Страница 31 из 68
- Хорошо. Дело вот в чем. - Ариадна забралась с ногами на скамейку и обняла руками колени. - Была достигнута договоренность о проведении секретного совещания между высокопоставленным русским чиновником - имя его вам, конечно, знакомо - и представителями некоторых стран данного региона и Северной Африки. Представители тоже занимают высокие посты. Я слышала, что собирался прибыть сам Нассер, но в последний момент вынужден был подыскать себе замену. В конечном счете, согласие на встречу дали все, однако по поводу места проведения встречи неожиданно возникли разногласия. Казалось бы, идеальным местом для такой встречи была бы сама Россия, но двое делегатов заняли правые позиции и упорно не соглашались туда поехать. Завязалась борьба за престиж. В результате было решено провести мероприятие на нейтральной территории - по какой- то причине представители Греции не попали в число приглашенных. За этим, безусловно, скрываются козни турок. Русским следовало бы поставить их на место.
В последних словах Ариадны сквозило мимолетное, но искреннее негодование непримиримого националиста, которое властвует в сердце каждого, пусть даже самого образованного, грека. Лицас не замедлял выразить свое согласие со словами Ариадны кивком головы, но Бонд не обратил на это внимания. Его мысли были уже далеко впереди, анализируя в общих чертах сказанное Ариадной и увязывая ее информацию с той ннформацией, которой располагал он. Напрашивавшийся вывод ужаснул его.
- Итак, - продолжала девушка, - остров оказался тем вариантом, который устроил всех: он удален от коммуникаций, но вокруг много туристов, и внезапное появление делегатов не вызовет подозрений. Выбор пал на Враконис еще и потому, что на одной из оконечностей острова имеется большой дом на скале. Подобраться к нему можно только со стороны моря.
- Мне знакомо это место, - вставил Лицас. - Хитро придумано. Застать их врасплох чертовски трудно, а враг намеревается сделать именно это.
Бонд задумчиво сощурился.
- Подумаем над тем, какую тактику выберет противник.
- Но только, пожалуйста, Джеймс, за стаканчиком узо. - Лицас поднялся из- за стола и подошел к леднику, находившемуся в левой части салона. - Так уж повелось у нас в Греции, что мы ничего не решаем, пока не смочим глотку чем- нибудь бодрящим, а для кофе еще рановато. Нам, современным эллинам, приходится время от времени прополаскивать мозги.
Из высокой плетеной фляги Лицас наполнил стаканы крепким напитком, положил лед и придвинул стаканы собеседникам.
- Из бочки, бутылочному до него далеко. Крепче и не такое сладкое.
Попробовав, Бонд согласился. Ему был приятен вкус этого огненного напитка, создававшего во рту ощущение вязкой прохлады и вызывавшего в желудке мощный прилив теплоты - эти качества Бонд ценил во всех напитках в первую очередь.
- Цель противника, - медленно произнес Бонд, выйдя наконец из состоять глубокой задумчивости, - заключается в том, чтобы ценой гибели возможно большего количества людей сорвать намеченную конференцию и предать дело самой широкой огласке, после чего ответственность за преступление будет возложена на меня и на моего шефа. Но оправдаться мы уже не сможем: наши трупы обнаружат на месте трагедии с вложенным в руки оружием. Само собой, будут при нас и документы, "подтверждающие", что мы действовали по приказу нашего командования. Ни для кого, конечно, не будет секретом, что дело сфальсифицировано от начала и до конца, ни один человек, который знает британцев, этому не поверит, ко ведь мир, увы, состоит не только из наших благожелателей. Тот, кто хочет, чтобы британское влияние в этом регионе - с которым до сих пор приходилось считаться - испарилось за одну ночь, кто хочет, чтобы престиж Британии пошатнулся, чтобы повсюду возникли беспорядки, поджоги, убийства, поверят, или уж, по крайней мере, сделают вид... Нет, Гордиенко нисколько не шутил, когда говорил об угрозе военного конфликта. Похоже, в его словах было куда больше здравого смысла, чем сам он предполагал.
- Постой, Джеймс, - Ариадна порывисто подалась вперед. - Я согласна с тобой во всем, но по- прежнему не понимаю, почему ты с такой уверенностью возлагаешь ответственность на Китай. Американцы ведь тоже способны на такое. Вспомни, как они сели себя на Кубе, в Доминиканской республике, во Вьетнаме; их не остановит...
Бонд хотел было возразить, однако в этот момент Лицас поднял руку.
- Джеймс, разреши, я отвечу. Послушай, милая девочка. Американцы дали тебе образование в афинском колледже Пирса, они же научили тебя английскому языку, объяснили свой образ жизни. Неужели ты оказалась такой неблагодарной и ленивей ученицей, что забыла все это? Разве ты не видишь сама, что нет никакой разницы между опьяневшим от крови боевиком- коммунистом и этим бандитом, убивающим людей прямо на улицах дружественной и мирной страны и открыто похитившим в Англии шефа разведки? Даже самые жестокие профессионалы из Вашингтона не позволили бы себе и помыслить о подобном. Умоляю тебя, Ариадна, забудь о своем институте ленинизма и живи своим умом.
- К тому же, - добавил Бонд, - если твои учителя по- прежнему внушают тебе, что враг номер один - это Соединенные Штаты, то им следовало бы освежить свои теории. В Кремле- то прекрасно отдают отчет в том, что угроза теперь исходит не с Запада, а с Востока. Я полагал, что ты это знаешь.
Ариадна залилась краской. Обдав Бонда полным негодования взглядом, она проговорила все с теми же нотками вызова:
- Что ж, может быть, ты и прав. Не знаю. - Затем, обернувшись к Лицасу, она продолжала. - Но не надо говорить мне об опьяневших от крови коммунистах.
Это звучит, как цитата из... института Линдона Джонсона!
Бонд усмехнулся. Лицас разразился громоподобным хохотом и шлепнул Ариадну по ляжке. На мгновение все трое испытали чувство глубокого взаимопонимания и простого, искрящегося веселья. Но через секунду все прошло. Бонд отпил небольшой глоток узо и продолжил анализ.
- Что меня действительно тревожит, - голос его был тих, - так это неоправданная жестокость, беспощадность... фанатизм, с которыми противник взялся за дело, и это не может не наводить на мысль, что маленькая перестрелка не исчерпывает всей операции, а является лишь прелюдией к чемуто более масштабному. Прикинем реально, как могут развиваться дальнейшие события, не пренебрегая даже крайними вариантами. Пункт первый: Британским интересам нанесен непоправимый ущерб; престиж России поколеблен - ведь она даже не смогла обеспечить безопасность делегатов конференции, которую сама же и организовала; плюс ко всему, грубо нарушен суверенитет Греции. Китайское влияние начинает распространяться на восточное Средиземноморье. Пункт второй: китайцы проникают в арабский мир и в Африку. Домыслить, как выглядит пункт третий, уже не сложно.