки, которые он там хотел разместить, должны были поступить только через два месяца. Карасёв планировал запустить цех по производству ювелирных изделий. Здание всё равно пустовало, и он согласился его передать на время в ведение Гиревича.
А когда Гиревич выставил охрану и запретил кого-либо пускать на территорию, Карасёв заподозрил его в тайных махинациях. На просьбу показать ему оборудование, от Гиревича был получен отказ.