Страница 60 из 107
Велла окинула маленькую королеву ледяным взглядом, а затем с размаху ударила ее по лицу. Гарион ужаснулся – никто никогда еще не бил Сенедру.
– Ребенок мертв, Сенедра, – с жестокой прямотой сказала ей Велла. – И если ты подойдешь к нему, ты тоже умрешь.
Она тащила ее прочь. Через ее плечо Сенедра все смотрела на хнычущего ребенка, протягивая к нему руки.
Бархотка подошла к ней и, обняв за плечи, повернула так, чтобы она не видела ребенка.
– Сенедра, ты должна прежде всего думать о своем собственном ребенке. Ты ведь не хочешь заразить его этой ужасной болезнью?
Сенедра полными слез глазами взглянула на нее.
– Или ты хочешь умереть, так и не увидев его?
Всхлипнув, Сенедра бросилась на грудь Бархотки и горько разрыдалась.
– Надеюсь, она на меня не обидится, – пробормотала Велла.
– У тебя хорошая реакция, Велла, – сказала ей Польгара, – и ты быстро соображаешь, когда нужно.
Велла пожала плечами.
– Я убедилась, что небольшая пощечина – лучшее лекарство от истерики.
– Да, это, как правило, действует, – согласилась ее собеседница.
Какое-то время они шли по улице, а затем, вслед за Фельдегастом, свернули в очередной вонючий переулок. На двери заколоченного склада он нащупал засов.
– Прошу вас, – произнес Фельдегаст, распахивая дверь, и все последовали за ним. По длинному скату они спустились в похожий на пещеру подвал, где Ярблек и маленький жонглер, отодвинув несколько ящиков, открыли вход в туннель.
Они ввели туда своих коней, а Фельдегаст задержался наверху, чтобы снова замаскировать ход.
– Вот так, – сказал он, самодовольно потирая руки. – Теперь никто не узнает, как мы отсюда выбрались. А теперь – в путь!
Мысли Гариона были далеко не лучезарны. Он сбежал от человека, с которым хотел бы дружить. И оставил его в городе, охваченном чумой и пожаром. Может быть, он мало чем смог бы помочь Закету, но это бегство заставляло его чувствовать себя виноватым. Правда, он знал, что выбора у него не было. Цирадис была непреклонна. Подчиняясь необходимости, он отвернулся от Мал-Зэта и обратил свой взор в сторону Ашабы.